полуметра.
— Простите, пожалуйста, — горячо проговорила она, с ещё более усилившимся акцентом. — Я заблудилась. Не могли бы вы мне помочь? А то тут никого нет!
Что-то сразу расположило меня к этой женщине. То ли её незащищённость и беспомощность, то ли тот факт, что на какой-то момент я представил её маньячкой из фильма. Как бы там ни было, но я не смог махнуть на неё рукой и просто уйти.
— Тут немудрено заблудиться, — сказал я, делая шаг в сторону, чтобы сохранить дистанцию между нами.
Меня так и подмывало сдёрнуть с женщины маску. Как будто надо было убедиться, что рот её не раскроен от уха и до уха.
— Да, я уж поняла, — незнакомка, судя по всему, попыталась криво улыбнуться, но я это мог понять только по движению медицинской маски. — Но мне дали адрес где-то тут. А я не местная, и не у кого спросить.
Она обвела руками окрестности.
— Просто я и сам не местный, — ответил я и сунул руку за телефоном. — Но могу попробовать подсказать. Что именно вы ищите?
— Мне дали адрес, на котором мне должны помочь с вылетом, — проговорила незнакомка, но как-то совершенно неуверенно, после чего протянула мне зажатую в руке бумагу. — Меня не выпускают домой.
Информация из её уст совершенно не желала складываться во что-то осмысленное. Помочь с вылетом? В этой глуши? Не пускают домой? Что?
Я взял бумагу, раскрыл её и прочитал, адрес, нацарапанный кривым почерком.
— Можно ещё раз уточнить, что это такое? — поинтересовался я, тряхнув перед ней листом?
— Адрес, — с готовностью сказала она, кивнув в такт моему движению.
— Чей?
— Человека, который должен помочь мне улететь домой.
— И кто вам его дал?
— Какой-то человек в аэропорте, который увидел, что у меня проблемы. Поделился со мной за двести долларов.
С одной стороны, я понял, что ничего не понимаю, а с другой, мне стало уже интересно. Меня всегда привлекали нестандартные ситуации. А тут я буквально чуял одну из них.
Ну и к тому же моя первая реакция на эту женщину сыграла свою роль.
— Если честно, я ничего не понимаю, — признался я, возвращая листок с адресом. — Могу только одно сказать, человек, который дал вам эту бумагу, вас обманул. Я знаю, что находится в указанном месте. Это мусороперерабатывающий завод.
— Как? — только и смогла выдохнуть моя случайная встречная, после чего решила осесть прямо на дорожку.
Но я подхватил её.
— Подождите, — сказал я достаточно жёстко, и женщина действительно немного пришла в себя. — Давайте сначала разберёмся, что с вами вообще случилось? И, может быть, я смогу вам помочь.
* * *
Минни и Харин — главные участницы группы «Грязь под ногтями» наконец-то вырвались с бесконечных репетиций и записей погулять в парк. Их не тяготила работа, но всё-таки иногда нужно было менять обстановку. Тем более в последнее время они сотворили что-то невероятное.
— Ну что, Минни, — сказала Харин, когда девушки взяли по мороженому и не торопясь шли по зелёной аллейке, — теперь-то ты видишь, что всё не зря?
— О, да! — кивнула солистка и со смаком лизнула фруктовый лёд. — Знаю, ты мне всегда говорила это, но в какой-то момент я едва не отчаялась. Особенно когда Ким Су Хон закрыл нам все двери.
— Ну это он так думал, — усмехнулась Харин и перевела взгляд на своё мороженое. — А мы через окно. Всё-таки Йонг — великий человек.
— Ага, — согласилась Минни, оглядываясь по сторонам, — обещал нас провести в первый эшелон, и слово своё сдержал.
— Жаль, он занят, — мечтательно проговорила Харин и прислушалась. — Слышишь? Слышишь⁈
— Они с Мун Хё На — пара, — откликнулась солистка, а затем и сама замерла. — И что я должна услышать?
Но тут и сама поняла. От небольшого киоска, где торговали варёной кукурузой неслась мелодия, которая успела девчонкам уже навязнуть в зубах. Это была их песня. Их гордость. Их прорыв на первые строчки хит-парадов.
Более того, их трек крутили уже везде: от Китая до Америки и от России до Австралии. Пахло уже не внутренним успехом, а всемирным. Это заряжало на новые свершения и рождало внутри странное чувство, что вот-вот у них всё получится. Они станут самыми-самыми.
На самом деле их песни крутили везде. Сначала только ту, что звучала на титрах в сериале, а потом народ распробовал и остальные. Можно сказать, что девчонки проснулись знаменитыми.
Навстречу Минни и Харин шли два молодых парня лет по пятнадцать. Один из них сначала оценивающе посмотрел на двух молоденьких девиц с мороженным в руках, а потом его выражение лица внезапно изменилось, и он толкнул локтем своего брата.
— Джонхё, смотри, это же они! Это же грязные ногти!
Минни с Харин переглянулись и рассмеялись, после чего весело помахали парням и пошли дальше.
— О, да, — снова проговорила солистка. — Именно этого я и хотела. Как я рада, что мы послушали Йонга, остались и многого добились. Может, отобьём его у Хё На, а?
Девчонки снова рассмеялись, и даже хлопнули друг другу по ладоням. Им было хорошо. Жизнь, какой она им представлялась в случае успеха, ждала на пороге. Они уже добились многого, а впереди только открытые горизонты.
Доев мороженное, они взяли по кукурузе и присели на лавочку. В парке было тепло, со стороны аттракционов доносились визги детишек. Лёгкий ветерок шевелил волосы и, казалось, гладил по лицу.
— Знаешь, чего я сейчас боюсь? — спросила Харин.
— Проснуться? — попробовала угадать Минни.
— В самую точку, — полушёпотом ответила вторая солистка. — Мне сейчас всё кажется слишком идеальным. Боюсь сглазить.
— Всё хорошо, подруга. Мы этого заслужили, — и Минни положила ладонь на плечо Харин.
Рядом на лавочку сел молодой человек, который даже не скрывал, что внимательно изучает подруг.
— Автограф? — с некоторым вызовом спросила солистка.
— Пока не нужен, — покачал головой парень. — Вы же из группы Пака, так?
И Минни, и Харин напряглись. То, что он не называл группу по её названию уже о многом говорило.
— Допустим, — холодно ответила Харин, — и чего вы хотите?
— Видите ли, — молодой человек пододвинулся к ним, всем своим видом давая
