чём речь.
Плахов едва заметно дёрнул подбородком. Конечно же, он знал.
— Так вот, в этом так называемом заповеднике находится стационарный артефактный щит высшего уровня, а за ним — гигантская иллюзия. Она маскирует огромный кусок территории. Иллюзия настолько качественная, что даже с близкого расстояния всё выглядит как обычный лес, — произнёс я.
Майор захлопнул папку. Звук получился резким, как выстрел.
Я приготовился к допросу. Сейчас он спросит, откуда у меня такие данные, на каком основании моя гвардия проводила разведку в государственном заповеднике, упомянет задержания чиновников и так далее. Я заранее продумал ответы, которые удовлетворили бы СБИ и не подставили моих людей.
Но майор просто смотрел на меня и продолжал молчать. Если бы он не представился, когда приехал, я бы решил, что он немой.
Плахов сунул папку с доказательствами Баума под мышку и сухо произнёс:
— Служба безопасности империи во всём разберётся, граф.
Он развернулся и направился к выходу.
— А как же ваши вопросы? — спросил я вслед.
— Задам, если возникнет необходимость, — через плечо бросил Плахов.
— Тогда ответьте на один мой вопрос, если вас не затруднит.
Майор остановился у двери, обернулся и мотнул подбородком, мол, слушаю.
— Как вы получили этот шрам на лбу? Простите, что задаю такой личный вопрос, но мне любопытно это узнать, как целителю, — сказал я.
Плахов хмыкнул и спросил:
— Похоже на шрам от пули, да?
— Да. Но если бы пуля вошла в такое место и под таким углом, вы бы точно не выжили.
— Ну так это была не пуля, а заклинание. А выжил я потому, что рядом оказался хороший целитель. Так что я с уважением отношусь к вашему ремеслу, граф. Будьте уверены, что расследование пройдёт справедливо, — произнёс майор и вышел на улицу.
Подойдя к окну, я наблюдал, как руководитель местного отделения СБИ садится в свой чёрный внедорожник без номеров. Машина резко сдала назад, развернулась, взрывая колёсами снег, и умчалась в сторону выезда со стройки.
Российская империя, город Екатеринбург, особняк князя Аристова
Князь сидел за столом, подёргивая ногой, и с раздражением слушал доклад начальника своей службы безопасности.
— Они начали официальную проверку, ваша светлость. Наши люди в управлении это подтверждают. Более того, майор Плахов сегодня лично ездил на стройку к графу Сереброву. Они побеседовали, после чего Плахов уехал с какими-то документами.
Аристов скрипнул зубами. Плахов не был продажным, поэтому вёл расследование как положено. А направить его на ложный след не получилось. Это плохо.
— Что именно есть у Плахова? — холодно спросил Кирилл Викторович.
— Не могу знать, ваша светлость. Но судя по тому, какую информацию искали спецслужбы Баума, они могли выяснить, откуда взялся алхимический огонь, — ответил гвардеец.
— Свободен, — раздраженно бросил Аристов.
Начальник охраны мгновенно испарился за дверью, понимая, что в такие моменты хозяину лучше не попадаться под руку.
Князь тяжело вздохнул и потёр лоб. Похоже, что дело дрянь. Идиот Юрасов слишком наследил со своим поджогом. Аристов предупреждал его, что Серебров — опасный игрок, но граф не послушал. И теперь из-за его самодеятельности СБИ взяла след.
Проблема заключалась не в самом Юрасове. Если Плахов начнёт копать под графа, он неизбежно выйдет на их общие с князем дела. А оттуда ниточка потянется к «заповеднику» и аномалии. И вот этого допустить категорически нельзя.
Аристов протянул руку к телефону и набрал номер своего вассала.
— Ваше сиятельство… — начал было Юрасов.
— Заткнись и слушай меня внимательно, — не терпящим возражений тоном перебил его Кирилл Викторович. — Служба безопасности империи серьёзно взялась за дело. Похоже, Баум смог вычислить, что это ты купил алхимический огонь и устроил поджог. Сам понимаешь, чем это грозит.
— Но ваша светлость, я работал через…
— Твоих посредников уже скрутили и заставили всё рассказать!
— А как же…
— Я попытался пустить СБИ по ложному следу, ты сам знаешь. Но майор Плахов не тот человек, которого легко обмануть. Попытка провалилась, — Аристов холодно признал своё поражение.
На том конце провода послышался сдавленный вздох.
— Я же говорил… Я предупреждал, что этот Серебров… — забормотал Юрасов.
— Слушай приказ. Сегодня же ночью отправь своих людей в заповедник. Нужно зарядить очередную партию артефактов. Сделайте это до того, как ищейки Плахова начнут официальную инспекцию территории.
— Заряжать артефакты сейчас⁈ — голос Юрасова сорвался на истеричный фальцет. — Ваша светлость, простите, но вы в своём уме⁈ Ситуация накалена до предела! Моих людей могут взять с поличным, а это, это…
Аристов молчал, позволяя вассалу выплеснуть панику, и даже не обратил внимание на оскорбление. Он понимал, что Андрей сейчас на грани, да и плевать ему было на всё эти проявления слабости.
— У нас почти не осталось времени, — с отчаянием в голосе продолжил Юрасов. — Князь, прошу вас, давайте всё свернём. Нужно уничтожить аномалию и забыть про это дело. Только так мы сможем замести следы!
— Успокойся, Андрей, — голос Аристова внезапно стал мягким, почти отеческим. — Ты прав. Ситуация действительно вышла из-под контроля. И твоё предложение абсолютно разумно.
— П-правда? — с надеждой выдохнул Юрасов.
— Конечно. Так и сделаем. Мы уничтожим аномалию, но перед этим надо снять последние сливки. Поэтому слушай меня: зарядите ещё одну партию артефактов, а дальше я всё беру на себя. Договорюсь с заказчиками и всё объясню. У тебя не будет никаких проблем, обещаю. Главное, сделай что нужно.
— Конечно, ваша светлость. Я всё сделаю!
— Никаких ошибок, — произнёс напоследок князь и сбросил звонок.
Он посидел какое-то время, принимая окончательное решение, а затем набрал другой номер телефона.
В мастерстве интриг есть много приёмов, которые позволяют выйти сухим из воды. Но один из самых эффективных — это вовремя убрать пешку с доски…
Российская империя, город Санкт-Петербург, Зимний дворец
Князь Пушкарёв терпеливо ожидал в роскошной приёмной. Несмотря на свой статус и колоссальный опыт управления новосибирским регионом, перед встречей с императором он чувствовал мандраж.
Двери, украшенные золотой вязью, бесшумно распахнулись. Офицер личной императорской гвардии, чья аура фонила так, словно он в одиночку мог уничтожить небольшую армию, коротко кивнул Пушкарёву, приглашая войти.
Богдан Романович пересёк порог и оказался в просторном рабочем кабинете, окна которого выходили на скованную льдом Неву.
Пётр Алексеевич стоял у огромного стола, на котором были аккуратно разложены документы. Он поднял взгляд на князя
