велик.
— Чем больше город, тем больше проблем, — вздохнула Клавдия, но тут же улыбнулась. — Идёмте, Дмитрий Тихонович, к моему столу, а то что-то мы как неродные посреди кабинета топчемся.
Митя не возражал. Клавдия Александровна ему нравилась — за эти два месяца они стали настоящими друзьями. Пухленькая, с хитрым взглядом и открытой улыбкой, волшебница легко располагала к себе. Не было в ней ни надменности, присущей некоторым зеркальщикам, ни отстранённости.
— Жарко нынче, — пожаловался Митя, присаживаясь на знакомый стул.
— И не говорите. Сколько лет тут живу, а такое впервые вижу, — согласилась волшебница. — Чай не предлагаю, вот квас имеется. Нальёте?
— Будьте так любезны, — согласился Митя, разглядывая кабинет, живший своей жизнью. — А что-то нынче у вас более людно, чем обычно, или мне кажется?
— Не кажется, — отозвалась Клавдия, ставя перед ним кружку с тёмным напитком. — Так и есть. Бурлит весь Департамент, что ваш квас. Газеты поди видели?
— Не видел, — откликнулся Митя, делая глоток ядрёного хлебного кваса. — Но зазывал не услышать не мог. Это из-за убийства городового?
— Из-за него самого, — согласилась волшебница. — И ладно, если б просто убийство… — Она понизила голос. — Так тут магия замешана.
— Даже так? — Митя вопросительно поднял бровь. — А говорят, напавший — псих.
— Теперь уже может быть и так, а до сего дня в скорбном доме не лечился да и в целом на здоровье не жаловался.
— Так с чего решили, что виной магия, а не эта одуряющая жара? Напекло бедолаге, вот и сбрендил, — предположил Митя, прикидывая все варианты событий.
— Да поначалу так и подумали. А когда его уже повязали, заметили след волшбы. Понимаете, Дмитрий? — Клавдия многозначительно посмотрела на него. — Некто околдовал бедолагу, вот он и сотворил подобное.
— Если так, то я бы подумал на ведьм — они зачаруют, и моргнуть не успеешь, — предположил бывший маг.
— Все так предположили. Ведь убийца был пьян, так что, может, с пивом и подсыпали. Но вот беда — это не первое происшествие.
— То есть не первое убийство? — по-своему понял её Митя.
— Да нет, что вы! — замахала Клавдия руками. — Убийство-то как раз первое. До того всё попроще было. Ну, там один пьянчужка нагишом по мосту бегал, другой пытался с рогаткой лавку ограбить… А вот чтоб такое… — Волшебница нахмурилась, но тут же вновь улыбнулась. — Впрочем, вы об этом не думайте. Лучше скажите, чем в целительском крыле порадовали?
— Увы, ничем, — Митя развёл руками. — Клара Захаровна лично осматривала нынче в зеркальной трубе и по итогу объявила, что лечению мой недуг неподвластен. Осталось надеяться на время — вдруг отрава выветрится из тела. Или просто напросто забыть о зеркальной магии, будто её в моей жизни и не было. Вот на море уехать и гулять там, попинывая гальку в прибой.
— Ох, Дмитрий Тихонович… — Волшебница, подперев кулаком щёку, с грустью взглянула на подопечного. — Печаль-то какая… Но с другой стороны, может, она и права? Может, время надобно, и всё исправится?
— Или уехать и забыть, — напомнил Митя.
— А что, я вот сейчас лучше бы по берегу гуляла да на прибой поглядывала, чем тут томиться, — сразу же согласилась Клавдия.
— Да-да, безусловно, всё так, — эхом отозвался Митя, не желая спорить с девушкой. — Давайте лучше вы меня порадуете. Что там по моему делу?
— Магистрат отложил заседание, — Клавдия скривилась, точно у неё разом заболели все зубы. — Отписка пришла, что покамест имеются более срочные дела, так что вы ещё погостите у нас в Петербурге.
— Нагостился уже по горло, — буркнул Митя, не сдержав досады.
— Ну, простите меня, Дмитрий Тихонович, мой славный. Я правда к ним ходила, просила поскорее решить дело. Да разве меня слушают? «Некуда, мол, господину Демидову торопиться, пусть красотами любуется и здоровье восстанавливает. Чай, не за решеткой сидит, а на казённых харчах в гостинице отдыхает». Вот и весь ответ.
— Да разве ж я вас упрекаю? — удивился Митя. — Просто эта неопределённость уже вот где сидит. — Он указал механической рукой на горло и тут же поморщился: плечо заныло с новой силой.
Клавдия, заметив, как дёрнулась его щека, поняла это по-своему:
— Я честно постараюсь всё уладить. Вот сегодня же опять пойду и стану добиваться для вас приема. И не уйду, пока мне не назовут точную дату. Да! Так и знайте — не уйду!
Глядя на её раскрасневшиеся щёки, Митя хотел поблагодарить девушку, но тут в их разговор вмешался ещё один маг — молодой, но уже с залысинами, отчего лицо его казалось необычайно вытянутым.
— Извините, что прерываю вашу горячую беседу, но, госпожа Строкова, будьте любезны подойти к карте. Имеются вопросы и мысли.
— Ой, да, конечно, я сейчас! — закивала волшебница, затем взглянула на Митю и пожала плечами. — Вот так и суечусь, — призналась она. — Отдохнуть некогда.
— Хотите сегодня в театр сходим? — неожиданно для самого себя предложил Митя и замер в ожидании ответа.
Клавдия удивлённо посмотрела на него, потом потупила взор:
— Вы уж извините, но на вечер иные планы имеются. Давайте в другой раз.
— Госпожа Строкова, мы вас ждём! — крикнул её коллега.
И Клавдия тут же поднялась из-за стола:
— Всё, давайте увидимся послезавтра. И я надеюсь, новости у меня для вас будут самые что ни на есть наилучшие.
— И я надеюсь, — признался Митя.
Затем, откланявшись, он направился к двери. По пути замедлил шаг, чтобы разглядеть карту, но увидел лишь несколько точек в паутине улиц и каналов, отмеченных красным. Поди разбери, где что.
Покинув Департамент, Митя первым делом приобрел газеты. Для точности он взял несколько штук разных изданий. Безусловно, информация в них подавалась для горожан, стало быть, для обычного люда, без истинных причин и прочих догадок, но все же разные взгляды могли осветить происшествие под другим углом.
Дойдя прогулочным шагом до сквера, раскинувшегося перед Александринским театром, маг устроился на скамейке и принялся изучать прессу. В целом информация в статьях была одна и та же. Некий господин, чье имя не называлось, находясь в состоянии подпития, напал утром на городового и убил оного голыми руками.
