Там же. С. 243.
585
Там же. С. 240.
586
Хлевнюк О. Сталин и органы государственной безопасности в послевоенный период // Cahiers du Monde russe. 2001. Vol. 42. No. 2–3–4. P. 538.
587
Пихоя Р.Г. Советский Союз: История власти, 1945–1991. Новосибирск, 2000. С. 63.
588
Семичастный В.Е. Беспокойное сердце. М., 2002. С. 167.
589
Реабилитация: Как это было: Документы Президиума ЦК КПСС и другие материалы / сост. А.Н. Артизов, Ю.В. Сигачев, В.Г. Хлопов, И.Н. Шевчук. М., 2003. Т. 2. С. 803.
590
Этот эпизод вошел в подготовленное в 1954 г. обвинительное заключение по делу Абакумова (ЦА ФСБ. Ф. 5-ос. Оп. 1. Д. 13. Л. 214). См. также: РГАСПИ. Ф. 17. Оп. 171. Д. 466. Л. 156.
591
РГАСПИ. Ф. 558. Оп. 11. Д. 183. Л. 61–70.
592
ЦА ФСБ. Ф. 4-ос. Оп. 8. Д. 8. Л. 40–48.
593
Политбюро ЦК ВКП(б) и Совет Министров СССР, 1945–1953 / сост. О.В. Хлевнюк и др. М., 2002. С. 342–343. В книге по ошибке оно датировано 3 декабря (в действительности — 31 декабря 1950 г.).
594
Хлевнюк О. Сталин и органы государственной безопасности в послевоенный период. С. 540.
595
На приеме у Сталина: Тетради (журналы) записей лиц, принятых И.В. Сталиным (1924–1953 гг.): Справочник / науч. ред. А.А. Чернобаев. М., 2008. С. 541.
596
Существует версия, что письмо Рюмина попало в руки Сталина не без помощи Маленкова и его помощника Д.Н. Суханова (Костырченко Г.В. Тайная политика Сталина. М., 2001. С. 455–456).
597
Лубянка: Сталин и МГБ СССР, март 1946 – март 1953: Документы высших органов партийной и государственной власти / сост. В.Н. Хаустов, В.П. Наумов, Н.С. Плотникова. М., 2007. С. 336–338.
598
Там же. Л. 338.
599
На приеме у Сталина. С. 544.
600
Лубянка: Сталин и МГБ СССР. С. 338–343.
601
Пихоя Р.Г. Советский Союз. С. 64. Здесь арест ошибочно датируется 12 июня.
602
РГАНИ. Ф. 3. Оп. 58. Д. 10. Л. 11–13 об. Опубл.: Лубянка: ВЧК — ОГПУ — НКВД — НКГБ — МГБ — МВД — КГБ, 1917–1991: Справочник / под ред. акад. А.Н. Яковлева; авт.-сост.: А.И. Кокурин, Н.В. Петров. М., 2003. С. 660–663.
603
РГАНИ. Ф. 3. Оп. 58. Д. 546. Л. 1 об. — 2.
604
Там же. Л. 15, 34, 50, 100.
605
Там же. Л. 92.
606
Там же. Л. 87.
607
Там же. Л. 47.
608
Там же. Л. 118.
609
Там же. Л. 47.
610
Там же. Л. 14, 64.
611
Там же. Л. 77, 82.
612
Там же. Л. 112–117.
613
Огольцов писал, что болен острым тромбофлебитом, и сообщал о решении врачебного консилиума в составе академиков Бакулева и Виноградова и профессора Егорова. См.: ЦА ФСБ. Ф. 4-ос. Оп. 9. Д. 14. Л. 50.
614
РГАНИ. Ф. 3. Оп. 58. Д. 551. Л. 62.
615
Политбюро ЦК ВКП(б) и Совет Министров СССР. С. 347.
616
Вероятнее всего, этот визит состоялся в один из дней в период с 11 по 15 октября 1951 г.
617
Игнатьев об этом визите к Сталину написал в своей объяснительной записке в 1953 г. (ЦА ФСБ. Ф. 5-ос. Оп. 2. Д. 31. Л. 455–458).
618
Там же.
619
Утвержден решением Политбюро от 6 октября 1951 г. (Политбюро ЦК РКП(б) — ВКП(б): Повестки дня заседаний, 1919–1952: Каталог. М., 2001. Т. 3. С. 828). Неизвестно, как бы сложилась судьба А.Н. Кидина после 1953 г., если бы ему пришлось работать на «лубянской кухне» в такой опасной должности. Но Кидину повезло, и он оставался до 1955 г. первым секретарем Владимирского обкома.
620
Основанием для ареста Шейнина стали показания на него Шварцмана. Ходатайство о прекращении дела на Шейнина было направлено руководством МВД 16 ноября 1953 г. на имя Хрущева и Маленкова. В нем сообщалось, что все давшие на Шейнина уличающие показания от них отказались. Правда, в этом письме говорилось и о попытках бериевцев так или иначе использовать Шейнина: «В марте 1953 г. Шейнин вызывался на допрос Кобуловым, который, по словам самого Шейнина, сказал ему, что “эта башка (то есть Шейнин) еще поработает”, и в дальнейшем его неоднократно вызывал на допросы Райхман, которому Кобулов поручил перед освобождением Шейнина завербовать его в агентурную сеть» (ЦА ФСБ. Ф. 4-ос. Оп. 11. Д. 15. Л. 67–76).
621
Там же. Оп. 9. Д. 37.
622
РГАНИ. Ф. 3. Оп. 50. Д. 183. Л. 134.
623
ЦА ФСБ. Ф. 4-ос. Оп. 9. Д. 23. Л. 227–229.
624
Там же. Л. 226.
625
См.: Петров Н., Янсен М. «Сталинский питомец» — Николай Ежов. М., 2020. С. 160, 163–165.
626
Н.Н. Селивановский очень тяжело переживал свой арест. При этом следствию не удалось добиться каких-либо важных показаний, он лишь признавал определенные служебные ошибки, да и то объяснял их «преступными указаниями» Абакумова. В конце концов Селивановский обнаружил «затяжное реактивное состояние в форме психического параноида» и 2 января 1952 г. был направлен на стационарное психиатрическое исследование (ЦА ФСБ. Ф. 4-ос. Оп. 10. Д. 1. Л. 36).
