а прошли мимо меня прямо к рабочему столу Апраксина, куда он спрятал конверт.
Шуршание, невнятное бормотание, будто незнакомец не мог найти нужное. Закрывшись магическим коконом, я приготовился.
— А вот и ты, — еле слышно сказал незнакомец.
В это время я откинул полог скатерти и увидел, как мужчина выудил из ящика стола тот самый конверт и теперь запихивает его за пазуху. Во тьме я не мог разглядеть его лица, но габариты показались знакомыми.
— Руки за голову! — выкрикнул я и выпустил магические лианы.
Замешательство противника длилось лишь доли секунды. Он среагировал так быстро, что застал врасплох меня. Метнувшись к выходу, он взмахнул рукой, и в меня устремилась ледяная стрела. Прямо в сердце. Я был закрыт коконом, но всё равно напрягся, когда стрела ударила в защиту напротив моего сердца.
Лианы схватили только воздух, а мужчина выбежал из кабинета. Я бросился за ним, но долгое сиденье под столом не осталось без последствия — ноги просто не слушались. Я сделал два шага и почувствовал, как их сводит судорогой. Горногово безумие! Неужели он уйдёт⁈
Кое-как добравшись до основного помещения, где в дальнем углу за ширмой притаился Орлов, я увидел, как мужчина почти добежал до выхода и готов выскочить на улицу, но на этот раз я среагировал в разы быстрее. Выпустив лианы, я сумел схватить его за левую ногу и выкрикнул:
— Сергей Кириллович, он здесь!
Щёлкнул выключатель, и штаб озарило белым светом магических кристаллов.
— Не может быть, — выдохнул Орлов.
Он находился в полной боевой готовности с огненным хлыстом, который создал в руке.
А за ногу лианами я держал того самого генерала, что допрашивал меня и, по его словам, знал деда.
— Гриша, неужто это ты всё натворил? — Орлов двинулся к нему, не торопясь использовать хлыст, но генерал даже не думал сдаваться.
— Отпусти меня, щенок! — взревел он и дёрнул ногой, но лианы держали крепко.
В следующее мгновение от выкрикнул заклинание, и между нами появилось ледяное лезвие. Взмах рукой, и лезвие со свистом полетело вниз и отсекло магические лианы. Маг, почувствовав свободу, ломанулся на улицу. Кислота его раствори!
Мы с Орловым ринулись за ним. Выбежав на улицу, увидели, как Глеб атакует генерала, а тот отправляет в него ледяные копья. Остальные же пятеро дежурных по лагерю не понимают, что происходит и на чью сторону вставать.
Я вытащил из-за пояса зельестрел и прицелился, когда неподалёку раздался громогласный голос Апраксина.
— Григорий Васильевич, сдавайся! Иначе умрёшь прямо здесь, как собака!
Генерал обернулся и, увидел начальника лагеря, который вместе с охраной двигался к нам со стороны казармы. Генерал побледнел, грязно выругался и с силой швырнул конверт на землю. Затем закрыл лицо руками и покачал головой. Похоже он понял, что ему не уйти и сопротивляться бесполезно. А значит, насколько мне были знакомы законы российской империи, он обречен. Его дальнейшая жизнь была предрешена. Его наверняка казнят. Учитывая что идет война, в этом не было никакого сомнения.
Когда на генерала надели антимагические кандалы и повели в штаб на допрос, мы с Орловым и Глебом зашли в столовую. Здесь никого не было, поэтому можно спокойно обсудить произошедшее, а также подкрепиться.
— В голове не укладывается, — Орлов невидящим взглядом смотрел в тарелку с борщом. — Я же доверял ему как себе. Он же знал обо мне всё и даже больше. Мы дружили, а он….
Он поднял на меня влажные глаза.
— Гриша отправил меня на верную гибель. За что?
Я пожал плечами. Можно строить догадки и выдвигать множество предположений, но лучше всего спросить у него самого. У каждого человека есть слабости. Видимо османы очень хорошо подготовились, прежде чем предлагать ему сотрудничество. У них явно был козырь, если смогли провернуть такое.
— Саша, что ты молчишь? — Орлов выжидательно посмотрел на меня.
— Мне нечего ответить. Идите на допрос и сами всё узнаете.
— Нет, не хочу, — помотал он головой. — Видеть его не могу. Боюсь, что не сдержусь и наделаю глупостей.
Он съел ложку супа, ещё с минуту посидел, задумчиво глядя перед собой, и резко встал.
— Нет, я всё-таки пойду и посмотрю ему в глаза, а ещё спрошу, за сколько он продал родину и друзей.
Орлов энергично двинулся к выходу, резко распахнул дверь и исчез в ночной полутьме, освещенной лишь редкими фонарями. Мы с Глебом неспеша поужинали в тишине и пошли в свой дом.
— Завтра утром выезжаем? — спросил Глеб, когда мы укладывались спать.
— Не знаю. Это от Орлова зависит. Я бы хоть сейчас сел в машину и поехал домой.
— Я тоже соскучился по своим, — мечтательно произнес он, вытянувшись на кровати. — Первый Новый год без семьи встречал. Хорошо хоть подарки заранее закупил. Вернёмся домой, и подарю.
— Чёрт, а я про подарки даже не подумал, — с досадой ответил я.
— Ерунда. Не в подарках дело, — махнул рукой мой бывший телохранитель. Или всё же действующий? Я как-то уже запутался, кто он сейчас для меня. Всё же больше склоняюсь к тому, что мы уже друзья. — Ты в этом году столько сделал для своего рода, что это они должны осыпать тебя подарками.
Я ничего не ответил, ведь Глеб был прав. За те семь месяцев, что я живу в теле Александра Филатова, жизнь многих сильно изменилась. У кого-то дела пошли в гору, а у кого-то, наоборот, случился полный крах. Следующими, кого постигнет незавидная участь — Харитоновы. Они сделали большую ошибку, подделывая лекарства. За такое их наверняка лишат не только заказов военного ведомства, но и серьёзно накажут. И додумались же — подделывать не витамины хотя бы, а антибиотики!
Вскоре Глеб заснул, негромко похрапывая, я же окунулся в воспоминания последних дней. Прошло чуть меньше недели, но за это время я спас человека с заражением крови и выявил предателей. Немало. Но интуиция подсказывала, что впереди меня ждут куда более грандиозные события, которые я должен пройти с достоинством.
Ближе к трём часам ночи я всё же смог заснуть. Утро наступило так быстро, что я сильно удивился, когда мне на плечо легла рука, и знакомый голос проговорил:
— Саша, вставай. Пора.
Открыв глаза, увидел над собой Орлова с помятым лицом и темными кругами под глазами. Он явно спал ещё меньше, чем я.
— Выезжаем? — хриплым голосом спросил я.
— Да. У меня много срочных дел, — тяжело вздохнув ответил он, развернулся и тронув за плечо спящего Глеба, вышел из дома.
Через десять минут мы с Глебом с рюкзаками вышли на улицу и увидели, что к
