почувствовав себя в безопасности.
А еще осознала, что все на самом деле закончилось, и никакие монстры больше из Лабиринта не полезут. Потому что Северин со своей командой сражались возле самой скалы, встречая первые, самые мощные волны чудовищ, о чем мне до этого рассказывал говорливый маг Воздуха.
Имен тот не знал, но мне хватило и упоминания Шаддара.
Но раз Северин оставил Лабиринт и явился ко мне в зверинец, это означало, что опасность миновала. Прорыв остановлен, и проход снова закрыт.
Хотя Темный вполне мог сообщить мне об этом и на словах, пришла в голову вполне разумная мысль.
Ну да, рассказать, а не обнимать на глазах у всех. Потому что этих глаз оказалось очень много – на нас смотрели с изумлением и моя подруга Лианна, и Колюч из кустов, и церберы, и Огневики, и целители из Водников, и вся команда Земли, окруженная своими симбионтами. Мантикоры, в конце-то концов!..
Что тут говорить о яйцекусах, которые окружили нас с Северином и принялись дружно щелкать челюстями, словно им всем выдали праздничные орехи.
- Хватит, – произнесла я негромко, попытавшись выпутаться из крепких рук Северина.
- Что именно хватит? – удивился он, нисколько не обескураженный всеобщим вниманием, хотя окружающие, немного на нас посмотрев, стали делать вид, что им такое неинтересно.
Даже Высшая нежить погнала прочь умертвия, приказав тем рыть проход в сторону кладбища.
Одни лишь простодушные церберы не спускали с Северина глаз, заодно рыча и обнажив окровавленные клыки. Ну и ящерки продолжали свой зубастый концерт.
- Похоже, ты пришел проверить, все ли со мной в порядке, – сказала я Темному. – Как видишь, я жива и здорова, только резерв на нуле. Поэтому можешь меня отпустить.
Тем временем обиженные целительницы, решившие, что моих слов благодарности явно мало за то, что я истратила почти всю их магию, принялись собираться в сторону Лабиринта.
Хотели выяснить, не нужна ли там их помощь.
- Знаю, – отозвался Северин. – Ты жива и здорова, я почувствовал это еще возле Лабиринта.
Но как именно он это сделал, Темный объяснять не стал. Отпускать он меня тоже не спешил – но ровно до тех пор, пока я не издала протестующий возглас, на что церберы с яйцекусами тотчас решили проверить на крепость его кости и прочие составляющие.
Тогда Северин разжал руки и отстранился.
Хотя мне показалось, что с сожалением.
Затем сказал всем, кто сражался в зверинце, что прорыв остановлен. И он был довольно серьезным, хотя, конечно, в Шаддаре видели и не такие.
Правда, без жертв со стороны людей не обошлось.
- Кто? – осипшим голосом спросила я, побоявшись услышать знакомые имена.
- Главный куратор нашей команды, – негромко отозвался Северин. – Он первым встретил эту нечисть. И еще несколько магов, но, кажется, не из вашей академии. Пострадавших тоже много. Ваш лазарет, подозреваю, переполнен.
- Думаю, надо туда отправиться и спросить, не нужна ли помощь, – пробормотала я.
- У тебя все равно нет магии, Александра, – возразила мне одна из целительниц. – Так что твоя помощь там вряд ли понадобится.
Я лишь усмехнулась в ответ. Не стала ничего объяснять ей про ведьмочек, которые могли учинить скандал вселенского масштаба на ровном месте и поднять практически из могилы даже тех, кого давно уже заждались в загробном мире.
- Зато у меня есть тягловая сила, – парировала я, погладив церберов по головам. – Думаю, наша помощь пригодится.
На этом мы и разошлись – вернее, Северин ушел по своим делам, мы же с церберами отправились разыскивать раненых и перевозить их в лазарет, а заодно собирать сплетни. Ну и проведали Гретту, не без этого, жизни которой ничего не угрожало, хотя ее все же оставили в лазарете до завтрашнего вечера.
В какой-то момент по всей академии разнесся голос Брира – тот тоже выжил! – заявившего, что все студенты должны немедленно разойтись по своим факультетам либо коттеджам, после чего лечь спать.
Потому что на сегодня все закончено, а завтрашний день никто не отменял – он уже заявлял свои права. Так что нам стоит отдохнуть, а итоги прорыва мы будем подводить позже.
Ну что же, я пошла к себе. Прихватила по дороге Колюча, который измучился до такой степени, что едва ковылял. Пристроила его на спину Пушка, а затем посмотрела на следовавшую за мной по пятам стаю яйцекусов.
Прекрасно понимала, что их вольер был уничтожен, и этим вечером – вернее, уже утром – вряд ли кто-либо станет пытаться его восстановить.
- Так и быть, – сказала им. – Сегодня вы можете спать со мной. – Поглядела на церберов. – И вы тоже. Но сперва я вымою вам всем пасти и лапы, а то от вас порядком воняет.
И себе тоже. Пусть не пасть и не лапы, но мне нужно было принять душ, потому что я была в крови – не только монстров, но и людей.
«Все в порядке, можешь отдыхать, – сообщил мне Рурх, когда я дотащилась до входа на факультет Некромантии. – Мы будем следить. Если появится новая опасность, то предупредим».
Надо ли говорить, что я поблагодарила упырей еще раз, пообещав, что непременно подниму в деканате вопрос – завтра же! – о красивых оградках и новых надгробиях на кладбище? И еще о том, чтобы их постоянно снабжали чаем и вкусностями из столовой.
Потому что они заслужили – настоящие герои!
Затем немного подумала о Северине – хотела подумать побольше, но сил на такое у меня не осталось. Кто-то из встретившихся мне по пути девушек принялся расспрашивать, почему на мне не платье, а лишь клочки, заляпанные красной и зеленой кровью, и правда ли это, что я приняла бой, а на моей стороне был весь зверинец.
Но у меня не осталось сил отвечать на их вопросы. Как и разбудить Лианну, спавшую в кровати Гретты.
Зато я кое-как отмыла церберов, а потом полила водичкой ящерок, всех семнадцать, глядя, как стекает с них кровь монстров. Вытерла псов нашими с Греттой полотенцами, подумав, что мне серьезно попадет от подруги, когда ту выпустят из лазарета.
После чего, вымывшись сама, переоделась в сорочку и завалилась в кровать, подвинув спавших яйцекусов.
- Кто ляжет на меня, того испепелю, – пригрозила я всем и почти моментально провалилась в сон – едва только моя голова коснулась подушки.
Там, конечно же, меня поджидало Око. Смотрело на меня
