её гнев и очередную казнь, а всё дело в неверных данных, переданных в компьютер другого корабля, ведь он стыковался на автоматическом управлении из линкора.
Сейчас она сидела в большом зале, в штурмовом скафандре повышенной надёжности, под охраной двух сотен личных гвардейцев, никуда не выходя и ни с кем не встречаясь, питаясь солдатскими рационами и терроризируя всех своими противоречивыми приказами. Слуги, десантники, техники, обслуживающий персонал и даже гвардейцы, в панике бегали, пытаясь устранить неисправности, выполнить её прихоти и вообще, хоть что-то сделать, чтобы она успокоилась, но всё только усугублялось. Доносы друг на друга поступали в огромных количествах, СБ, сбилось с ног отрабатывать их, так как все хотели, чтобы крайними были кто угодно, только не они. В итоге, за несколько дней, достаточно спокойный линкор, превратился в скрытое поле битвы, люди подставляли друг друга, обвиняли, подстраивали разные диверсии.
И вот в этом хаосе, я оказался заперт в одиночной камере, ожидая, когда меня вызовет сестра императора, чтобы я разрешил её проблемы.
Глава 23
Глава 23.
черновик
Линкор «Императрица». Сестра императора.
— Докладывайте по расследованию, что удалось выяснить? Говорите любые версии, которые могут быть, я хочу понимать, что в итоге происходит, — требовательно произнесла я, стараясь не показать, насколько сильно меня всё достало.
— Ваше Высочество, с вероятностью пятьдесят процентов, все происшествия, дело рук Машеньяка и его сообщников, однако все улики условно косвенные. Происшествия носят системный характер и идут по нарастающей, я рекомендую перебраться на любой другой корабль, усерден, хотя бы первое время, там будет спокойно и если это проклятье, то…
— Ты что, совсем ума лишился? Какое, бездна тебя забери, проклятье? Вы там что, совсем с ума посходили, вам заняться нечем или хотите вакуумом подышать всем своим аналитическим отделом? — закричала я, не в силах слышать этот бред.
— Ваше Высочество, вы сами приказали говорить открыто, с вероятностью в тридцать процентов, это может быть последствия проклятий, как и сообщники Машеньяка. Мы проверили все случаи, выбивающиеся из стандартных ситуаций, явных следов чужого вмешательства нет, последние случаи вообще связаны с нервными срывами слуг и техников, которые боятся, что их выкинут в открытый космос без скафандров. Мою службу завалили доносами, которые мы не успеваем отрабатывать, мне даже пришлось привлечь главный искин корабля, но и он не видит явных причин происходящего и не отвергает вероятность проклятия, чему я сам, очень удивился, — заикаясь, ответил новый глава СБ.
— Где сейчас Машеньяк, что делает и что случилось с профессором Рубио? — перешла к следующему вопросу.
— Машеньяк сейчас в одиночной камере, судя по всем показателям, спит. Профессор Рубио, в реанимационной капсуле, в себя не приходит, но состояние стабильное. Функции организма возвращаются, но медленно, видимой угрозы жизни нет, функции мозга не нарушены, по сути, он спит, судя по докладу главного медика корабля, его жизни ничего не угрожает. Инцидент произошёл во время открытия объекта древних, профессор, в нарушение всех правил, бросился внутрь, за что и поплатился. Я специально изучил все инструкции, и он грубо нарушил десяток пунктов, часть из которых сам и составил. Сейчас все исследования приостановлены, до создания рабочей группы, по изучению данного объекта, проводятся меры по созданию исследовательского поселения. Судя по докладу рабочей группы, на исследования уйдут годы, быстро результат точно не получить, дроиды не работают внутри объекта, приходя в негодность, а защита полностью не снята. Если исходить из того, что против профессора Рубио было использовано нелетальное оружие, объект находится в режиме упрощённого доступа, что упрощает исследования и получения общего доступа, это слова эксперта, — доложил полковник, глава СБ линкора.
— Спит, значит? А что говорят мои псионы? — спросила я, опять начиная выходить из себя, я здесь в скафандре болтаюсь двое суток уже, а он спит, наглец, да и вообще, как такое возможно?
— Псионы констатируют только рост недовольства, страха и желание сбежать с корабля, ещё появились проблемы, о которых молчат. Последний раз вы казнили слишком много специалистов техников, поэтому ощущается их острая нехватка, при этом фиксируются драки между ними, с целью попасть в медицинскую капсулу, чтобы только не обслуживать механизмы. Они опасаются, что их отправят дышать вакуумом.
— Хорошо, объявите официально, что до конца полёта, казней больше не будет, и начинайте готовить эскадру к прыжку, к конечной цели нашего маршрута, здесь оставьте корабли охранения, строительный модуль для базы и исследовательский модуль, пусть занимаются изучением базы Древних, мне и императору нужен результат как можно быстрее.
Линкор «Императрица». Наследник.
Долго отдыхать мне не дали, через двенадцать часов, потащили меня на допрос, где опрашивали сразу два следователя и по нескольким вопросам. Их интересовало нападение на профессора Рубио, несчастные случаи и диверсии на линкоре, а также проклятье, которое я наложил на сестру императора. Допрос был нудным, глупым и нецелесообразным, я читал поверхностные мысли следователей, которые по большому счёту, просто отрабатывали приказ, прекрасно понимая абсурдность многих вопросов. Одновременно с этим, занимался взломам основных систем корабля, управляющие гиперпрыжками, понятно, что искин взломать не получиться, но достаточно откорректировать работу некоторых датчиков, чтобы получить требуемые.
Допрос продолжался сутки, прежде чем меня отвели обратно в камеру, а после этого наш корабль перешёл в гиперпространство, соверши прыжок, в котором проведёт около месяца, так как координаты завода «искра», находились в стороне от обжитых районов космоса. С этого момента меня оставили в покое, точнее, опять поместили в медицинскую капсулу, другую, но взломать её не составило проблем, и я спокойно продолжил работать.
На время прекратил деятельность диверсантов, решив дать передышку всем, заодно занялся взломом более сложных систем корабля, тем более что все специалисты, которые могли противодействовать и могли поднять тревогу, ничего не делали, игнорируя запросы системы безопасности. Чем больше я находился на линкоре, тем больше людей брал под контроль, при этом, тренируя свои способности, а псионы проводили проверки, выявляя мои вмешательства и обучая меня, по мере своих возможностей. Во всяком случае, мои вмешательства в разум, стали практически незаметны. Например, человек, верой и правдой служивший долгое время императорскому роду, неожиданно начинал высказывать недовольство, постепенно накручивая себя, распространял нелицеприятные истории, подначивал других и становился точкой раздражения в коллективе. Склонял мысли окружающих, что не всё так хорошо, как им кажется, постепенно создавая недовольство императорской семьёй в небольших группах. И это были неединичные случаи, а массовые, отчего эффект только усиливался. Мои манипуляции сознанием вышли на новый уровень,
