Избранное - Кира Алиевна Измайлова

— Возможно, — сухо сказал Снейп и встал. — Воспитательная беседа окончена, я надеюсь?

— Да, — Марина Николаевна тоже поднялась. — Будьте чуть поприветливее с девочками и, уверяю, они обставят парней на всех экзаменах!

— Непременно последую вашему совету, Амбридж, — ответил он и галантно распахнул перед ней дверь. — Не смею вас более задерживать.

В том, что Снейп все-таки последовал совету, Марина Николаевна убедилась, когда пару дней спустя повстречала в коридоре Чандлер, которая неслась куда-то с охапкой учебников и чуть не сшибла Генерального инспектора.

— Аккуратнее, мисс Чандлер, — строго сказала та, подобрав книгу. — Что это у вас? Зелья, продвинутый курс?

— Да, мадам! — та широко улыбнулась. — Я же собираюсь учиться на медика в Мунго, и вот профессор дал мне разрешение взять книгу из Запретной секции… при поступлении пригодится!

— Больше он вас не обижал? — осторожно осведомилась Марина Николаевна.

— А? Ох, что вы… Наверно, я в тот раз сама придумала, сама обиделась, — вздохнула девушка. — Просто день был неудачный. А сегодня он меня даже похвалил, и вот… книга же! Извините, мадам, надо бежать, столько задали!..

«Как мало человеку нужно для счастья!» — подумала Марина Николаевна и пошла своей дорогой.

∗

Всё шло неплохо, однако имелась одна крайне неприятная обязанность, навязанная министром, которую Марина Николаевна выполняла, скрежеща зубами, но все-таки выполняла: ей предписывалось тщательно следить за Гарри Поттером и всеми его контактами. Да, и почту вскрывать: пришлось приставить к совятне Филча (для вида) и пару домовиков (следить за тем, кто и кому отправляет письма и проверять содержимое). А еще — внимательно наблюдать за каминами: на школьную сеть установили систему слежения, и при попытке связаться извне Марина Николаевна получала сигнал… Увы, система была несовершенна и лишь указывала, какой именно камин задействован для связи. Пока в основном это были преподавательские камины, но один раз среди ночи кто-то ненадолго появился в гриффиндорской гостиной. С этого момента Марина Николаевна была настороже: она была в курсе, что крестный Поттера, беглый Сириус Блэк, которого упорно ловили, но никак не могли поймать (ему явно помогал кто-то из аврората, тут и гадать нечего — иначе откуда бы взялась фантастическая идея ловить Блэка на Тибете?), замечен в Лондоне. Вероятно, это ему предназначалось отправленное Поттером письмо, в котором оказалась примечательная фраза: «А пишу тебе потому, что то, про что писал тебе прошлым летом, опять случилось вчера вечером».

А о чем Поттер мог писать крестному прошлым летом? За год до того, как Волдеморт возродился, но Фадж предпочел сделать вид, будто всех постигли массовые галлюцинации! Еще бы, ни с чем подобным Министерство не сталкивалось уже много лет, и куда проще было объявить Дамблдора и Поттера лжецами, чем всерьез заняться делом… Пресса (да что той прессы в волшебном мире!) фактически подчинялась министру, поэтому в печать не проскальзывало ничто, им не одобренное, рядовые волшебники ни о чем и знать не знали. Подобная тактика замалчивания была Марине Николаевне хорошо известна, равно как и то, что ни к чему хорошему подобное не приводит.

Этим летом на Поттера напали дементоры, и не по своей воле. Сама Долорес Амбридж их и отправила… Это первое. Поттера охраняли (пусть и спустя рукава) люди Дамблдора, но уж точно не от министерской работницы. Это второе. Вывод проще некуда — Волдеморт желает закончить начатое много лет назад и убить Поттера, и директор прекрасно об этом знает. Очевидно, имеется еще что-то, сокрытое от глаз широкой общественности, что-то, связывающее мальчика-который-выжил с Волдемортом… После Авады не выживают, но Поттер сумел, а Волдеморт развоплотился на долгие годы. Могла та попытка убийства оставить какую-то метку? Связь? Магия — штука такая, никогда не угадаешь, как может вывернуться простейшее действие в зависимости от привходящих условий!

И для ритуала своего возрождения Волдеморт выбрал именно Поттера.

Марина Николаевна — то есть Долорес — помнила, как министр пересказывал, бледный и дрожащий, пьяный уже в слюни, откровения Барти Крауча-младшего, даже не соображая, кто перед ним, а потом приказал забыть об этом. Нет Крауча — нет свидетеля, остальное — голые слова. И Долорес Амбридж, первый помощник министра, сделала вид, что ничего и не слышала… А Фадж, проспавшись, сам не вспомнил об этом разговоре, в чем ему помог легкий Обливиэйт: Амбридж не желала подвергнуться ему сама, а сообрази министр, что рассказал слишком много, без этого бы не обошлось.

Вероятно, связь Поттера с Волдемортом как-то проявляется, подумала она, и мальчишка об этом знает. И крестный его знает. Речь в письме именно об этом… Вызвать бы Поттера на откровенность, но куда там! Занимается более-менее неплохо, но от попыток заговорить шарахается. И немудрено: на летнем дисциплинарном слушанье Амбридж показала себя во всей красе, предложив отправить лгунишку в Азкабан… Вот и выкручивайся теперь!

Оставалось только ждать следующего письма или сеанса связи через камин…

Часть 17

Впрочем, насущных проблем хватало, и однажды вечером, незадолго до Рождества Марина Николаевна снова постучала в кабинет Снейпа.

— Чему обязан визитом? — без особой приязни спросил он.

— Хочу попросить вас о помощи, — ответила она.

— Снова желаете слазить в какое-нибудь подземелье? Или на башню? Нашли чулан Гриффиндора?

— Нет. Речь идет о консультации, — Марина Николаевна без приглашения (которого можно было и не дождаться), села в свободное кресло.

— Какого рода?

— Вы, Снейп, много лет подряд претендуете на должность преподавателя защиты от Темных искусств, — повторила она общеизвестный факт, — следовательно, вы неплохо в них разбираетесь. Это первое. Второе: я наслышана о Дуэльном клубе и о том, как вы буквально размазали Локхарта по стене…

— Тоже мне, достижение, — хмыкнул он, — с ним бы и устрица справилась!

— И третье, — гнула свою линию Марина Николаевна, — с учетом некоторых деталей вашей биографии вы должны быть неплохим бойцом, раз до сих пор живы и не изувечены, как Грюм, например.

— Вы невероятно тактичны, — сделал ей Снейп комплимент.

— Снейп, я все-таки служила заместителем министра, и я в курсе… определенных фактов.

— Допустим… — процедил он. — И чего же вы от меня хотите?

— Видите ли, — вздохнула Марина Николаевна, — я, не льстя себе, могу сказать, что тоже разбираюсь в Темных искусствах, пусть и не на самом высшем уровне. Однако с дуэлями я дела никогда не имела, школьные забавы не в счет. В бою я тем более не бывала, поэтому просто не могу объяснить ученикам, как нужно действовать. А они мне уже уши прожужжали — когда да когда перейдем к практике с палочками!