свет был приглушен, и горели софиты. Ребята привели нас за свой столик, в бокалы полилось шампанское. Я слегка вздохнула и улыбнулась, примостившись в объятиях парня.
Мимо проходили знакомые ребята, здоровались, поздравляли с Новым годом. Мы вежливо кивали им и тихо пили и ели закуски. На душе было спокойно, впервые за весь отдых настолько спокойно. До этого в глубине души меня что-то мучило, а теперь все это пропало. И этот Новый год мне запомнится, наверное, навсегда.
Речь закончилась, и на экране появились числа. Начался бой курантов.
— Девять, десять, одиннадцать… двенадцать! — люди завопили, послышался звон бокалов.
— С Новым годом, малышка! — Дима звонко чмокнул меня в щеку. Я засмеялась.
— С Новым годом, — ответно повернулась, и мы слились в нежном поцелуе.
— Фу! — буркнула Ната где-то сбоку, — хоть бы до номера потерпели…
Олеська фыркнула в кулак.
* * *
— Это Смирнов? — шептались в коридоре.
— Димон нашел себе новую пассию, ха!
— Да нет, я слышала, что у них все серьезно.
— Ой, не бреши.
Я огляделась, смущенно прижавшись к Диме, словно ища за ним спасение от слухов. Ребята вокруг вовсю таращились на нас, словно увидели восьмое чудо света. И их можно было понять. Это было слишком из ряда вон выходящим.
Катя и Дима. Как будто две параллельные прямые внезапно пересеклись и завязались узлом. И никто не сможет расплести этот узел.
— Кать, ты че с ним встречаешься? — уточняли одногруппницы, заодно обмусоливая новость с теми, кто был на отдыхе и видел все это своими глазами.
— А ты не боишься, что он тебя бросит?
— Ой, точно бросит ее. У Димы же ветер в голове.
Я лишь закатила глаза и ухмыльнулась. Пусть думают что хотят. И даже спустя месяц ничего не изменилось. Мы так же были крепкой парой, и слухи постепенно поутихли, собственно, потому, что обсуждать было нечего.
— Эй, — шепнул Дима на ухо на перемене, — давай поженимся летом?
— Ты дурак! — я толкнула его, а затем еще и ударила кулаком в плечо.
— Что⁈ — он ошалело уставился в ответ и потер больное место, — я что-то не то сказал? Могу забрать свои слова! Пожалуйста, не бросай меня!
— Дурак, — рассмеялась, а потом тут же недовольно поджала губы, — кто так предложения делает? Ты весь момент испортил.
Он почесал затылок.
— Сорян, малыш, исправлюсь, обещаю. Сделаю самое шикарное предложение в твоей жизни. Но ты согласна? Шепни заранее, — и слегка наклонился ко мне ухом, как будто не хотел, чтобы ответ услышал еще кто-то.
— Да, — прыснула в кулак, а потом быстро чмокнула его в щеку. — Буду Смирновой. Неплохо звучит, да?
— Эта фамилия идеально тебе подходит, — и притянул мое лицо к себе за подбородок, требовательно коснувшись губ…
