я чуть было скорую помощь вызывать не побежал. Напугала ты меня.
К этому времени Хьюз тоже финишировал, и похоже чувства Ширли его совсем не волновали. Чертов извращенец, шлепнул девушку по попе, победно помахал киномагнатам рукой. И вот как дальше вести с ним дела⁇
* * *
Обратно со «шлюходрома» я ехал в некотором отупении.
«Роллс-Ройс» мягко плыл вниз с холмов, голова была тяжёлая, пустая, гудящая, как после контузии. Слишком много всего за один вечер. Термы, тоги, вино, делёж «Оскаров» в эвкалиптовом пару, еще вино, секс, потом рукопожатия людей, которые пустили под откос больше судеб, чем иной военный трибунал. И Хьюз. Хьюз, который ещё вчера казался мне эксцентричным союзником, а сегодня стал откровенно противен. Я не знал, как теперь вести себя с ним. Партнёр, без которого мне не провернуть скупку долгов Хёрста, — и человек, которому я после сегодняшнего не подал бы руки, будь моя воля.
Вивиан я взял с собой — решил подбросить до дома, не оставлять же девочку добираться ночью из Палм-Спрингс. Она забралась в салон «Роллса» и тут же забыла обо всём пережитом. Для неё это была первая в жизни поездка в такой машине, и она вертела головой, гладила ладонью кожу сидений, нажимала кнопку стеклоподъёмника вверх-вниз, заглядывала в маленький бар на откидной панели, ахала над каждой мелочью. Всё ей было в диковину, всё восхищало. А я просто сидел, откинувшись на подголовник, и слушал её щебет вполуха, слишком вымотанный, чтобы поддерживать разговор.
Ехали в Чайна-таун. Я отметил про себя — туда же, где когда-то снимали угол мои близняшки, Шерил и Сью, до того как я их вытащил в этот мир шоу-бизнеса. Тот же район дешёвых меблированных комнат, прачечных и ночных забегаловок, куда стекается вся голодная молодая Калифорния в надежде на чудо.
Вивиан рассказывала о себе — без умолку, радуясь живому слушателю. Днём она работает на заводе, собирает авиационные генераторы для маршевых двигателей. Руки, которые я в термах принял за руки книжной девочки, на деле каждый день крутят гайки на конвейере. А вечерами и в выходные она ходит на пробы. Её, оказывается, страшно впечатлила история Мэрилин Монро — та ведь тоже начинала на авиазаводе, клепала фюзеляжи во время войны, а пробилась в звёзды. Вот и Вивиан верит, что сможет так же. Глаза у неё горели, когда она это говорила.
— Попу лечить тоже потом захочешь? — мрачно спросил я, глядя в окно.
Она осеклась.
— Что?
— Ты же видела, что творится на «настоящих» пробах. Сегодня, в термах.
Вивиан помолчала, потом спросила:
— Зачем это все? Неужели нельзя…
— Нельзя! — оборвал ее я — Это же натуральные римские патриции. Пресыщенные, все повидавшие и все попробовавшие в жизни. Их уже мало что возбуждает, стимуляция должна быть максимальной.
Девушка упрямо вскинула подбородок:
— Пусть так. Зато мистер Хьюз пообещал Ширли главную роль. В новом фильме. «Крепкий орешек». Значит, так бывает. Значит, можно!
Я горько засмеялся. Не над ней — над всей этой машиной, которая перемалывает таких вот заводских девочек тысячами.
— Обещать жениться, детка, не значит жениться.
— Почему? — Она искренне не понимала.
— Потому что эта роль по контракту достанется совсем другой актрисе.
— Какой?
— Твоей любимой Монро.
Вивиан резко повернулась ко мне всем телом:
— Но откуда ты знаешь?
— Да потому, что я продюсер этого фильма.
Она замолчала. Я смотрел, как до неё доходит — медленно, болезненно, как вода просачивается сквозь песок. Ширли сколько угодно может подставлять свою задницу Хьюзу, главную героиню в фильме сыграет Мэрилин Монро, и это уже решено, скоро будет подписано в договоре.
— Так же… так же ужасно, — тихо сказала Вивиан.
— Привыкай. — Я сказал это без злости, устало. — Это ужасный и жестокий мир шоу-бизнеса. Все используют всех по полной. Ну и кидают, конечно, тоже. Регулярно.
«Роллс» свернул на узкую улочку Чайна-тауна, мимо красных бумажных фонарей, погасших витрин с иероглифами, мимо прачечной, над которой ещё горело одинокое окно. Машина остановилась у обшарпанного подъезда, который Вивиан назвала шофёру.
Я достал из внутреннего кармана смокинга визитную карточку и протянул ей.
— Вот, держи. Моя визитка. Когда надоест верить обещаниям продюсеров и крутить гайки на конвейере — позвони. Пристрою тебя на второстепенную роль в какой-нибудь фильм. Маленькую, без реплик, может быть. Но настоящую, в титрах, с контрактом. Это я могу обещать твёрдо. В отличие от мистера Хьюза.
Вивиан взяла карточку обеими руками, осторожно, как птенца. Посмотрела на меня — уже без прежнего восторга в глазах, но с чем-то другим, повзрослевшим.
— Спасибо, Кристофер.
— Иди спать. Завтра на завод.
Она выскользнула из машины, и красные фонари Чайна-тауна сомкнулись за её тонкой фигуркой. Я откинулся на сиденье и закрыл глаза. «Роллс» тронулся, повёз меня обратно в холмы, в моё поместье, к моим зайкам и к моей сложной новой жизни.
Глава 21
В частный терминал международного аэропорта Лос-Анджелеса мы въехали прямо на машинах — никаких очередей, никаких толп, никакой регистрации. «Кадиллак» Монро затормозил у крыла самолёта рядом с моим «Роллс-Ройсом» и «Роадмастером», и я впервые увидел, как путешествует настоящая звезда.
Мэрилин выпорхнула из машины в светлом дорожном костюме, в огромных тёмных очках, с шёлковым платком на голове — и всё равно её узнал бы любой слепой по одному силуэту. Увидев меня, она бросилась навстречу, и мы расцеловались:
— Кит! Я всю ночь не спала от волнения! — Она смеялась, повиснув у меня на локте. — Багамы! Я ни разу не была на Багамах!
Тут актриса увидела мой лимузин с логотипами кроликов:
— Ого! Ничего себе, у тебя «Роллс-Ройс»… У Занука такого нет!
— Дела идут в гору — небрежно ответил я, направляясь к трапу
— Кит, а что за странные доски у тебя? — Мэрилин увидела, как Хэнк сгружает с крыши Роадмастера серфы. Последняя укороченная модель Сола, с двумя плавниками.
— На Багамах хорошие волны, покатаемся — ответил я, поглаживая Монро по руке
— Ах вот какая у тебя стратегия! — Монро закусила губку.
Я попрощался с Хэнком, водителем лимузина, потянул Мэрилин к лайнеру.
Самолёт стоял на бетоне, поблёскивая на утреннем солнце, — изящный двухмоторный «Конвэр», арендованный в «Пан Ам» за такие деньги, что я старался об этом не думать. В принципе можно было и дешевле договориться, через
