class="p1">Хочется стиснуть кулаки, но я держу Сашины ладони и не позволяю себе убрать руки. Саша поворачивается ко мне. В её глазах слёзы и ужас.
— Я же все время была его оружием против тебя, — говорит настолько шокированно, что я даже замираю на мгновение.
— Он хотел, чтобы ты была им, — отвечаю мягко. — Но ты не стала. И это всё, что имеет значение.
— Но это ведь из-за меня он уничтожил твою капсулу, да? Ту самую, где было… где ты… — Она сглатывает. — Это всё моя вина.
Внутри взрывается бомба. Я резко выпрямляюсь, беру её за плечи. Не больно, но крепко. Чтобы она почувствовала, что я рядом. Что я держу.
Вот уж Саше точно не за что себя винить. Мерзавец Моэн вредит ей, даже не имея доступа. Ублюдок!
— Нет, Саша. Слушай меня. Ты. Не. Виновата! — с трудом не позволяю себе сорваться на резкий тон. — Это вина Моэна. Только он виновен. Он создал тебя, вложил в тебя ложь. Но ты не стала его марионеткой. Ты моя. Слышишь?
Она отводит взгляд, пытается вырваться, но я не отпускаю. Напротив, поднимаюсь вместе с ней, притягиваю к себе, кладу ладонь на затылок и прижимаю её лоб к своему плечу.
— Мне нельзя жить, — шепчет она. — Я — фальшивка. Я… ненастоящая.
— Нет! Не смей так говорить! — Я поднимаю её голову за подбородок, заглядываю в глаза, в которых сейчас только горькая пустота. — Ты моя. Я тебя никуда не отпущу и никому не отдам. Ты моя.
Её губы приоткрываются. Взгляд влажный, растерянный.
— Ты не… злишься? — выдыхает она с искренним изумлением.
Я на миг закрываю глаза. Делаю медленный выдох.
— Злился, — отвечаю жестко. Это честно. И эмоции держать все сложнее. — Сильно злился. Когда Тэй сделал генный анализ. Но смотрел на тебя в криокамере и понимал, что уже не смогу без тебя. Что даже если бы ты была голограммой, я всё равно бы остался с тобой. Потому что ты нужна мне. Такая, какая есть. Даже если тебя создал он, не ты выбрала это.
Саша всхлипывает. Наконец сама прижимается ко мне, стискивает мою рубашку. Смотрит вдоль моего тела в стену.
— И что дальше? — спрашивает с нервным смешком. — В этой сказке разве может быть «долго и счастливо»?
— Да. — Я провожу ладонью по её волосам. — Долго. И счастливо. Навсегда. Но сначала… я должен уничтожить Моэна.
В груди поднимается яростная решимость мир наизнанку вывернуть, но добраться до Моэна любой ценой.
В этот момент в кармане начинает вибрировать мой коммуникатор.
Я вздыхаю, целую Сашу в висок, достаю гаджет. Звонок от Касса.
— Что? — резко бросаю.
— Зейн, — говорит он с торжеством. — Сам на нас вышел. Позвонил на горячую линию. Сказал, что даст информацию по Моэну… если мы гарантируем ему защиту.
Я смотрю на Сашу. Она глядит на меня выжидающе, не задаёт вопросов — просто ждет. В её глазах всё ещё боль, но уже без пустоты. Появилась осмысленность, будто она позволила себе жить дальше.
— Я вылетаю, — отвечаю Кассу. — Только теперь мы делаем это не просто ради расследования. Мы делаем это ради неё.
Я обнимаю Сашу крепче.
— Ты солгал Кассу, — тихо говорит она и поднимает на меня взгляд.
Я в легком замешательстве.
— И в чем я солгал? — спрашиваю, уже фантазируя, что она собирается отвлечь меня амурными делами, и я не вылечу сразу.
— Не ты вылетаешь, — она смотрит на меня совершенно серьезно. — Мы. Мы вылетаем. Ты возьмешь меня с собой. Я хочу все знать. Ты больше не будешь от меня ничего скрывать.
47.
Саша
Дэйн замирает. Я вижу, как в нём борется привычка защищать и жгучее понимание: всё изменилось. Я больше не мягкая Саша, которую можно спрятать под замком. Я знаю, кто я. Я смотрела в глаза своему создателю. И теперь мне надо знать больше. Мне надо идти до конца. С ним.
— Это опасно, — медленно говорит он. Голос сухой. Руки напряжены. Он как зверь, готовый прыгнуть между мной и пулей.
— Мне не менее опасно одной, — парирую. — Ты сам видел. Он умудрился добраться до меня даже через Синтию. Моэн найдёт способ достать меня, где бы я ни была. А с тобой — я хотя бы знаю, что ты рядом. Я под защитой. В безопасности.
Дэйн поворачивается ко мне. Глубокие, тёмные глаза изучают моё лицо. Я жду.
— Кроме того, — добавляю тише, — если мы найдем лабораторию, в которой меня сделали, я должна быть там. Это место, где началась моя жизнь. Или то, что ей называют. Я хочу… — сглатываю, — …узнать.
Он выдыхает. Тяжело. Но с каким-то невыносимо щемящим принятием.
— Хорошо, — говорит наконец. — Тогда одевайся.
Я надеваю чёрный плотный комбинезон из нанотрокса с мягким ворсом внутри. Волосы собираю в тугой пучок. На шее так и мерцает кулон, который подарил Дэйн. Я убираю его под комбинезон как что-то сокровенное, застегиваю молнию до самого горла.
Дэйн ждет меня у дверей дома. Тоже не похож на себя — нанотроксовая броня, сжатые губы, решительный взгляд. Я подхожу, Дэйн проводит пальцами по моей щеке — коротко, почти машинально.
— Обещай, что не отойдешь от меня ни на шаг, Саша, — говорит хрипло и шершаво.
Я слышу в его голосе боль, согласие, тревогу и любовь одновременно.
— Я буду рядом с тобой, даже если попытаешься прогнать, — я говорю наигранно серьезно и улыбаюсь.
Мы выходим, садимся в гравитакси. На мое удивление, почему едем не на том прекрасном черном обтекаемом звере, Дэйн рассказывает мне о его гибели. И о похищении серверов Кенаи. Мне становится жутко.
Тот Моэн, которого видела я, показался мне страшным. А теперь он кажется напрочь поехавшим. Или гениальным стратегом. Одно то, что он проделал кучу хитрых манипуляций, которые кажутся несвязанными друг с другом, наталкивает на далеко идущий план.
Астровентис встречает нас огнями и гулом ночной смены. Вопреки
