вымывала скверну из меридианов, заставляя вздувшиеся черные вены на шее бледнеть прямо на глазах. Прижавшая ладони к губам Сонг ахнула. Чжао и Ли радостно переглянулись.
Стоявший в тени Мин лишь мрачно прищурился.
«Идиоты, — брезгливо констатировал Гу Лань в его сознании. — Корень Звездного Очищения вымывает яды, но внутри сидит паразит, которому они только что скинули в пасть отборнейшее удобрение».
Серебристое сияние вокруг Патриарха внезапно померкло, сменившись тошнотворным зеленым свечением, словно подтверждая слова древнего духа.
Сяо Байшань страшно захрипел и закатил глаза, когда получившая колоссальную подпитку чужеродная ци Ордена Железной Лозы взбунтовалась, а паразитические нити с удвоенной яростью впились в его внутренности, безжалостно разрывая только что очищенные меридианы.
Выгнувшийся в судороге гигант рухнул на спину. Густая черная кровь хлынула из его рта и ушей, заливая разложенные на помосте меха.
— ОТЕЦ!!! — крик Сонг ударил по ушам.
Девушка бросилась удерживать бьющееся в конвульсиях тело, мгновенно перепачкав руки в черной крови, и отчаянно вливала собственную ци в его грудь, однако та лишь отскакивала от разъяренного паразита.
Редчайшее лекарство сработало с точностью до наоборот.
Отшатнувшаяся Сонг до крови прикусила губу, бросила полный непонимания взгляд на пустой футляр и выбежала из зала, закрыв лицо руками.
Дыхание Сяо Байшаня постепенно перешло в тяжелый булькающий сип, и он с трудом приоткрыл налитые кровью глаза, слабо махнув рукой в сторону застывших мошенников.
— Чжао… Ли… — прохрипел Патриарх. — Идите за ней. Не дайте ей… наделать глупостей.
Побледневшие аферисты торопливо поклонились и бросились вон, плотно прикрыв за собой тяжелые двери.
Зал погрузился в тишину, нарушаемую лишь дыханием гиганта находящегося при смерти, пока неподвижный Мин наблюдал за происходящим из-под соломенной шляпы, за последний месяц он видел смерть слишком часто для того, чтобы впечатляться чужой агонией.
Сяо Байшань с трудом оперся на локоть и вытер подбородок. Лишенный былой добродушной поволоки взгляд вонзился в сутулую фигуру начертателя с холодной проницательностью человека, привыкшего читать окружающих.
— Можешь перестать горбиться, парень, — хрипло произнес Патриарх, с трудом выталкивая из себя каждое веское слово. — Моя дочь видит больного книжника с Нижнего рынка, а мои идиоты-подчиненные смотрят на гениального мастера талисманов.
Гигант тяжело закашлялся. Он сплюнул сгусток крови на пол и поднял отражающие пламя светильников глаза.
— Но я не слепец и прекрасно вижу твой баланс, позволяющий в любую секунду сорваться с места ради удара в глотку. От тебя несет пролитой кровью, юноша, а в глазах застыла сталь, которую не выковать ни в одной библиотеке.
Тяжело дышащий Сяо Байшань откинулся на шкуры, не отводя пронзительного взгляда от Мина.
— Ты не бродяга, Хао. Так скажи, кто ты такой, и сколько трупов оставил за своей спиной, прежде чем переступить мой порог?
Глава 17
Истинный облик демона и лай побитой собаки
Воздух Зала Небесной Истины казался густым до такой степени, что его впору было резать ножом. Сяо Байшань полулежал на звериных шкурах. Некогда сила этого гиганта заставляла трепетать весь Нижний рынок, но сейчас каждый его вдох сопровождался влажным бульканьем, пока чужеродная ци Ордена Железной Лозы неумолимо пожирала внутренности, выталкивая на губы пузырящуюся чёрную пену.
