само собой разумеющемся в ответах корреспонденту «Правды», опубликованных 6 октября 1951 г. Там же он изложит и советскую позицию «относительно международного контроля по линии атомного оружия»: «Советский Союз стоит за воспрещение атомного оружия и за прекращение производства атомного оружия. Советский Союз стоит за установление международного контроля над тем, чтобы решение о запрещении атомного оружия, о прекращении производства атомного оружия и об использовании уже произведенных атомных бомб исключительно для гражданских целей выполнялось со всей точностью и добросовестностью. Советский Союз стоит именно за такой международный контроль». Сталин подчеркнет различия двух сторон в подходах к пониманию контроля, подчеркнув, что «американский „контроль“ исходит не из запрещения атомного оружия, а из его легализации и узаконения… Нетрудно понять, что это не контроль, а издевка над контролем…»[1021]
Михаил Георгиевич Первухин
1944
[Из открытых источников]
Сообщение ТАСС о производстве атомной энергии в СССР и испытаниях атомной бомбы
25 сентября 1949
[РГАСПИ. Ф. 558. Оп. 11. Д. 113. Л. 34–36. Правка — автограф И. В. Сталина]
Конец атомной монополии США даст основание одному из авторитетных американских экспертов Г. Моргентау в 1950 г. заговорить о формировании нового — «биполярного» — мира[1022]. Вскоре эта квалификация мирового порядка на несколько десятилетий станет основной для его характеристики.
Работы в рамках проекта, как известно, будут успешно продолжены. Сталин немного не доживет до успешных испытаний водородной бомбы РДС-6с, состоявшихся 12 августа 1953 г. на Семипалатинском полигоне.
После смерти Сталина спецкомитет будет ликвидирован решением Президиума ЦК КПСС от 26 июня 1953 г. Важно подчеркнуть, что советский «атомный проект» не сводился к его военной составляющей. Советский Союз в эти годы стал пионером в использовании атомной энергии в мирных целях. Технологические прорывы, связанные с использованием атомной энергии, станут одним из наиболее ярких проявлений послевоенного восстановления. Стремление найти возможности мирного использования атомной энергии приведут к созданию в январе 1950 г. Бюро по химии и электростанциям при Совете министров СССР[1023]. В мае 1950 г. выйдет постановление Совета министров о начале работ по строительству первой в мире атомной электростанции в Обнинске, которая будет запущена в эксплуатацию в июне 1954 г.
Постановление Политбюро ЦК ВКП(б) «Об образовании Бюро по химии и электростанциям при Совете министров СССР»
26 января 1950
[РГАСПИ. Ф. 17. Оп. 163. Д. 1541. Л. 70. Подпись — автограф И. В. Сталина]
* * *
Важнейшими для обеспечения обороноспособности страны были и другие решения по формированию оборонно-промышленного комплекса. Одним из главных направлений станет развитие реактивной техники.
Этому способствовали, конечно, еще постановления ГКО периода войны. Одним из наиболее важных является документ от 18 февраля 1944 г. «О работе Государственного института реактивной техники при СГК СССР и о мероприятиях по развитию реактивной авиации»[1024]. Постановление было принято на основе докладной, направленной Сталину за подписями Г. М. Маленкова, А. И. Шахурина, А. И. Микояна, Л. М. Кагановича, В. П. Пронина, А. И. Ефремова.
В мае 1944 г. ГКО примет постановление, в котором намечалась программа создания реактивной авиационной техники, в том числе соответствующих модификаций Як-3, Ла-7 и Су-6 с ускорительным жидкостным реактивным двигателем, а также постройка «чисто ракетных» самолетов в ОКБ Поликарпова и Яковлева, истребителей с воздушно-реактивными моторокомпрессорными двигателями в ОКБ Микояна и Сухого и т. д. В марте 1946 г. запиской Н. А. Булганина и А. А. Новикова Сталину и последовавшим постановлением Совмина будет запущен процесс о перевооружении ВВС современными самолетами отечественного производства[1025].
13 мая 1946 г. постановлением Совета министров создается Специальный комитет по реактивной технике[1026]. Важнейшей задачей комитета постановление назовет «создание реактивного вооружения и организацию научно-исследовательских и экспериментальных работ в этой области». Во всех профильных министерствах образовывались главные управления по реактивной технике. Даже Министерство сельскохозяйственного машиностроения определялось в качестве одного из «головных» министерств, ему вменялась в обязанность разработка реактивных снарядов с пороховыми двигателями. Головными были определены также министерства вооружения, авиационной промышленности. Помимо головных, был определен перечень «основных» министерств по смежным производствам. В этот перечень были включены министерства судостроительной, химической, сельскохозяйственной и электропромышленности, Министерство машиностроения и приборостроения. В отсутствующих в этих списках министерствах Вооруженных сил СССР и Военно-морских сил создавались управления реактивного вооружения. Устанавливалось, что «работы, выполняемые министерствами и ведомствами по реактивному вооружению, контролируются» комитетом. Комитет получал собственный аппарат, на него возлагалось планирование научно-исследовательских и опытных работ.
И. В. Сталин на трибуне во время авиационного парада в Тушино
20 июля 1946
[РГАСПИ. Ф. 558. Оп. 12. Д. 78. Л. 1]
М. Ф. Шкирятов, И. В. Сталин, А. И. Микоян, Л. П. Берия, Г. М. Маленков на трибуне во время авиационного парада в Тушино
20 июля 1946
[РГАСПИ. Ф. 558. Оп. 12. Д. 84. Л. 1]
Вслед за этим, тоже в мае 1946 г., Совмин Союза принял постановление, на основании которого был принят приказ по Министерству Вооруженных сил о формировании управлений реактивного вооружения в составе Главного артиллерийского управления и военно-морских сил. Создавался и научно-исследовательский реактивный институт[1027].
Под председательством Маленкова 11 сентября 1946 г. состоялось совещание по вопросу о плане выпуска реактивных самолетов. Было решено показать их на параде 7 ноября, для чего планировалось создать 31 реактивный самолет и 8 самолетов с реактивными ускорителями[1028]. Воздушный парад отменили, формально из-за погодных условий. Небезосновательным будет предположить, что причины отмены авиапарада оказались более существенными, ведь на выполнение задачи отводилось всего лишь 40 дней. Такие сроки не могли быть реальными, даже если иметь в виду имевшиеся к тому времени заделы. Объяснить такую поспешность можно лишь контекстом, имея в виду события разворачивавшегося «дела авиаторов», о котором будет рассказано несколько позже. Маленков, руководивший реактивным проектом и опасавшийся последствий этого дела для себя, стремился как можно скорее дать позитивный результат, продемонстрировав свою эффективность. Его опасения были не напрасны. 30 апреля 1951 г., выступая на совещании с руководителями оборонной промышленности, Сталин напомнил о «деле авиаторов» и прямо заявил, что репрессированные в рамках этого дела руководители преднамеренно, из ведомственных соображений тормозили развитие советской реактивной авиации: «Еще во время войны Правительством было поручено бывшему наркому авиационной промышленности Шахурину и Главкому ВВС Новикову скорее взяться за освоение реактивных самолетов… Правительство тогда уже считало, что реактивным самолетам принадлежит будущее. Прошло полгода, год, а
