class="p1">— Миш, — произносит он почти шепотом, снова отстраняясь. — Посмотри на меня.
Поднимаю взгляд и тону в своих чувствах к Демьяну. Разве будут так смотреть на мимолетное увлечение? Хотя что я знаю о мужчинах и об отношениях. Может, они так смотрят на всех, кого хотят…
— Я гнал под двести. Мне штрафы придут, — говорит он. — От Тани нагоняй получил — она молилась, чтобы мы благополучно доехали. Я найду этого ублюдка и мокрого места от него не оставлю. Мне так хуево давно не было, как вчера. И сейчас… Сутки почти без сна, устал и мозги на пределе, а все, о чем думаю — как свернуть ему шею.
Упоминание о Тане царапает ревностью, но в подобном контексте — ладно. Пропущу мимо ушей.
— Надо… — продолжение «отдохнуть и поспать» тонет в его губах.
«Щедрость» целует меня снова, дольше, глубже, так, будто этот поцелуй способен вылечить все, что болело. А я вчера места себе не находила от страха.
Его ладонь перемещатся на лобкок, и голова плывет. Остатки здравых мыслей исчезают в тот же миг. Демьян сильный, горячий, между нами нет воздуха. А все, чего хочу — почувствовать его внутри. Разве может такое желание быть у вчерашней девственницы? Но оно есть. Я не в состоянии ему сопротивляться. И как же захватывает знакомство с этой своей частью.
Демьян стягивает с меня белье, торопливо расстегивает и спускает вниз свои джинсы.
— Приподнимись, — отдает приказ.
Недоумеваю, как это сделать, а в следующее мгновение его руки обхватывают мою задницу и он сажает меня на себя. Сверху.
Уставший, почти сутки без сна, он хочет оказаться во мне… Мало похоже на то, что у него есть связь с Татьяной, правда же? Бесит, что снова думаю о ней, но сейчас это уже не важно. Демьян поднимает меня, колени впиваются в матрас, и он входит в меня резко, удерживая за бедра и задавая ритм.
Я стону, не в силах сдержать эмоций. Захлестывает эйфорией.
— Двигайся. Сама. Как тебе хочется, — замедляет взятый темп.
— Хочется? — Беру его лицо в руки и смотрю в глаза. — Я ничего не умею, — напоминаю ему.
— Просто двигайся, чтобы тебе было хорошо. Ты такая узкая, что я каждый раз думаю о том, что причиняю тебе боль.
Но мне хорошо. Боли совершенно нет. А ещё я жутко мокрая, потому что когда двигаюсь на его члене, появляются чавкающие звуки. Вместе с моими стонами. Не могу это контролировать — оно само из меня вырывается. И хочется ещё. Ещё. И, видимо, не только мне, потому что Демьян начинает помогать бедрами, а потом и вовсе переворачивает меня на спину, и его движения становятся отрывистыми, резкими, и я быстро прихожу к финишу. Кончаю бурно, до опустошения. А следом ещё раз, потому что заходим на второй круг и Демьян, кажется, соврал, что устал.
Хотя после того как я возвращаюсь из душа, нахожу его спящим на кровати. В своей спальне.
Всё-таки устал.
Сажусь на краешке и просто смотрю. Долго смотрю, а потом решаю открыть учебник. И, наверное, до вечера. Но мои ожидания, что проведу время с книгами до темноты, рассеиваются. Потому что ближе к двум часам Демьян появляется в гостиной помятый и заспанный с красными глазами и кружкой кофе. Жует свою протеиновую вафлю.
— Ну что? Поехали в участок? — говорит он, прожевав.
— В смысле? — откладываю учебник. — Ты поспал от силы четыре часа… Хочешь сказать, тебе этого хватило?
— Угу. Считай полноценный отдых. Заедем к моему знакомому, ты составишь заявление. Мне это даже важнее: так я не начну поиски сам, потому что эту тварь убью, если найду. А по закону слегка свяжет мне руки, — говорит он и запихивает остатки вафли в рот.
Такой злой, эмоциональный… А вчера — ни звонка, ни сообщения. Почему? О чем и спрашиваю вслух.
Демьян молчит, потом берет телефон.
— Я веё смотрел онлайн. Ты пошла в спальню. — Показывает экран: кусочек гостиной, кухни, нас. — Я был спокоен, что ты дома, все под контролем.
— У тебя есть видеонаблюдение в доме?
— Есть. Только в общих комнатах. И я не всегда его смотрю. Но вчера пригодилось.
— Офигеть… — выдыхаю, чувствуя, как внутри холодеет. — И то видео, мой первый раз?..
— Удалил, — затемняет экран и целует в макушку.
— Или сохранил себе на жесткий диск?
— Удалил, — спокойно повторяет Демьян. — На сервере бы оно все равно хранилось от силы неделю и потом ушло бы в корзину.
— И сейчас она тоже записывает?
— Угу. Умный дом, — безразлично пожимает плечами и делает глоток кофе. — Я привык не обращать внимания. А вчера вот реально выручило. Пока ехал, наблюдал за тобой.
— И… как тебе это кино?
— Да никак. Надо найти того отморозка. Дело даже не в документах, а в том, что тебя никто не смеет обижать и доводить до такого состояния. Поняла?
Тогда и Артёму тумаков надавать. Его последние слова меня очень обидели.
— Я не все рассказала, — решаю признаться.
Демьян приподнимает брови.
Пусть лучше от меня. Да и секретов у меня нет. Кроме знакомства с Майем.
— Я подала документы в институт.
— О, — мелькает удивление и в то же время одобрение в его взгляде.
— И хотела еще в два института подать документы, — говорю я, запинаясь. — Но я теперь без них…
— А онлайн? Вроде бы можно. К тому времени и с оригиналами подсуетимся. Да и вообще почему сразу не сказала, в какие хочешь. Может, у меня подвязки есть.
— Я… сама хотела. — Смущаюсь.
— А можно с помощью. Разве поддержка бывает лишней?
В груди распускается тепло от его слов. С такой «щедростью» никакой «План б» и не нужен.
— Хорошо, скину тебе в сообщении названия.
Аж горжусь собой, что не стала включать дурочку а-ля «я сама со всем справлюсь». Не справлюсь. Вчера — тому подтверждение. И что плохого в том, что Демьян поможет?
Он допивает кофе и идет переодеваться. Я тоже. Но всё равно не понимаю, зачем ехать в полицию, терять на это время: понятно же, что никто никого искать не будет, и проще сразу заняться восстановлением документов. Но спорить не берусь.
В машине смотрю на пролетающие мимо улицы — Москва все так же восхищает: этот город дарит массу эмоций. Разных. Но главное он делает меня сильнее, самостоятельнее. Иногда приходится себя преодолевать, но это и есть движение вперед. Через усилие. А гладко у меня никогда не было, глупо было рассчитывать, что и тут все пойдёт как по маслу. Точно не мой вариант.
Пока
