дурно?
— Клавдия Ивановна, Лев шутит. Не волнуйтесь.
— Если у меня не получится, и он все же вывернется из моих рук, советую запереться на все замки, а лучше еще и под дверь что-нибудь подложить. Он может уползти и пролезть в любую щель. Этот осьминог опасен… он…
— Лев! Прекрати! — воскликнула Лиза, с удивлением вытаращив глаза. Искренне пораженная фантазией капитана, она впервые узнала о его бунтарской натуре.
— Зачем вы притащили это чудовище сюда? — воскликнула вторая соседка, испуганно прижав руку к сердцу и с опаской поглядывая на пакеты в руках у Смирнова.
— Господи! Спаси и сохрани! — перекрестившись в воздухе, прошептала другая. — Нам, что ли, одних монстров было мало? Теперь еще это?
— А вот с этого места поподробнее, Зоя Павловна!
— Да я уж и не знаю теперь, как и сказать. Что хуже? Этот зверь с третьего этажа или ваш, с седьмого?
— Какой зверь? — удивленно переспросила Лиза, с предвкушением поглядывая на соседок.
— Поповы сдали свою квартиру, прямо в канун Нового года. Что за люди? Не дадут даже праздник в спокойной, безопасной обстановке отметить. Мало того, что сдали непонятно кому, прости Господи, так еще и с этим чудовищем.
— Ну… — нетерпеливо поторопил Лев, чувствуя, как тяжелеют пакеты в его неподвижных руках.
— Зойка, пока расскажешь, куранты бить начнут. В общем, соседи наши… того… голубые, и собака у них бешеная. Дикий шакал. Зубищи — во! Глаза — бешеные, слюна из пасти свисает, и кидается на всех. А эти отмороженные, даже приструнить не пытаются своего этого башенного… Им все равно, что тот на людей бросается. Вон, Лукьяновне чуть ногу не оттяпал! И сидела бы бедная без ноги под самый Новый год. — Всё это Клавдия говорила с такой страстью, что даже в театре редко встретишь подобное.
— Что ж, Клавдия Ивановна, зайду как-нибудь, разберусь. Если дело не горит, я бы домой предпочёл, — Лев, покрепче сжав ручки пакетов, двинулся к подъезду. — Погода, знаете ли, не располагает к долгим беседам у дверей.
Путь до лифта казался бесконечным. Пожилые дамы, шустро семеня, не отставали.
— Лев Александрович, какой потом! Вы обязаны выселить их прямо сейчас!
— Ага, прямо сейчас… Только… Черт! Опять кнопка лифта не работает…
— Да нет! — Клавдия Ивановна, приняв героическую позу, устремила на капитана Смирнова взгляд стальной решимости. — Лифт уже час как не работает.
— Замечательно! — процедил Лев, разворачиваясь к лестнице.
Лиза, стараясь не отставать, переглянулась с ним. Шумская, виновато улыбаясь, повела плечиком. Капитана Смирнова не пугала лестница и семь этажей, не тяготили пакеты. Его душила неизбежность. Ведь те самые соседи, что заселились у Поповых, жили как раз на третьем. И, судя по синхронному топоту за спиной, вся эта кавалерия двигалась следом.
Третий этаж покорился быстро. Смирившись с неизбежным, Смирнов остановился у нужной двери. Указав на звонок, он жестом велел командиру отряда нажать на кнопку, ибо его руки были заняты.
Он был убеждён: вся эта суета не стоила и выеденного яйца. Но, чтобы уж наверняка встретить Новый год в тишине и спокойствии, ему предстояло устроить небольшой спектакль для старушек. Иначе они поднимут на уши весь дом, а хуже уже и быть не могло.
Раздался звонок, и на лестничной клетке воцарилась звенящая тишина. Дверь плавно отворилась, и на пороге появилось оно. То ли девочка, то ли мальчик, с копной коротких голубых волос. В нижней губе блестело кольцо или серьга – капитан не мог точно определить, мало в этом смыслил.
Слава богу, его дочь обошла стороной подобные выходки, и он пережил её пубертат почти без потрясений. Единственный её «выкрутас» - посещать секцию бокса и с яростью колотить мальчишек на ринге. Это ещё было терпимо. Дочь есть дочь своего отца.
— Здравствуйте! — произнесла появившаяся фигура. — Собрание какое-то? Вы по поводу света? У нас тоже вырубился.
И тут, не успев и рта раскрыть, вся компания в подъезде замерла. Из-за ног новых соседей показался тот самый зверь. С клыками, слюнями и глазами, занимающими пол-лица. У капитана натурально пропал дар речи. Он посмотрел на старушек, затем снова перевёл взгляд на животное, и так несколько раз.
— Дамы. Клавдия Ивановна. Это что? — спросил он, кивком указывая на зверя, не веря своим глазам.
На них смотрел маленький, чёрный, пучеглазый чихуахуа.
Злобный пёс, обнажив клыки, зарычал, дрожа всем телом, готовый броситься в подъезд.
— Гектор! Иди к папке. Давай, тут холодно… — заметив, как внимание соседок приковано к питомцу, девушка поспешила его успокоить. — Так что со светом?
— Деточка. Мы не за светом, мы по вашу душу. Когда съезжать планируете?
— С чего вдруг, бабуль? Мы в своей квартире.
— Ах! Попов совсем сбрендил, что ли? Продал же, окаянный… — удивлённые и заинтригованные соседки зашумели, перебивая друг друга.
— Приятно познакомиться…
— Мария! — девушка с голубыми волосами кивнула. — С наступающим вас, СО-СЕ-ДИ! — с этими словами она захлопнула перед ними дверь.
— Лёва, домой. Похоже, они так ошарашены новостью, что нашего исчезновения и не заметят. Бежим, пока не поздно, капитан Смирнов, — прошептала Лиза, подталкивая своего мужчину вверх по лестнице.
Войдя в квартиру, они словно по команде дали волю эмоциям. Лиза смеялась громче всех. Лев никак не мог прийти в себя после вида собаки. Даже отсутствие света не могло омрачить их настроения.
Веселье оборвалось внезапно — резкий трезвон дверного звонка разорвал их атмосферыу. Лизка испуганно вскинула взгляд на Льва, её ладони чуть ли не прижались к губам, словно она боялась выдать себя хоть единым звуком, хоть малейшим намёком на присутствие. Ещё одно вторжение «пожилого отряда», как она прозвала их визитёров, казалось ей совершенно невыносимым. Капитан Смирнов, казалось, разделял её ужас. Он приложил палец к губам — немой призыв к молчанию, — и отрицательно покачал головой, словно предупреждая об опасности.
Они замерли, словно искусно выточенные статуи, в напряжённом ожидании. В этой звенящей тишине отчётливо слышно было даже мерное тиканье часов на кухне, завывание метели за окном, словно дикий зверь, и сумасшедшее биение собственного сердца, никак не желавшего успокоиться после недавних потрясений. И тогда, где-то глубоко внутри, в самой голове, раздался звук, завораживающий своей реалистичностью: кто-то медленно проворачивал ключ в замочной скважине.
От внезапности и навалившегося, почти нестерпимого напряжения, Лев и Лиза не сразу
