плечами Джордан.
— История человечества с вами не согласится, — я прикусила губу.
— Дорогая моя, желания двух людей недостаточно. Мы можем хоть жизнь положить… Но всегда найдутся такие как Паулина. Она тоже не рождена путешественницей. И едва она поняла свою власть над нашим миром, она решила, что должна оставить свой след. Увы, я и Адэр встали у неё на пути, ведь мы намного сильнее неё и практически бессмертны. А Паулина воспользовалась одной слабостью на двоих, и пленила нас. Сейчас я понимаю, что вы с Адэром должны в ближайшее время восстановить ход. Направить себя в прошлом.
— А что за слабость? — я сглотнула. Удивительная история собственных прародителей просто поражает. И я спрашиваю только то, что мне интереснее всего. О том, что они неподвластны старению, или не сильно ему подвластны — и так понятно. И даже хорошо, что именно им выпала такая судьба. Ведь будь такая возможность у более корыстного или эгоистичного человека и… Не знаю, это ради науки или просто затем, чтобы увидеть своих пра-пра-пра-пра и далее внуков, но эти мужчины поражают холодным разумом и уверенностью.
— Мы решили жить в этом времени, чтобы не бороздить старые раны, — Адэр вздыхает. — В нашем времени наши дети и внуки выросли, и мы стали жить в разных местах и временах, вести очень закрытый образ жизни, чтобы никогда и никто не понял, что мы что-то умеем. Попали сюда и оба сошли с ума по одной женщине. Вскоре, эту женщину Паула убила. Я узнал об этом только после нашей свадьбы. И незадолго до того, как стал подопытным в её лаборатории, — Адэр спокойно доверяет нам свою историю.
— Зачем ей всё это? Почему бы просто не наслаждаться жизнью? — я сглотнула, видя как Адэру даются сложно эти воспоминания. Джордану тоже.
— Власть, — пожал плечами Киприан. — Ты и сама можешь помнить, какое это удовольствие иметь власть над чем-то.
— О чём ты? — улыбнулась.
— О том, что ты делала с охотниками, пока «не злилась» на нас, — Александр улыбнулся тоже, словно едва смотрит на меня, губы сами тянутся в улыбку. И прекрасно понимая лорда.
Я пожимаю плечами и наклоняю голову:
— Ваши друзья мне жизнь испортили. Мы с Наташей должны были отвечать.
— Наталья? — Адэр смотрит на меня. — Что за Наталья?
— Моя подруга из 2017. Не важно.
— Хорошо. Потому что у Паулины как раз сестра с таким именем была…
19
— Я очень не хотел, чтобы мои потомки не вели эту бессмысленную вражду, — лорд Адэр продолжил свой рассказ. — Едва я понял, что мне нужно быть относительно рядом со своими внуками, я стал ждать и наблюдать. Мне стало интересно, как путешественники и их приближённая семья, потомки Джордана, будут взаимодействовать между собой. Уже через пару поколений, мои внуки посвятили в свои секреты третью семью, которая стала их оберегать. Семья насчитывала довольно большое количество одарённых, которым легко удавалось овладеть новыми боевыми навыками. Охотники с самого начала были в нашей тени и клялись в верности нам, особенному клану с особенными возможностями.
— Вы все годы были рядом? — спрашиваю учтиво.
— Все, — кивнул Адэр. — До этих лет, конечно. До того, как мы с Джорданом полюбили нашу прекрасную Женевьев. Эта порочная и весьма уничтожающая связь стоила нам довольно дорого. Жизни нашей любимой и едва ли не наших собственных. К тому моменту, я вышел из тени и помогал путешественнику этих лет. Наш род смог стать частью истории, одной из влиятельных семей в этой части нашего огромного мира. Конечно, зачастую, сохраняя свои возможности в секрете. Мы с Джорданом готовы были остаться в этом времени и разделить жизнь с прекрасной женщиной, любящей нас обоих всем сердцем. Возможно, это была такая же уничтожающая любовь, как ваша. Она подарила много любви и счастья, но стала фатальной для нашей Женевьев. В любом случае, мы пережили многих. И смогли принять и эту смерть.
— Паулина убила вашу любимую? — не верю, что эта стерва повинна в стольких смертях. Это так ужасно…
— Убила. Она хотела стать такой как мы с Джорданом. Ей не перешёл дар, в отличии от её брата. И она, став моей второй женой, стала тоже путешественницей, рискнув своей жизнью, — Адэр вздохнул.
— Всё же изменения ДНК и генов — дело небезопасное. Но оно даёт свои плюсы, при условии, если человек выживет, — добавил сам Джо, вздохнув.
— После Паулина рассказала, что виновна и заточила вас в том месте? — я сглотнула. — Зачем?
— При помощи нас она создала много Камней. Превратила личную охрану путешественников в цепных псов, а Хранителей поставила в жесткие рамки. Единственная незадача состояла в том, что контролировать камни подвластно не всем. Бесконечные такие же своенравные, как и сами путешественники. Возможно, они в каком-то смысле живые, — Адэр вновь отправил в рот кусочек вкусного хлеба. Я тоже, ведь в этом времени еда имеет совершенно другой вкус. Приятный, настоящий, что ли. — Наши потомки и ваши предки не глупыми людьми были. Они часто исследовали, писали и переписывали нашу личную историю и всегда полагались на себя, доверяя очень узкому кругу лиц. Потому чередой различных открытий и исследований, выяснилось, что та, что сможет управлять камнями родится не скоро. И Паулина стала ждать, сперва наблюдала за твоим отцом, заглядывая периодически в будущее. Она ведь могла это делать. Измененные путешественники могут прыгать в те времена, в которых на данный момент живут наши потомки. У времени существуют границы, как бы парадоксально это не звучало. Сейчас граница наших возможностей в тебе, дорогая Ева. Ты сейчас последняя путешественница. Ту, которую столько лет ждала Паулина и которая может навсегда изменить нашу историю. Ты уже убедилась, что лично тебе подвластно многое. А связь с Охотником и Хранителем даёт преимущество на то, что наши приключения нужно остановить.
— Вы всё же хотите и сами завершить на мне наш род? — сглотнула я. — Зачем?
— Это не эгоистичное желание, моё сокровище, — Адэр тепло улыбнулся, говоря такие ужасные вещи. — Не потому, что я устал или что-то в этом духе. Я хочу, чтобы мои внуки прекратили эту войну. Бессмысленно бороться за первенство в человеческой истории только потому, что мы особеннее. Мы тоже люди и достойны счастья, даже совершив ряд ошибок. Я ошибся много раз. В частности, доверив Пауле свою власть и судьбу, позволив ей стать моей женой и путешественницей, которой подвластно будущее. Я готов исправить всё, что сделал. Пусть и ценой многих судеб.
— Но… Без нас, у вас это не получится? — я
