Избранное - Кира Алиевна Измайлова

— Нет, — буркнул тот. Я сразу предупредила братца, чтобы говорил поменьше, не то точно сболтнет лишнего, с непривычки-то.

— Тогда в чем дело?

— Не хочу.

— Но почему? — седые брови встали домиком, Дамблдор олицетворял мировую скорбь.

— Разрешите, я скажу, сэр! — Гермиона подняла руку, как на уроке.

— Да, мисс Грейнджер?

— Мы все знаем, сэр, что Гарри очень любит летать, — начала она совершенно серьезно, — но он такой гордый, он никогда в жизни не сознался бы, что ему не хватает времени и на тренировки, и на учебу…

Далее последовал совершенно фантастический рассказ о том, как Грейнджер засиделась до глубокой ночи за домашними заданиями в гриффиндорской гостиной, собралась идти спать, но тут ввалился совершенно измочаленный, не способный стоять на ногах Поттер, попросил дать списать трансфигурацию и упал без сил. Он, стало быть, тренировался ночью, потому что так и так ничего не видит, а день забит под завязку и занятиями, и отработками, и на домашку времени уже не остается совершенно, впору машину времени изобретать!

На этом пассаже Снейп и МакГонаггал подозрительно закашлялись, а я взяла это на заметку.

— Гарри очень скромный, он не хотел никого беспокоить, — с жаром говорила Гермиона, — но так больше нельзя! Мэри сказала мне, что с Гарри что-то не так, я сперва не поверила, а теперь убедилась сама: он должен или хорошо учиться или играть… Говорят, его отец был отличным игроком, но ведь он вырос в волшебной семье и многое знал и умел до того, как поступил в школу, поэтому мог относиться к занятиям спустя рукава и посвящать свое время тренировкам, но Гарри-то все узнает с нуля, ему намного труднее! Правда?

Он только кивнул.

Ну вот, и способность Грейнджер трепаться без остановки пригодилась. Причем она ведь даже не соврала ни разу! Важно правильно расставить акценты, наставлял меня папа, и я постаралась на совесть, разучивая с Гермионой эту речь. Впрочем, ей нужно было только дать вводную, а потом чуточку скорректировать это словоизвержение… Эту бы девочку отправить на радио — вещать на частотах противника, у того бы мозг взорвался!

— Вот поэтому мы посовещались и решили, — закончился мысль Гермиона, — что спорт спортом, но сперва Гарри нужно получить образование. Профессор МакГонаггал, ведь правда, он стал намного лучше учиться?

— Да, это так, — вынужденно согласилась та. — Северус?

— В компании с сестрой он хотя бы ничего не портит, — мрачно ответил Снейп. — Но заработанные ими баллы я вынужден делить пополам, разные факультеты, какая незадача!

— Думаю, это они переживут, — благостно улыбнулся директор, поглаживая бороду. — Гарри, что ты молчишь?

— А что говорить? — мрачно спросил он. — Все правда. Или играть, или учиться. Я ничего не знаю о волшебном мире, значит, надо учиться. А играть… пусть вон Рон играет за меня, он тоже очень хорошо летает! Если метла будет не хуже моей, то…

Дамблдор помолчал. Гермиона сидела прямо, готовая в любой момент ринуться в бой, а вот Гарри, наоборот, ушел в себя, я знала уже за ним такую манеру, поэтому чувствительно двинула локтем в бок — нечего отвлекаться!

— Однако и Драко Малфой ушел из команды, а он так стремился стать ловцом, — сказала вдруг МакГонаггал. — Почему бы это?

— Должно быть, мэм, ему неинтересно играть с кем-то не своего уровня, — ответила я, наскучив молчать. — А таких тут нет. Только Гарри, пожалуй, но он ведь тоже завязал.

Снейп издал непонятный звук, но промолчал.

— Ну, будем считать, что с этим мы разобрались, — сказал директор, протирая очки. — Однако, Гарри, у меня есть к тебе еще один очень деликатный разговор, касающийся твоей семьи… Ты уверен, что хочешь, чтобы девочки присутствовали при нем?

— Да, сэр, — мрачно сказал Гарри. — Мэри и Гермионе я доверяю. А вот…

Он покосился на Снейпа.

— Извини, присутствие деканов обязательно, — поспешно произнес Дамблдор, нацепил очки и сцепил руки под бородой. — Гарри, мне известно, что твой… гм… отчим ограничил тебя в общении с родной матерью.

— Угу… — буркнул тот и опустил голову. Правильно, нечего в глаза этому старику смотреть!

— Отчего же ты не обратился за помощью?

— Как?! — вспылил Гарри. Я же говорила, стоит довести его до нужного градуса каления — и прячься, все живое… — Где моя сова, я понятия не имею! Дома я сижу под замком, как у Дурслей, только в своей комнате, а не в чулане. А на окне решетка, это если вам Уизли еще не рассказали… Нет! — замахал он руками, и я невольно залюбовалась малахольным, казалось бы, братцем. — Это Дурсли меня морили голодом! А отчим к столу силой выгоняет, если не иду. Там у них… — Гарри покосился на меня, я кивнула, мол, говори, как есть. — Казарма. Подъем с рассветом, зарядка, пробежка, потом тут помыть, там отдраить, приготовить, поесть, снова за дело, обед, тихий час, снова что-то делать, неважно, копать или уроки учить, ужин, время на личные дела, отбой…

Я глянула на Гермиону. Она не выглядела потрясенной, посмотрела на меня с недоумением и развела руками, мол, что тут такого? Я толкнула ее локтем и спросила шепотом:

— У тебя так же?

— Ну почти… — ответила она. — Кроме зарядки. А зря! Все время сидеть вредно, я как дочь врачей говорю…

— Тс-с-с… — Я указала на директора, и Грейнджер понятливо заткнулась.

Заткнулась? Грейнджер?! Мне однозначно надо вытатуировать звездочку где-нибудь!

— Гарри, Гарри, мы отвлеклись, — остановил братца директор. — Мы поняли, что дать о себе знать ты никак не мог, а на доме твоего отчима стоит очень сильная защита… Чья, кстати?

— Дядя Люк постарался, — мило улыбнулась я.

— Дядя…

— Мистер Малфой, — мрачно пояснил Гарри.

МакГонаггал приоткрыла рот. Нет, она видела того у нас в гостиной, но вряд ли могла предположить, что я называю Малфоя-старшего дядей Люком! Бедная старушка…

— Так вот, Гарри, уже несколько недель твоя мама безуспешно пытается увидеться с тобой, — продолжил Дамблдор, и я увидела, как задрожал Гарри. — Но не может: аппарировать в дом ей мешают чары, а подойти просто так…

«Папины друзья», — заключила я. Конечно, этим ребятам ничего не стоит отвести глаза волшебством, они увидят вместо рыжей женщины седого старичка, но если у них есть приказ не подпускать никого вообще… Энн, конечно, могла бы стереть им память, подчинить волю, да только я помню, что Малфой-старший, довольно ухмыляясь, говорил, что сторожевых заклятий на нашем домике хватит на целый Азкабан. А еще — кем бы ни