Настоящее — мой сын, внезапно появившийся в моей жизни Курагин и я. Мы.
В будущее заглядывать страшно, просто светлое в душе таится "а вдруг?".
А вчерашний звонок Егору… Возможно, правда он по работе был, а я накрутила себя, оттолкнула, не выслушала.
— А вы… приедете?
Скажи "да"! Скажи! Жду ответа, закусив губу.
— Если не помешаю.
— Нет, конечно, приезжайте, — я почти ликую и чуть ли не прыгаю от радости, — и Егор вас ждет. Вон, ползает по дому, Ди своего зовет.
Смотрю на сына. Малыш в окружении игрушек — машинки, кубики, погремушки. Все они новые, безопасные, яркие, подаренные Курагиным. Егорка переползает от одной к другой, крутит в руках добычу, что-то бормочет себе под нос, иногда удивленно повизгивает. Протягивает мне, четко выговаривая «Ди», что означает: это подарил дядя. Дядя, которому мой сын оказался нужнее, чем отцу.
— Привезти что-нибудь? К чаю там или на ужин?
— Нет-нет, ничего не надо. Я сама все приготовлю.
Конечно, приготовлю. Уже приготовила. Пирожки на подходе, ватрушки с творогом и изюмом уже испеклись. Запах выпечки по всей квартире плывет.
Звонок в дверь. Странно, Свете я еще не звонила, соседке тоже. А может, это сам Курагин? Стоит за дверью и ждет, когда я приглашу его в гости? К нему домой.
— Ой, в дверь звонят. Кто-то пришел.
Бегу открывать. Мельком окидываю себя взглядом в огромном зеркале — не испачкалась ли в муке. Все в порядке, щеки только горят, в глазах сияние, а в теле легкость и те самые бабочки, что ожили, запорхали и теперь никак не хотят успокаиваться. Бросаю телефон на полочку, разглаживаю ладонями невидимые складки на платье, поправляю волосы.
В предвкушении кручу замок, распахиваю дверь…
— Ну привет!
Неожиданно.
— Добрый день. Квартирой ошиблись?
— Как раз нет. Я по адресу. Курагин дома?
— На работе.
Смотрю на часы — а почему, собственно, ты не на работе?
— Так и думала. Тем лучше. Пригласишь?
Оглядываюсь назад. Там сынок ползает по полу гостиной. Я не хочу, чтобы Жучка видела его, смотрела на мое чудо. Сглазит еще, она может.
Пользуясь моей заминкой, девушка уверенно заходит в прихожую, оттесняя меня в сторону. Окидывает себя взглядом в зеркальную дверку шкафа. Красивая. Элегантные черные ботиночки на шпильке, черные капронки, красное пальто, роскошные волосы. И осанка королевы. Света называет таких породистыми. И держится эта породистая Жучка хорошо, с достоинством. Лицо только у нее немного припухшее, глаза с красными прожилками. Плакала?
— Что вам нужно?
— Ну надо же, какая воспитанная. «Вам», — хмыкает гостья.
Духовка пищит таймером — пирожки пора вытаскивать.
— Проходи на кухню, — убегаю вперед незванной гостьи. Выключаю духовку, достаю противень с румяной выпечкой. Красота! А запах!
Оглядываюсь — Катерины нет. Она изначально не пошла за мной. Где же ты, Жучка? Что задумала?
Катерина оказалась в гостиной. Как есть — в обуви, пальто — присела на корточки перед моим сыном, разглядывает его. Егор с любопытством смотрит на тетю и вдруг широко улыбается ей, сверкая кончиками белых, недавно вылезших нижних зубиков. Протягивает ей свою пустышку. Не боится чужих, не знает, что не все люди с добрым глазом. Эта так точно.
Жучка двумя пальчиками берет пустышку, удовлетворенно хмыкает, будто именно этот предмет ей и нужен.
Я быстро подхожу к сыну, беру его на руки, отворачиваю от Жучки.
— Твой сын не похож на Курагина. Не думала, что он настолько слеп, чтобы не видеть этого.
— Тебя точно не касается, на кого похож мой сын. Говори чего надо и уходи.
— Злая ты, Варвара. И что в тебе Курагин нашел? Ни кожи, ни рожи.
Катерина поднимается с корточек, медленно обходит комнату. В одной руке все еще держит "подарок" моего сына, тонким пальчиком другой руки ведет по поверхности мебели, сама разглядывает обстановку. Мне кажется, она впервые в этой квартире.
— Вообще-то полы здесь чистые, ребенок ползает, а ты в обуви ходишь. Совесть имей.
— Ой, кто бы говорил о совести. У тебя-то ее точно нет. Пришла, понимаешь на все готовенькое, мужика моего к рукам прибрала. — Катерина приближается, ехидно щурится. — Денег его захотелось? Решила на жалость надавить, чужого ребенка ему подкинуть?
Ах, вот оно что. Секретарша Курагина до сих пор думает, что мой сын от ее директора и я держу его этим. Ну-ну. Я решаю подыграть Жучке. Интересно, как далеко она зайдет.
— Хм, а ты опасная штучка. Чего ты хочешь?
— Я хочу, чтобы ты призналась Курагину, что ребенок не от него и исчезла из его жизни.
— И тогда ты займешь мое место?
— До твоего места мне не хватило полшага. Ты со своим отпрыском спутала мне все планы, а Егор мой. Слышишь, мой! Он меня на работу взял специально, чтобы жену забыть.
— Откуда такие сведения?
— Птичка на хвосте принесла.
— Понятно. И как — забыл?
— Забыл. Из нас с Курагиным получилась бы отличная пара и в бизнесе, и в личном, а ты… Откуда ты взялась вообще?
— Знаешь, я тебя в гости не приглашала, в советах не нуждаюсь. Давай, на выход, — указываю даме в красном на дверь.
— Ой, Варенька. Я тебе все же советую Курагину признаться, рассказать правду.
— А если не признаюсь?
— Тогда добрые люди надоумят его сделать тест ДНК. Или сделают это за него и представят доказательства, — Катерина помахала перед моим носом Егоркиной пустышкой и резко отдернула ее, когда я хотела отобрать.
— Добрые люди — это ты? Какая же ты добрая, если хочешь лишить ребенка отца?
— Что тут происходит? — как гром среди ясного неба прогремел голос Курагина за моей спиной. — Катерина, ты что здесь забыла? Я кажется четко тебе сказал — пошла вон!
Мы с сыном синхронно поворачиваем к нему головы. Злющий какой, ух! И дышит тяжело, будто с пробежки.
Курагин еле сдерживается, чтобы не схватить секретаршу за шкирку и не выкинуть ее за дверь.
— Ди! — восклицает ребенок и тянет руки к Егору, ни грамма не испугавшись рыка нашего опекуна.
— Егор Дмитриевич, — пятится к двери Катерина, — я все объясню…
— Вон, я сказал!
31
Егор
Не дожидаясь, когда за вмиг скукожившейся, шипящей себе под нос извинения Катериной закроется дверь, второпях скидываю пальто, забираю Егорку из Вариных рук и прижимаю обоих к себе. Как ворон, распахнувший крылья, укрываю их от негатива бывшей секретарши. Чувствую на пояснице женскую ладошку, на плече — детскую. Меня тоже обнимают, оба. Раздражение и злость на Жучку улетучивается, стоит только вдохнуть молочный запах Егорки и легкий цветочный — Варин.
