никому ничего не скажу… - произнесла я дрожащим голосом.
Не сказать, что я когда-то воспринимала Женьку всерьез, однако сейчас я почувствовала страх, буквально впивающийся длинными присосками в мое тело. Сковывающий. Душащий ледяным ознобом.
- Смотришь на меня так, что волосы дыбом встают… и не только волосы… - он гоготнул, подаваясь ближе, - Я же вижу, как ты вся дрожишь…
Уловив момент, когда это невменяемое «нечто» занесло руку для нового удара, я стремительно дернулась к кровати, попутно зацепив с тумбочки светильник, который с грохотом рухнул на пол, кажется, на секунду приведя его в чувства.
Евгений застыл, глядя на меня ненавидящими, одурманенными глазами.
- Просто перестань. Давай сделаем вид, что этого не было… - я непроизвольно дотронулась до токающей от боли щеки, - И иди проспись…
Зло усмехнувшись, он продолжал буравить меня расфокусированным буйным взглядом.
- Я же видел, с каким пренебрежением ты со мной общалась… - он сплюнул на пол, - Думаешь, раз я ему не родной, то чем-то хуже придворной давалки? – жутко хохотнул сквозь плотно сжатые зубы.
Придворная давалка. Ну, класс.
Какой же тупой самовлюбленный щенок.
Я непроизвольно усмехнулась, тут же мысленно отругав себя за это…
- Предлагаешь забыть, да? – ублюдок ощерился, медленно двинувшись на меня, - Тогда у меня встречное предложение… Королевский минет, и я обо всем забуду! Идет? – рыкнул он с гримасой, до неузнаваемости изменившей его лицо.
В нем улавливалось нечто маниакальное. Нечеловеческое.
Судорожно выдохнув, я быстро оценила глазами расстояние до спасительного перцового баллончика. Игнатов сунул мне его «на всякий пожарный», хотя я до последнего не планировала им пользоваться – самой бы не надышаться.
Да только, похоже, этот обиженный жизнью идиот не собирался отступать… Реально посчитал себя бессмертным… Что ж.
- Королевский минет? Это … к-как?! – с наигранным удивлением, вот только отыгрывать у меня получалось неважно – зубы стучали от сковавшего лицевой нерв ужаса.
Парень гнусно рассмеялся, прекрасно поняв мое состояние.
Пока я лихорадочно пыталась придумать, как выиграть время, Женя резко рванул вперед, и, вжав меня в стену спиной, словно в замедленной съемке занес руку для нового удара…
Зажмурившись, я инстинктивно обхватила живот руками, мысленно пытаясь смириться с неизбежным, однако вместо собственно крика ужаса и безнадеги барабанные перепонки пронзил его ультразвуковой вой…
Ублюдок отлетел в сторону, и грузно осел на пол.
А дальше полнейший хаос, пришедший с глухим стуком ударов.
Опешив, я открыла рот на сорванном вздохе, потрясенно наблюдая, как незнакомый мужик молотит этого любителя королевских минетов не доделанного…
Все закончилось также быстро, как и началось, и в комнате воцарилась звенящая тишина.
Бух. Б-у-у-х. Тяжело ворочалось мое сердце.
Повернув голову, я напоролась взглядом на своего спасителя - этого высокого поджарого мужика, из-за спины которого выглядывала перепуганная, бледная как смерть Ольга.
Она что-то беззвучно шептала, глядя на меня полными слез глазами…
А я… от пережитого шока и ужаса едва ли могла сделать вздох.
- Вера… Верочка… - наконец, у домоправительницы прорезался голос, - Ты как?
- Нормально, - вытолкнула я на автомате, продолжая стискивать ледяными пальцами свой плоский живот.
В этот миг сделав неуверенное движение, Женя попытался встать, однако мой спаситель, (догадывалась, что им оказался один из тех, кого я не так давно видела ночью), резко шагнул вперед, блокируя этот порыв.
- Вадим Михайлович уже подъезжает. Вам лучше покинуть комнату, - абсолютно сухим, не допускающим возражений тоном.
Вадим Михайлович уже подъезжает…
Но он ведь собирался уехать на несколько дней? Тогда почему он здесь? Мой взгляд вновь метнулся к застывшей около двери Ольге.
- Батя уже подъезжает, да? – проблеял Евгений голосом, полным растерянности и стыда, - Вер, ты это… Объясни им, что мы просто… - смешок, - Неправильно друг друга поняли… - ублюдок вжирался в меня взглядом, полным откровенной мольбы, - Мы же родственники… Да ты сама предложила мне выпить… А я вот… чуток не рассчитал…
Только после «общения» с этим выродком я находилась в больно уж кровожадном настроении. Совсем не против была, чтобы Вадим начистил его тупую самодовольную рожу. В воспитательных целях, так сказать. Хотя воспитывать уже было поздно.
Запущенный случай. Безнадежный.
Перед тем, как увести Евгения, охранник бросил на меня короткий, оценивающий взгляд, как бы интересуясь: «все в порядке?» - и, получив мой почти равнодушный кивок, последовал за ним, прикрыв дверь.
- Верочка… - стоило мужчинам скрыться, запричитала Ольга, - Я… я услышала грохот из твоей спальни… Ну, и сделала так, как Вадик просил… Сразу набрала охране. А ему я еще днем позвонила, предупредила, что сын приехал…
- Спасибо вам, - я широко болезненно улыбнулась, с трудом выдохнув из-за тошнотворного комка, застрявшего поперек горла, и понеслась в туалет, согнувшись над унитазом.
Между конвульсиями, давясь воздухом, я прижимала дрожащую ладонь к низу живота. Слезы, едкие и соленые, текли сами по себе, смешиваясь со всем остальным.
Только не его… Только не его…
- Вера? – услышала я глухой взволнованный голос Вадима.
Глава 74
Игнорируя Полянского, я беззвучно лила слезы, уткнувшись носом в колени. Сердце сжималось от безнадеги и накрывшего меня, какого-то паралитического ужаса…
А что, если бы Ольга не оказалась такой предусмотрительной и дальновидной и уже бы спала?
Королевский минет, и я обо всем забуду! Идет?
Потрогав саднящую щеку, я встретилась с наполненными тотальным чувством вины карими глазами Вадима, непроизвольно ощерившись.
Та ночь в его домике стала для меня отправной точкой в персональный ад. В преисподнюю.
Ошибка, после которой все пошло наперекосяк…
Стиснув руки в кулаки, я буквально пропускала через себя всю ненависть мира. Черную. Всепоглощающую. Заставляя его жрать ее. Давиться. Упиваясь тем, что он же сам и сотворил.
Словно охотник, загнал свою дичь в тупик.
Разрушил все светлое.
Абсолютно. Все.
- Вера, я отвезу тебя в больницу? – я содрогнулась от звука его напряженного голоса.
- Завтра, - медленно поднявшись на ноги, я дрожащими руками открутила вентиль: умылась ледяной водой, почистила зубы, непроизвольно морщась – щека ныла, - Все завтра. Сейчас я просто хочу забыться, - не глядя на него, я вернулась в комнату и забралась в кровать, на автопилоте проверяя под матрасом газовый баллончик: обнаружив, что он на месте, я как-то резко провалилась в небытие.
Несмотря на пережитый стресс, неожиданно во сне я увидела свою семью: маму с папой, сестренку, пса Лакки…
Это был один из тех беззаботных счастливых летних дней, когда
