Избранное - Кира Алиевна Измайлова

два урока зельеварения подряд. Ну, в смысле, они и так сдвоенные, но когда их нет ни сегодня, ни через два дня, это уже настораживает. И к столу наш декан не выходил. И отработки отменил. Драко в ответ на мой вопрос почесал в затылке и сказал, что иногда… ну так… изредка Снейп куда-то исчезает, дела, видимо. Судя по тому, как у него забегали глаза, об этих самых делах он знал куда больше, чем хотел или мог рассказать, ну да я не стала устраивать допрос, само все прояснится рано или поздно…

Как выяснилось, правильно сделала: буквально на следующий день профессор вызвал меня в свой кабинет.

— Присаживайтесь, мисс Оук, — сказал он, расхаживая взад-вперед. Выглядел наш декан, если честно, просто ужасно. Он и так-то не красавец (мой папа по сравнению с ним просто мистер Вселенная!), а теперь… похоже было, что Снейп не спал несколько ночей. — У меня есть к вам несколько вопросов.

— Как скажете, сэр, — покорно ответила я и опустилась на краешек стула. — Что вы хотели узнать?

— Мисс Оук… повторите, пожалуйста, как звали вашу мачеху в девичестве?

Ого! Да он, похоже, все-таки наведался к нам домой!

— Ли-Энн Дуглас, сэр… если верить ее словам, — ответила я.

— А если не верить? — отрывисто спросил он, впившись в меня взглядом.

— Это очень длинная история, сэр.

— Я никуда не тороплюсь, — сказал он, совсем как мой папа. — И… если у вас не сделаны домашние задания, я вас от них освобождаю, как ваш декан.

— Спасибо, сэр, — с достоинством ответила я, — у меня почти все готово. А что не готово, я у Малфоя спишу, он мне должен за цербера…

— Что?! — Снейп подскочил, накапал себе какой-то настойки, выпил и сел на прежнее место. — Кажется, мисс Оук, это будет очень длинная история!

Я только улыбнулась: что Драко ничего не сделают, и так понятно, а мне хотелось выяснить, зачем была устроена эта полоса препятствий. Напрямую не спросишь, пришлось хитрить…

— Да, сэр. С чего начинать, с цербера или с моей семьи?

— С цербера. Это безопаснее, — мрачно произнес он, и я коротко рассказала о нашем приключении. — Ну надо же… А что вы видели в зеркале, если не секрет?

— Мальчишки отказались говорить, там было что-то личное, — ответила я почти правду. — А я там отражалась патрульной полицейской. Вранье, я в убойный отдел хочу, как папа!

— А кто зеркало разбил?

— Как разбил?! — вполне натурально удивилась я. — Когда мы уходили, оно целенькое было! Честное слово, сэр, мы его даже пальцем не коснулись!

И это была чистая правда: руками мы его и впрямь не трогали, только я вот камнем запустила.

— Ничего не понимаю… — сказал профессор устало. — Но вы и люк закрыли, и цербера обратно на цепь посадили?

— Да, сэр. Малфой его пристегивал, ему погеройствовать хотелось, а пес дрых себе… — ответила я, делая вид, что старательно припоминаю детали. — Дверь мы заперли, как было, следы замели и пошли спать. Слышали, правда, ночью гриффиндорцы туда пробраться пытались, но как-то… неудачно. Я не знаю, что у них там вышло, но, может, это они зеркало грохнули?

— Нет, до зеркала они не дошли… Малфой, говорите, собаку на цепь сажал? — неожиданно ухмыльнулся Снейп. — Все ясно…

— О чем это вы, сэр? — деланно удивилась я.

— Так, мысли вслух.

— Сэр, а зачем это все было? Какое-то соревнование готовилось? А мы влезли без спросу!

— Соревнование? — не понял меня декан.

— Ну, мы когда добрались до зеркала, подумали, что все это смахивает на полосу препятствий, — пояснила я. — Может, для старшекурсников, вроде экзамена? Извините, мы не знали…

— Н-не совсем, — произнес он. — Оставим это. Об этой авантюре знать никому не следует, понимаете, мисс Оук?

— Хорошо, сэр, я предупрежу парней.

— Парней? И сколько вас там было? — нахмурился Снейп. — Вы, Малфой… еще кто?

— Нотт, — ответила я. — И Крэбб с Гойлом на шухере стояли. Но влезть туда решил Малфой! А я подумала, что без меня они точно убьются…

— Что-то мне это напоминает… — тяжело вздохнул профессор и посмотрел на меня в упор. В голове снова зашевелились воображаемые муравьи, но на этот раз я применила против них опасную отраву: даже папа с ней в перчатках работает, хотя обычно плюет на все предосторожности. Муравьи сгинули, Снейп встряхнул головой и продолжил: — Мисс Оук, с этим инцидентом мы разобрались. Никаких санкций не последует, спасибо и на том, что вы все остались живы и невредимы! Только внушите своим… подельникам, что распространяться обо всем этом категорически не следует.

— Я постараюсь, сэр, — с готовностью кивнула я. Это ерунда. Крэбб с Гойлом ничего не знали, стояли, где им было велено, и все. Нотт сам не дурак трепаться, а Малфою достаточно напомнить о его папочке, и он тут же становится смирным, как овечка.

— Хорошо, я рассчитываю на вас, мисс Оук… — Снейп потер переносицу, видно, правда не спал очень долго: я такой жест видела у папы после двух суток напряженного дежурства. Только у декана были зелья, чтобы не уснуть, а у папы — разве что плохой кофе из автомата. — Продолжим. Вы очень грамотно… для вашего возраста отвлекли меня на ваши приключения с цербером и прочим, однако я хочу вернуться к первому своему вопросу. Вы сказали, вашу мачеху в девичестве звали Ли-Энн Дуглас… если верить ее словам. А если не верить?

— Тогда — Лили Эванс, — безмятежно ответила я. Ясно же, что он побывал у нас дома и видел Энн, иначе с чего ему потерять покой и сон?

— Но этого не может быть!

— Сэр! — сказала я. — Тут вон люди в зверей превращаются, как нечего делать, кругом волшебники, вы какие-то немыслимые зелья варите, а сами говорите, что машины времени не бывает!

— Что?..

— Извините, хроноворота, — вспомнила я название той финтифлюшки. — Сэр, вы… вы были у нас в гостях, да?

— Да, — обронил он и неожиданно рассмеялся, коротко и сухо. — Ваша мачеха, мисс Оук, буквально вытолкала меня за дверь. На ней лица не было.

— Ничего удивительного, палочку-то папа у нее отобрал, а без нее она вряд ли что-то наколдует, — брякнула я.

— Мисс Оук, я ничего не понимаю, — сказал Снейп. — Расскажите по порядку, очень вас прошу!

Я и рассказала, очень коротко, без ненужных деталей. Впрочем, судя по тому, как менялся в лице профессор, ему и так хватило.

— Так выходит, вы…

К моему удивлению, он спросил не «сестра Гарри Поттера?», а «дочь Лили?».

— Ну да, сэр, — спокойно ответила я. — Правда, я привыкла считать ее мачехой. Но это мелочи.