Он обернулся к телевизору, который фоном транслировал утренние новости. На экране ведущая двигала губами, но звук, который доносился из динамиков, был беспорядочным набором слов, лишенным всякого смысла. Слова сливались в хаотичный шум, будто кто-то перемешал их, превратив в бессмысленную какофонию.
Он поспешно схватил пульт и выключил телевизор. По его телу прокатилась волна паники. Всё вокруг вдруг стало чуждым, незнакомым. Он попытался успокоиться, но разум уже был охвачен непонятной тревогой.
«Чёрт возьми! Что происходит?»
Максим вернулся к жене. К тому времени Лина уже сидела на кровати, смотря в окно, как будто ничего не произошло. Её длинные волосы находились в беспорядке, а сорочка задралась, открывая ноги и часть живота. Благоверная всегда трудно просыпалась утром.
— Дорогая, скажи что-нибудь!
Супруга с недоумением уставилась на мужа, через секунду выдав нечто непонятное.
— Что? Я тебя не понимаю!
Она вновь сказала, но эта была всё та же тарабарщина.
— Ты нормально можешь сказать. На русском.
Лина смотрела с широко распахнутыми глазами на супруга, слегка покачивая головой, что-то бормоча себе под нос..
— Чёрт! Я тебя вообще не понимаю. Какого хрена!
«Может я сплю?»
Мужчина взял лист бумаги и ручку, чтобы написать ей, но когда начал выводить буквы, они странным образом перепутывались, словно его рука больше не подчинялась привычному письму. На листе появлялись символы, которые не были похожи ни на один известный ему алфавит. Он бросил ручку, ощущая, как нарастает страх и паника.
— Лина, — сказал он громче, стараясь говорить медленно и четко. — Ты меня понимаешь?
— Кеарто, — ответила она, глядя на него с недоумением. — Суно майдаро тун.
— Да какой, к чертям, тун!
Максим отчаянно попытался объяснить жестами, что происходит нечто странное. Он показал на свою голову, на рот, размахивал руками, пытаясь передать смысл, но Лина смотрела на него с пустым выражением. Наконец появилась гримаса от раздражения. Она выкрикнула ему в лицо всю ту же странную тарабарщину, будто послала по известному адресу.
«Где… Где мои сигареты… Вот срань, ещё и купить вчера забыл».
Спешно одевшись, мужчина вышел из квартиры, не обращая внимания на домочадцев. На улице его встретил шум, но не совсем привычный. Люди вокруг говорили, но каждый звук был таким же беспорядочным набором, как и дома. Молодая пара у подъезда что-то кричала друг другу, но их речь напоминала бессмысленность. Прохожие оглядывались в растерянности, многие из них стояли, как замороженные, пытаясь понять друг друга.
Максим свернул к ближайшему магазину. Внутри царило недоумение. Он подошел к кассе и жестом указал на полку с табаком. Продавец, молодой парень в форме, посмотрел на него, прищурившись, будто пытался понять, что от него хотят. Мужчина снова показал на сигареты.
— Сиктор наль? — наконец, спросил кассир, и его голос звучал как что-то совершенно незнакомое, бредовое.
Максим ощутил, как в груди начинает сильнее сжиматься тревога. Он кивнул, не вдаваясь в подробности, и достал деньги. Но когда парень передал ему пачку, Максим вдруг заметил, что надписи на упаковке тоже изменились, буквы выглядели искажённо, как будто нарисованы ребёнком, не знающим алфавита. Он напряг зрение, но не смог прочитать ни одного слова. Как, собственно, и на купюрах. Лишь только по знакомым рисункам можно было определить достоинства.
Медленно выйдя из магазина, он почувствовал, что мир вокруг словно перевернулся. Люди на улице всё больше напоминали растерянных существ, пытающихся найти хоть какие-то ориентиры в происходящем. Некоторые кричали, размахивали руками, другие стояли молча, глядя в небо или на экраны телефонов, которые больше не несли никакого смысла.
Максим достал свой смартфон, надеясь на видеозвонок с родителями. Он быстро нашёл номер матери по аватарке. Вскоре родительница ответила. Её лицо появилось на экране. Она говорила, но её слова сливались в тот же бессмысленный поток звуков. Максим пытался что-то сказать, но понимал, что и его ответы не достигали цели. И даже онлайн переводчик не спас положения.
«Может, это именно я сошёл с ума, — мелькнула жуткая мысль. — Все вокруг по-прежнему говорят нормально, а у меня произошло нечто с мозгами?»
В конце концов, он отключил связь и, растерянный, огляделся. Люди вокруг начинали общаться жестами, некоторые вовсе рисовали что-то на асфальте или на стенах, пытаясь объясниться примитивными рисунками. Максим заметил, как группа школьников на тротуаре размахивала руками, рисуя в воздухе круги и линии, словно пытаясь создать новый язык прямо на ходу.
«Нет же, вот и они также не понимают друг друга. Значит, дело не во мне».
Внимание его привлекли полицейские. Двое мужчин в форме пытались успокоить небольшую толпу у метро. Они показывали людям жестами, что нужно разойтись, но вся ситуация выглядела абсурдной. Максим несколько минут наблюдал за ними, дымя сигаретой, понимая, что хаос только нарастает и дальше будет хуже.
«Нет. Сегодня никакой работы. К чёрту всё».
Вернувшись обратно домой, он встретил Лину в зале. Она стояла с Машей, обе выглядели испуганными. Максим достал бумагу и ручку, пытаясь изобразить что-то понятное. Он нарисовал дом, улицу и людей, пытаясь объяснить, что за пределами квартиры происходит что-то страшное. Супруга долго смотрела на рисунки, но её лицо оставалось непроницаемым. Она не поняла, что он хотел сказать.
Максим подошёл к окну. Город, который раньше казался таким привычным, теперь выглядел как декорация к фильму о конце света. Много Машин стояло в хаотичном порядке, люди бродили по улицам, пытаясь найти ответы. Вдалеке слышались редкие крики, но они не несли уже никакого смысла.
Он потянулся к ноутбуку, надеясь на чудо. Может быть, в интернете удастся найти хоть какую-то информацию. Однако, когда он открыл браузер, его встретили те же искажения. Все тексты на страницах выглядели так, словно их написали на незнакомом алфавите. Буквы переплетались в странные символы, которые не имели никакого значения. Максим почувствовал, как его сердце забилось быстрее. Что могло произойти, что в один миг мир лишился языка?
«Ведь, как мне помнится, в семь утра, взяв телефон, я читал новости и тогда было всё нормально. Видимо, где-то в тот момент и произошло всё это дерьмо».
Он опустился на стул и закрыл лицо руками. Мысли путались. Что-то глобальное, что-то необъяснимое случилось в этот день, и его последствия были непредсказуемыми. Мир, каким он его знал, рухнул.