Взгляд Патриарха при этом оставался твердым. Он буквально пронзал насквозь сутулую фигуру книжника Хао.
Мин спокойно выдержал этот зрительный контакт и медленно выпрямил спину, словно сбрасывая с плеч тяжелый плащ. Дрожь в коленях исчезла вместе с впалой грудью. Аура больного ученого растворилась без следа, так что в полумраке зала перед умирающим Патриархом теперь стоял хищник, чьи клыки уже успели распробовать тяжелую жизнь в мире культивации.
— У вас и правда орлиный глаз, Патриарх Сяо, — произнёс Мин, и его голос окончательно потерял слабость, зазвучав пугающе спокойно. — Вы правы. Книжник Хао — это лишь удобная тень, а моё настоящее имя — Лу Мин.
Зрачки Сяо Байшаня резко сузились. Гигантский бородач вздрогнул, после чего очередной приступ кашля сотряс его могучую грудь.
— Лу Мин… — прохрипел Патриарх. — Тот самый Лу Мин? Беглый ученик Обители Серого Пика? Тот, за чью голову старейшина Син Юань назначил награду в пятьсот духовных камней высшего сорта?
— Боюсь, очень скоро эта сумма может вырасти, — Мин цинично усмехнулся. — Син Юань нынче готов опустошить казну ради моей головы.
Сяо Байшань тяжело оперся на локоть.
— Пятьсот камней… Сумма, ради которой родные братья перерезают друг другу глотки во сне. Почему ты раскрываешься мне, мальчишка? Я умираю, но моя Секта всё ещё имеет уши и руки. Одно моё слово, и за тобой начнётся охота, от которой не спасёт ни одна маскировка. Ты пришёл в логово воров и мошенников и сам кладешь свою шею на плаху. Зачем?
Мин сделал шаг к помосту. Лицо его оставалось совершенно бесстрастным.
— Потому что мёртвым не нужны духовные камни, Патриарх, — ответил юноша. — А живым нужны союзники. Ваша секта стоит на краю пропасти, Орден Железной Лозы уже занёс над вами топор, и ваша дочь при всей её хитрости не сможет удержать власть, когда в двери постучат мастера великой секты Долины. Вам нужен демон, способный отпугнуть стервятников, а мне нужны ваши торговые пути и теневые ресурсы. Искренность — это единственная валюта, которую признают сильные, так что я показываю вам свои карты, чтобы вы поняли, что нам по пути.
Сяо Байшань долго смотрел в глаза собеседника, пытаясь отыскать там юношескую браваду или жажду крови, но натыкался исключительно на холодный расчёт. Этот парень шёл по своему собственному пути выживания.
Грудь гиганта затряслась, и Сяо Байшань хрипло рассмеялся, вытирая рот тыльной стороной ладони.
— Демон… Воистину, демон с лицом безмятежного юноши! — пророкотал Патриарх. — Ты мыслишь категориями выгоды, пока другие трясутся за свои никчёмные жизни. Моя дочь Сонг хитрая лисица, но этот мир сожрёт её, как только я закрою глаза. Ты прав. И я ценю, что ты раскрылся передо мной. А твоя история, полагаю, куда сложнее, чем рисует Син Юань.
Патриарх тяжело перевёл дух.
— Знаешь, парень… Я видел, как она на тебя смотрит. Сонг готова была перегрызть глотки Чжао и Ли, когда они хвалили тебя. Да, в ней кипит гордость, но ты умудрился пробить её броню. Женись на ней, Лу Мин. Возьми мою дочь, возьми Секту Девяти Добродетелей. С твоей безжалостностью и её умом вы сделаете секту действительно сильной. Правда поначалу придется освободиться от гнета Ордена.
Внутри спрятанной за пазухой Чернильницы мгновенно началось сущее светопреставление.
«ДА!!! — истошно завопил Гу Лань, так что фантомное эхо едва не раскололо Мину
