мистером Анселлом и его модельным агентством.
Выходит, придётся платить неустойку по всем фронтам? Оставлять арендодателям залог, который уплачивал её шеф? А если она заявит об уходе, сколько Анселл предъявит в качестве неустойки? Во сколько оценит ущерб от потери её как сотрудника?
Девушка скривилась, зажмурилась и перевернулась на другой бок. Иногда урчал живот, но аппетита по-прежнему не было. Волосы стояли торчком, под глазами пролегли заметные синяки. В теории можно обратиться за помощью к родителям, но Селене было попросту стыдно. Она вздохнула, затем уткнулась лицом в подушку.
Через несколько часов у неё всё-таки нашлись силы встать. Ватные ноги еле довели её до ванной, сила воли заставила принять тёплый душ. Никогда Бауэр не была так сильно похожа на зомби, как сегодня. Даже после корпоративных попоек.
День выдался удивительно волнительным и таким же удивительно бесцельным. Она боялась последствий своей выходки и своего нежелания возвращаться, но вместе с этим не была готова платить шефу уйму денег, чтобы тот соизволил разрешить ей уехать. В Америке всё было бы куда проще, но она, увы, не в Америке. В груди жгло, а в горле сохло. Девушка силой затолкала в себя сэндвич с яйцом, взяла случайную книгу и принялась читать, чтобы отвлечься. Но сколько она ни пыталась, сосредоточиться на содержании попросту не получалось.
В какой-то момент раздался звонок в дверь, и Селена едва не подпрыгнула на кровати. Бауэр встала, впопыхах завязала на себе белый халат и на цыпочках пошла к двери.
Чтобы, если что, трусливо сделать вид, что её нет дома. Видеть Анселла девушка была не готова, и она по-прежнему ещё не придумала, как уволиться с минимальными издержками. Соответственно, ещё не придумала, что ему говорить. Проще попросту исчезнуть, пока не появится хоть какой-то план.
Селена прищурилась и посмотрела в глазок, затем облегчённо выдохнула и открыла дверь.
— Привет, — обескураженно выдохнула Бьянка, уставившись на коллегу. — Ты… ты как? Что у вас вчера было, почему ты не пришла на работу? У тебя всё хорошо⁈
— Ну… в целом… пойдёт, — Бауэр отстранённо пожала плечами. — Если честно, я даже не знаю, что сказать.
— Ты решила уволиться⁈ — мулатка испуганно вскинула брови.
— Откуда ты знаешь? — девушка смутилась. — В смысле… с чего ты взяла?
— Мистер Анселл сказал, что чем-то тебя обидел ночью. И что он не удивлён, что ты решила не выходить на работу. Он сказал, что переживает насчёт того, что ты можешь уволиться. И типа это его ответственность, — модель оперлась на дверной косяк. — Что там случилось, расскажи⁈ Опять что-то по поводу твоего признания? Я как узнала — пулей к тебе принеслась.
— Ну… в общих чертах, — уклончиво ответила Селена и чуть скривилась. — Что, так и сказал?
— Он просил передать, если кто-то из нас сможет с тобой связаться, что ему очень жаль, — Бьянка сжала кулаки. — И что он хочет продолжать с тобой работать как раньше.
— С учётом того, что было… это будет довольно сложно, — Бауэр с грустью опустила голову. — Правда. Он опять взялся комментировать моё тело, только с каким-то упрёком. Грудь, задницу. Намекал, что я над ним издевалась, пыталась вызвать у него ревность. Что я, как бы это, лёгкого поведения.
— Боже, — Бьянка со стыдом закрыла ладонью лицо. — Вот дурак. Может, он на тебя обиделся? После онсэна. Вот и попёр?
— Скорее всего, — девушка вновь скривилась. — Только мне от этого не легче. Я не хочу с ним работать, я не хочу на него смотреть. Выполнять его просьбы. Но, если честно, неустойку я тоже не хочу платить. Так что вот, сижу, думаю, как поступить. Чего мы тут стоим? Заходи, давай чай попьём. Поговорим дома.
— Селена, — мулатка снова с грустью вскинула брови. — Не уходи, Селена. Он мудак, я знаю, но он сейчас сам места не находит. И плевать на него! Я это к тому, что мне кажется: он не будет больше тебя так третировать. Он тоже очень хочет, чтобы ты осталась, поэтому больше не будет лезть. Мне кажется, у него… открылись глаза, — она скривилась от собственных слов. — Я знаю, как это звучит, но правда. Ты же большую часть времени не с ним работаешь, а с нами. А нам без тебя будет пусто. Скучно. Особенно мне, — Бьянка потупила глаза.
— Спасибо, — Бауэр искренне улыбнулась. — Всё равно заходи. Мне… на самом деле, мне надо подумать. Я ещё ничего не решала.
— Кстати, скоро к нам прибудет Дора. Мистер Анселл, я думаю, на неё переключится. Не в романтическом плане, а в целом.
— Может, ты и права, — девушка отвела пустой взгляд в сторону. — Ладно, надоело про него. Пошли пить чай, расскажи про съёмки сегодня.
Фанерная коробка с чужой душой
Сердце стучало в горле, кулаки сжимались сами собой. Только вчера Селена обещала себе не появляться здесь. Обещала что-нибудь придумать с неустойкой, связаться с адвокатом, посмотреть обратные билеты на континент. А сегодня она стояла в знакомом прохладном коридоре, нервно поджимала губы, слыша голос шефа из студии и думая, как было бы здорово провалиться сейчас прямо в ад. Или ещё глубже. Возможно, оттуда проще улететь обратно в Америку.
Бьянка её уломала. После долгих-долгих уговоров мисс Бауэр всё-таки плюнула и решила попытаться дать этому месту последний шанс. Быть может, Анселл и правда заинтересован исчезнуть с радаров. Работать и делать вид, что их друг для друга не существует.
Было бы замечательно.
Вот только девушка уже сейчас слышала его злобный рык на одного из Кенов, который явно не понимал, что от него требуется, и раздражался из-за этого. Заходить не хотелось, но стоять тут вечность — тоже, наверное, не вариант. Селена скрипела зубами, смотрела по сторонам и надеялась, что сейчас войдёт ещё какая-нибудь модель, и с ней можно будет зайти внутрь.
Только никто не входил. А время шло, и кофе в бумажном стакане стыл.
Вскоре послышались шаги. Бауэр напряглась всем телом, хоть и сделала нейтральное, чуть прохладное выражение лица. Кулаки всё ещё сжимались сами собой, причём настолько сильно, что пальцы начинали неметь.
Он так быстро вышел в коридор, что едва не протаранил опоздавшую сотрудницу. На пару секунд застыл, словно смотрел на привидение, затем нервно проморгался и тяжело
