отправив в нокаут. Отозвав духовное ружье, я пробежался взглядом по комнате, и приказал Оливке дать мне веревку, что висела на гвозде под луком.
- Разделимся и обыщем каждый угол в деревне, - сказал я суккубу, после того, как связал Элма, и бросил его рядом с трупом его бабы. Оливка кивнула, и выбежала из дома, а я, вместе с Алисией, сначала обошел обе комнаты, заглядывая в каждый угол и каждую щель, ища какой-нибудь спуск в погреб или вроде того, и не найдя ничего, отправился шариться по деревне.
Но это, к сожалению, не принесло плоды, и мы ничего не нашли, хотя проверили каждый закуток. Уже было темно, и стоял поздний вечер, когда мы вошли в дом этих двоих, где нас с Алисией уже ждала суккуб, с трудом скрывавшая недовольный взгляд.
- Вы уверены, что они пытались накормить нас человечиной? – спросила она, когда я подошел к Элму и трупу, и подняв с пола нож, присел перед мужиком. – Может вы ошиблись? Да и как вообще можно опознать, какое мясо в похлебке, даже не попробовав его?
- Поверь, я могу, - фыркнул я, и несколько раз ударил мужика по лицу, приводя его в чувства. – Эй, дружок! Говори, куда трупы деваете?
- Никаких трупов… нет… - прохрипел он, сплюнув кровь на пол, а я же, вздохнув, воткнул нож в ногу его мертвой бабы, и отрезав небольшой кусочек, нанизал его на лезвие, и поднес ко рту мужика. Алисия, стоявшая за суккубом, нервно вздохнула, отвернувшись в тот момент, когда я отрезал плоть трупа.
- Ты же мне врешь, сука! Я ведь по глазам вижу, что тебе хочется съесть это мясо, - прошипел я, приложив мясо к губам Элма, и тут он, шумно втянув носом воздух… Схватился зубами за мясо, и начал медленно жевать его! И при этом его глаза стали бегать как у безумца.
- П-прости меня, Рина… Прости, но я просто… Хмх, вкусно… Даже сырое!
- Так я и знал, - выдохнул я, усмехнувшись. – Та одежда в комнате… Слишком уж её много, да и выглядит она чересчур новой. Я так понимаю, до нас сюда ещё беженцы приходили? Где тела?
- Я скажу, если ты оставишь меня в живых! – я кивнул, отведя нож от лица мужика, и тот противно облизнувшись, поглядев мне в глаза, вдруг захохотал. – Под ящиками в сарае они! Три тела! Но думаю, к ним добавится и четвертое… Моей Рины, ха-ха-ха!
- Хех, чувак, какие вы все наивные, - покачал я головой, и призвав духовную двустволку выстрелил в Элма и поднял взгляд на суккуба и Алисию. – Оливка, давай-ка, приберись пока тут! Вылей говнопохлебку и выброси миски, да и котел тоже! Я пойду от трупов избавлюсь!
Сняв рубашку, чтобы не порвать её, и чтобы было удобнее управлять щупальцами, я перехватил трупы каннибалов и насвистывая одну мелодию, покинул дом, и ушел в лес, в ту сторону откуда мы пришли, и где были запрятаны сундук и меч. Так как хоронить этих двоих я не собирался изначально, я просто раскрутил их, подняв над головой, и швырнул поглубже в лес, а затем, подхватив свои вещички, вернулся обратно…
Ага, этим вечером ужин у нас состоялся на ночь глядя, но какая хрен разница? Причем, состоял он из овощного рагу, так как всем нам не хотелось даже думать о мясе. Особенно мне, ведь я ещё, не выдержав, сходил таки в сарай, просто сбив замок рукоятью духовного дробовика, и отодвинув ящики, под которыми и правда обнаружился небольшой лаз, спустился в погреб, где обнаружился длинный неровный стол и множество крюков, на которых висели конечности зверолюдей, а на полке стояло три головы – мужчины, женщины и мальчишки. Судя по всему семья, так как все трое были енотами, да и у них прослеживались определенные похожие черты лиц…
М-да, не свезло короче, ребяткам, хех!
***
В общем, на следующее утро мы двинулись в путь, забрав из дома каннибалов все овощи, даже те, которые росли на грядке. Сундук я решил тоже бросить, так как заебало его таскать, а вот меч, который, к сожалению, оказался не зачарованным, а простым, просто выкованным специально для варвара, как мне рассказала Оливка, я повязал веревками, и пристроил у себя за спиной. Лолька была недовольна тем, что ей теперь не покататься у меня на спине, но мне было как-то пофиг на её хотелки. Зато свои я удовлетворял каждый вечер нашего пути на северо-восток, только так мучая суккуба, в какой-то момент даже начав строить из себя хентайного монстра, хех! Как? Выпустил несколько щупалец, превратив их в члены, и засунув во все щели суккуба. Ну чисто Накамура-стайл, епта!
…И вот, проблуждав дня четыре по чертовым лесам, мы, наконец, вышли из леса, и набрели на деревню, которая, как ни странно, была в порядке. Ну, по крайней мере, пока что, хе-хе!
- Мы сегодня будем ночевать в таверне? – спросила лолька, когда мы шли по деревне, привлекая к себе слишком много внимания. – Я уже устала спать на земле!
- Да-да! Причем, думаю, снимем две комнаты, а то мне тоже хочется выспаться нормально, а не сидеть на чертовом стуле всю ночь, - я бросил окурок под ноги, и поглядел на Оливку, шедшую слева, нервно потирающую свою правую руку. Она вообще была какая-то нервная, после того, как я отымел её тентаклями, и стала какой-то более… Спокойной и скромной, что-ли? Вот что членощупальцы мерзопакостные делают, ки-ки-ки!
Витая в своих похотливых фантазиях, неспешно двигаясь к таверне, что была самым большим и длинным домом в деревне, стараясь не обращать внимания на рожи местных, которые пялились на меня, явно думая, какого хера я иду без ошейника, тогда как баба-овца в ошейнике, и готовый в любой момент начать убивать, я вдруг увидел, как перед таверной открылся портал. А затем ещё несколько, по всей деревне, из которых стали лезть синежопые обезьяны… Полчища синежопых обезьян, которые, однако, не стали набрасываться на деревенских, а начали окружать нас троих.
- Нет покоя грешникам, - проворчал я, выхватывая из-за спины меч. Он был, конечно, пиздец какой тяжелый, но что для меня тяжесть, верно?
- Это он… Он пришел за мной… - прошептала Оливия, довольно улыбнувшись и даже немного засмеявшись. – Лорд Тьмы пришел за мной, мой господин… Аааа!
- Я тебе что сказал, сучка,
