день, уже сделал, так что до вечера совершенно свободен.
— Хорошо, только подождите минуту, мне нужно собраться.
Посыльный кивнул и отступил в сторону, заложив руки за спину.
Я ещё раз умылся, переоделся в чистую одежду и потуже затянул ремень на поясе. Крох уже стоял у двери, а Люмин же продолжал валяться у грядки в позе счастливчика.
— Ушастый, подъём.
Зайцелоп нехотя приоткрыл один глаз, вздохнул и соизволил подняться. Затем отряхнулся так, что длинные уши хлопнули его по щекам, и, обиженно дёрнув носом, поскакал к выходу.
Когда мы вышли на улицу, посыльный молча двинулся вперёд, а я последовал за ним. Крох засеменил слева, чуть позади меня, а Люмин справа, периодически отбегая в сторону, чтобы понюхать травинки у мостовой.
Район Отверженных жил привычной суетой. У соседнего дома двое мальчишек катили по мостовой колесо от телеги, а старик в окне второго этажа орал на них, требуя немедленно прекратить этот шум. Впрочем, кричал он без всякой надежды быть услышанным.
Посыльный провёл нас мимо Ассоциации, направляясь в сердце столицы. Чем ближе мы подходили к Центральному кварталу, тем спокойнее становилось вокруг — каждый звук теперь доносился отчетливее: шорох метлы, отдалённый перестук копыт, чьи-то размеренные шаги.
Вскоре посыльный свернул в широкий, обсаженный подстриженными деревцами проулок, который неожиданно упёрся в кованую арку с двумя раскрытыми створками решётчатых ворот. Над ней, на чёрной железной пластине с потускневшей позолотой, значилось: «Улица Каменных Грифонов».
По обе стороны от ворот в каменных нишах находились искусно высеченные грифоны в полный рост, с распахнутыми крыльями и приоткрытыми клювами, а рядом с ними стояли двое стражников.
Один из них был постарше, с аккуратной короткой бородой и спокойным взглядом, а второй — помоложе, чисто выбритый и чуть выше первого.
Посыльный уверенно подошёл к ним. Старший стражник кивнул ему, как давнему знакомому, и перевёл взгляд на меня.
— Этот господин с вами? — тихо спросил он, не отрывая глаз от моего лица.
— Всё верно, целитель Моррис направляется к господину Валленхофу по его личному приглашению.
Стражник слегка отступил в сторону, освобождая проход, и мы шагнули под арку, на мостовую, выложенную светлым камнем в косую ёлочку.
Улица Каменных Грифонов оказалась невероятно красивой. Вокруг высились особняки в три, а некоторые и в четыре этажа, облицованные то тёмным гранитом, то светлым мрамором. Резные карнизы украшали окна с изящными витражами.
Посыльный, не оборачиваясь, провёл меня мимо двух одинаковых фасадов и остановился у третьего.
Я задрал голову и оглядел дом, который на общем фоне выглядел довольно… сдержанным. Три этажа тёмного, почти чёрного гранита, без резных карнизов, но с узкими витражными вставками в окнах. Над входом не было ни флагов, ни щитов с родовыми гербами.
Зато по обе стороны от двери стояли каменные постаменты со скульптурами оскаленных медоедов. Хищники вырезаны настолько точно, что, казалось, они вот-вот оживут, спрыгнут на мостовую и бросятся в бой.
Посыльный поднялся на крыльцо и толкнул тяжелую створку.
— Прошу, целитель.
Я переступил порог и последовал за проводником, который сразу же двинулся вперёд по длинному коридору. С левой стены на меня смотрели портреты, по всей видимости, предков семьи Валленхоф. Между массивными рамами находились трофеи: череп с глубокой трещиной через левую глазницу, огромные клыки на бархатной подложке и серебристая шкура, растянутая от пола до потолка.
Крох поднял голову и, мимоходом посмотрев на шкуру, тут же перевёл взгляд вперед. Люмин же остановился с круглыми глазами и потянул к меху нос.
— Люмин, — тихо позвал я.
Зайцелоп мгновенно повернулся с виноватым видом и понёсся меня догонять.
Посыльный повёл меня вверх по широкой дубовой лестнице. На площадке между этажами стоял шкаф с тремя моноклями на бархатной подкладке — экспозиция, явно рассчитанная на гостей.
Лестница вывела нас в широкий коридор. Мужчина свернул в боковой проход и, остановившись перед высокой дверью с резной филёнкой, слегка постучал.
— Войдите, — донеслось изнутри.
Посыльный распахнул створку и отступил в сторону. Я шагнул внутрь.
Кабинет оказался просторным, но без лишнего шика. Под ногами слегка поблёскивал тёмный паркет, на котором располагалась серая шкура неизвестного мне зверя с длинным ворсом. Шкафы с книгами поднимались до потолка. Посреди комнаты высился стол из морёного дуба, за которым восседал крупный широкоплечий мужчина с тяжёлым подбородком и аккуратной щетиной, а напротив него расположились два глубоких кожаных кресла.
Его тёмные глаза скользнули по мне, Кроху и Люмину, абсолютно ничего не выразили и вновь вернулись к моему лицу.
Отодвинув в сторону стопку пергаментов, он кивнул на одно из кресел.
— Целитель Моррис, — произнёс мужчина низким спокойным голосом без приветственной теплоты. — Присаживайтесь.
— Здравствуйте.
Я опустился. Крох бесшумно устроился у моей левой ноги, а Люмин потоптался у входа, обнюхал паркет и со страдальческим вздохом плюхнулся на попу.
Мужчина проследил за зайцелопом тяжелым взглядом и вновь посмотрел на меня.
— Меня зовут Гордан Валленхоф, — он сложил пальцы домиком. — В связи с недавними обстоятельствами наша семья была вынуждена на время приостановить закупку вашего корма, однако ситуация успешно разрешилась, и я предлагаю возобновить поставки.
— Не вижу никаких препятствий, — кивнув, спокойно ответил я.
— Только теперь меня интересует исключительно улучшенный корм, — Гордан чуть подался вперёд и стукнул пальцами по столешнице. — Сколько порций в день вы готовы поставлять без потери качества?
Я мысленно прикинул. На текущий момент мой лимит — сто обогащений. Конечно, можно назвать эту цифру, но… скорее всего, ко мне скоро нагрянут клиенты из Ассоциации, а упускать шанс завести полезные знакомства — верх глупости. Так что…
— Пятьдесят, — отозвался я. — За исключением дней, когда я буду в Лесу или занят сложными пациентами.
Гордан несколько секунд молча смотрел на меня, а затем кивнул.
— Меня это устраивает, — наконец отозвался он.
Мужчина вновь сделал паузу, после чего продолжил:
— Также я предлагаю взять на себя поставку сырья. Раз в неделю к вам будет приходить мой человек, который по вашему списку доставит любые ингредиенты по сниженной цене.
Я приподнял брови.
— Насколько сниженной?
— На треть. По некоторым позициям — наполовину.
— А взамен?
Он позволил себе намёк на усмешку.
— Вы обязуетесь не заключать аналогичных контрактов с другими торговыми домами.
Воздух в кабинете будто слегка потяжелел.
Вот оно что. Я опустил взгляд на свои руки, и перед глазами мгновенно всплыли почерневшие дёсны Шипа, тёмные паутинки в белках глаз, чёрный сгусток,
