Сила намерения - Kass2010

Дуэйн Бёрк вопросительно посмотрел на Дракона, который молчал всю дискуссию, и сказал:

— Мы практически уверены в существовании магловского антимагического заговора и наличия тайной организации, которая его осуществляет и имеет своих агентов в Магическом мире.

Далее он поведал всем о своей теории, практических наблюдениях и сделанных выводах.

— Если мы знаем, что этот Сципион Твист «крот», давайте допросим его с пристрастием в наших подземельях? — предложил Рудольфус-Лонг. — Если окажется, что мы ошиблись — Конфундус с Обливиэйтом, и он снова честно трудится на Министерство.

— Возможно, мы так и поступим, — неожиданно вступил в разговор Монтермар. — Никто не имеет права поднимать руку на моих людей. А теперь скажите мне вот что: мы скроем факт нападения или предадим его огласке?

— Можно скрыть, конечно, — сказал Люциус, — а можно так его подать, что он польет воду на нашу мельницу и перекроет тот эффект, которого хотели добиться организаторы нападения. Георг — он из тех незаметных героев, что делают жизнь Магического мира лучше. Всего пару недель пробыв на посту председателя совета, он столько сделал для Хогвартса, а значит, и для наших детей, сколько не сделали все директора, вместе взятые, за последние двести лет. И вот на этого прекрасного человека напали подлые маглы, когда он, рискуя собой, выходил в их мир по делам школы, и Англия чуть не потеряла этого достойнейшего человека. И только ценой жизни несчастного Боула и помощи другого достойнейшего мага, лорда Нотта, его удалось вернуть в Магический мир, где за его жизнь сражались лучшие специалисты, пока он находился на грани жизни и смерти.

— Люциус, это вы сейчас статью за Скитер в «Ежедневный пророк» пишете, — улыбнулся Дракон.

— Ну, почти, смысл, думаю, все уловили — надо сменить вектор оценки событий. Нападение не у нового входа в Магический квартал, а в магловском мире, где живут маглы, которые вот на такое способны. Хороший человек пострадал ни за что, — закончил свою мысль Малфой.

— Да, заодно напомним сторонникам единения с магловским миром, как именно их там встретят, — Рудольфус-Лонг, — и насколько маглы нас любят. Так что насчет допроса Твиста? Адресок его домашний можно как-то узнать?

— Найдем возможность, — сказала Амелия. — Мистер Лонг, а мы никогда с вами раньше не встречались? Что-то мне голос ваш очень знаком.

— Как мистера Лонга вы знать меня не могли, — ответил ей Рудольфус, — остальное пока отложим.

Конечно, Амелия не могла не узнать голос Лестрейнджа. Он учился с Хогвартсе одновременно с ней, только на два курса младше, потом также пересекался с ней в Венской юридической школе, а затем неоднократно сталкивался на процессах в Визенгамоте, где она представляла обвинение, а он защиту. Он уважал её, но этого было недостаточно для раскрытия своей личности без Непреложного обета.

— Вот, возьмите, — сказал Дракон Амелии и Дуэйну, протягивая им сквозные зеркала. — Они настроены на нашу внутреннюю сеть, и вы сможете связаться с каждым, исключая меня. Если вам требуется что-то сообщить мне лично, дайте знать Люциусу, и я сам свяжусь с вами.

— Большое спасибо, — поблагодарил за двоих Дуэйн, — за быструю связь и за доверие.

Замок Хогвартс, Шотландия

Альбус Дамблдор вчера вечером получил послание совой — как он понял, от тех, кто его похищал и навязывал свое сотрудничество. В нем говорилось, что лорд Селвин скоропостижно скончался, и ему, Альбусу, теперь стоит поработать над избранием нового председателя Попечительского совета, который будет ему удобен. Поэтому, придя на завтрак, он с нетерпением ожидал доставку «Ежедневного пророка», который бы наверняка посвятил этому событию часть передовицы. Но, увы, ничего такого в газете не было. Он просмотрел её от начала до конца — лорд Селвин нигде не упоминался, зато он обнаружил объявление о поиске пропавшего мальчика с фотографией Роберта и обещание вознаграждения в десять тысяч галеонов за информацию о месте его нахождения.

Поначалу он взволновался, но потом, присмотревшись к изображению, понял, что сейчас он не очень похож на себя, особенно в этих дурацких очках-велосипедах, да и у маглов вряд ли кто-то будет его искать. Еще его очень заинтересовало объявление о поиске на постоянную работу кузнеца, ткачей, вышивальщиц, гончаров и мельника. Предлагалась приличная зарплата, бесплатное жилье и одежда определенного фасона, так как работа предполагается в «исторической деревне». «Клянусь своей бородой, это опять какой-то план этого Ордена Дракона. Хорошо, что сразу двое из моих людей уже успели попасть в разные группы обучения, хотя бы получу информацию из первых рук, что там происходит, — подумал Альбус. — А вообще хватит рассиживаться. Пора отвести Поттера к Петунье, послезавтра уже новый учебный год начнется, мне будет не до него».

Коттедж «Сирень», Годрикова Впадина, Глостершир, Англия

— Значит, так, Гарри, — обратился к Роберту Дамблдор, — твои родственники вернулись из поездки, и ты возвращаешься жить к тёте Петунье и дяде Вернону. Сейчас эльф соберет твои вещи, и мы с тобой отправимся в их дом.

— Хорошо, — равнодушно ответил Роберт-Гарри.

После многократных коррекций он стал несколько заторможенным и равнодушным, но Дамблдор думал, что это должно со временем пройти. Тагатти собрал все вещи и игрушки в старый сундук, который он взял на чердаке у Альбуса. Дамблдор уменьшил его, положил в карман и сказал Роберту-Гарри крепко держаться за его руку. Через минуту они стояли у калитки забора дома номер четыре по Прайвет-драйв в Литтл Уингинге, на которой висела табличка: «Продается»

Литтл Уингинг, Прайвет-драйв

Крайне удивившись такой надписи, Альбус все равно проверил дом и убедился, что там нет ни Дурслей, ни их вещей. Дом был полностью пустым. Исчезли также все артефакты, которые он расположил в спальне Дурслей, в гостиной и в комнате их сына, которые должны были постоянно вызывать у них негативные эмоции, связанные с Гарри. Не было на доме и никаких чар, которые он самолично тут устанавливал. Он взял Роберта-Гарри за руку и отправился за объяснениями на улицу Глициний, к дому Арабеллы Фигг.

— Как это понимать? Куда делись родственники Гарри и почему ты не сообщила мне об их отъезде? — бушевал Дамблдор в маленькой и дурно пахнущей гостиной домика престарелой кошатницы.

— Они же давно уехали в Бат, и ты знал об этом, Альбус! С тех пор, по-моему, они и не возвращались,