Когда присмиреет жеребец, скачи на нем прямо ко дворцу хана. Остальные лошади сами пойдут за тобою.
Джигит сделал так, как велела ему жена. Через несколько дней он пригнал диких лошадей к ханскому дворцу.
— Эй, выходите! — кричал джигит. — Забирайте своих коней!
Одичалый табун чуть не разнес аул. Хан перепугался и приказал, чтобы лошадей угнали подальше.
Собрался хан казнить злую старуху. Упала она на колени и завопила:
— Пощади, повелитель! Дай джигиту третье поручение. Если он его выполнит, тогда руби мне голову.
Согласился хан. Сказала злая старуха:
— После смерти твоего отца на поминках в сороковой день был зарезан черный жеребец. Пусть джигит найдет его и приведет к тебе.
Вызвал хан джигита. Велел ему найти жеребца, съеденного на поминках покойного хана, и доставить в царский дворец.
Сильно затужил джигит. Приходит он и говорит жене:
— Теперь я погиб. Велел мне хан найти съеденного жеребца.
Сказала ему жена:
— Если бы ты выдержал сорок дней и не уничтожил раньше срока мою волчью шкуру, не было бы у нас такой беды. Не могу я помочь тебе. Придется идти за советом к старой волчице.
Отправился джигит к хану. Просит дать сроку три месяца на поиски съеденного черного жеребца. Хан охотно прибавил еще три месяца. Собрался джигит в путь. Прощается со своей женой.
А жена говорит ему:
— Пока ты будешь ездить, не даст мне покоя хан. Брось свой брусок на землю, топни ногой. Пусть появится железный дом. Спрячь меня в нижний этаж. Там я буду ждать твоего возвращения.
Бросил джигит брусок на землю. Топнул ногой и появился железный дом. Спрятал джигит жену в нижний этаж, а сам поехал к волкам.
Много дней прошло, пока добрался до берлоги.
Выслушала его старая волчица и сказала:
— Во всем, сынок, виноват ты сам. Если бы послушал меня и выдержал сорок дней, не было бы сейчас такой беды. Постараюсь помочь твоему горю. Поезжай в горы, где похоронен отец хана. Найди его могилу, раскопай ее и собери все косточки покойника.
Положи их в люльку и начни качать. Тогда дух покойного хана закричит: «Будь проклят, кто меня тревожит! Говори скорей, чего тебе нужно!» Тут ты ему и выложи свою просьбу.
Научила волчица, какими словами следует ее сказать, и отпустила джигита.
Поскакал джигит в горы, нашел могилу хана, раскопал ее, собрал кости покойника, положил в люльку и начал качать.
— Не тревожь меня, проклятый! — завопил дух старого хана. — Чего тебе от меня нужно?
Отвечает ему джигит:
— Твой сын меня тревожит, а я тебе не даю покоя.
— Чего хочет мой сын?
— На сороковой день после твоей смерти на поминках был зарезан черный жеребец. Теперь твой сын требует этого жеребца от меня.
— Неужели ему жалко для меня даже одного жеребца? — вскричал дух и в ярости вышвырнул жеребца из могилы.
Смотрит джигит, а у жеребца нет куска от задней части.
— А где же кусок от задней части? — спросил джигит.
— Такого жеребца дал мне мой жадный сын. Этот кусок ноги съел он сам со своей женой. Так и передай ему. А теперь убирайся отсюда вон. Дай мне покой.
Только через месяц добрался джигит домой.
Приехал он и видит: хан сломал два верхних этажа железного дома и подбирался к нижнему, где сидит его жена.
Джигит подвел хану жеребца и передал ему слова покойного отца.
Хан устыдился и оставил джигита в покое, а злой старухе отрубил голову.
Джигит с молодой женой жили после этого очень счастливо.
Чудесная шуба Алдара-Косе
Только в лисьей шубе в такую холодную зиму нельзя было замерзнуть! А в дырявой-предырявой шубенке Алдар-Косе мерз каждый день.
Ехал он раз по степи — руки, ноги озябли, нос посинел, скорей бы до теплой юрты добраться.
Ветер свистит, за уши хватает. А в степи нигде не видно дыма над аулом.
Напрасно махал камчой Алдар-Косе: старый тощий конь не мог бежать. Взмахнет он гривой и опять шагом идет.
«Плохой конь — долгая дорога, — качая головой, говорил сам себе всадник. — Ехать еще далеко, собачьего лая не слышно, и ни одной юрты в степи нет. Пропадешь при таком морозе!»
Вдруг увидел он: едет навстречу всадник. По хорошему бегу коня Алдар-Косе догадался, что едет бай. Хитрец сразу же смекнул, что делать. Он распахнул свою дырявую шубенку, выпрямился в седле и запел веселую песенку.
Встретились путники, остановили коней и поздоровались.
Бай в теплой лисьей шубе ежится от холода. Алдар-Косе шапку набок сдвинул, отдувается, точно сидит на солнцепеке в летний жаркий день.
— Неужели ты не замерз? — спрашивает бай хитреца.
— Это в твоей шубе холодно, а в моей очень жарко, — отвечает Алдар-Косе.
— Как же может быть в твоей шубе жарко? — не понимает богач.
— Разве не видишь?
— Вижу, что вороны рвали твою шубенку и в ней дыр больше, чем меха!
— Вот и хорошо, что дыр много. В одну дыру холодный ветер входит, в другую выходит. А мне тепло остается.
— Надо у него эту чудесную шубу выманить, — думает бай.
«Вот тепло будет, если байскую шубу надеть!» — размышляет про себя хитрец.
— Продай мне твою шубу! — сказал бай Алдару-Косе.
— Не продам. Я без своей шубы сразу замерзну.
— Не замерзнешь? Возьми в обмен мою лисью шубу, — предложил бай. — Она тоже теплая.
Алдар-Косе сделал вид, что и слышать не хочет. А сам одним глазом смотрит на теплую шубу, а другим на байского скакуна любуется.
— Шубу отдам и денег прибавлю! — стал соблазнять бай.
— Денег мне не надо. Вот если коня дашь в придачу, тогда подумаю.
Обрадовался бай, согласился. Снял свою шубу и отдал коня.
Надел Алдар-Косе лисью шубу, пересел на байского скакуна и помчался, обгоняя ветер.
Хорошо теперь было Алдару-Косе ездить от аула к аулу в теплой шубе, на хорошем коне.
В каждой юрте спрашивали у хитреца:
— Откуда у тебя лисья шуба и конь бегунец?
— Сменял на чудесную шубу, в которой было семьдесят дыр и девяносто заплат…
Потешая людей, Алдар-Косе рассказывал, как бай накинулся на его дырявую шубенку и отдал ему свою лисью.
Смеялись люди, угощая кумысом хитреца. Когда смех ослабевал, Алдар-Косе каждый раз повторял:
— Далек путь или близок, узнает тот, кто проедет. Горькую еду от сладкой отличит тот, кто поест!
Хан и мудрый визирь
Жил на свете хан. Главным
