десятке шагов от входа, где небольшой карман, и я направился к ним. Арефьев-старший мотнул головой и мимикой показал, чтобы не вмешивался и не лез сейчас с помощью. Точно, мы ж в субботу с ним это обговорили.
Поэтому остановился и посмотрел, как Олег аккуратно вылез из-за руля, с помощью пульта открыл багажник, спустил сходни, по ним - коляску, закрыл багажник, развернул инвалидное кресло в рабочее состояние, сел в него и закрыл машину, включив сигнализацию. Блин, как игрушка трансформер, которую Петьке Литвинову подарила вышедшая с зоны на короткое время мать. Потом опять села, а память о ней осталась, пусть даже и очень быстро разломанная.
- Привет, Алекс, - улыбается Олег.
- Здорова, - жму протянутую им руку, затем приветствуемся и с Ильичом. - Двинули за пропусками?
- Так мы ж втроём должны быть? Не? - уточняет он.
- Должны и будем, - подтверждаю. - Вон бежит уже, - показываю взглядом на спешившую к нам из-за угла Ветренко. - Это и есть Ольга Васильевна, она же Олечка, и привыкай к тому, что она всё время опаздывает.
- Чего ты выдумываешь, Платов? - обиделась услышавшая мои слова начальственная прилипала. - Подумаешь, чуть задержалась. Ольга, - представилась младшему Арефьеву.
Она с такой скорбной жалостью посмотрела на него, что Олег не на шутку разозлился. Хорошо, что у меня в этот момент эмпатия не активирована. По мозгам бы шарахнуло знатно. А ведь я просил эту дуру ещё в пятницу обращаться с коллегой-инвалидом как с обычным сотрудником. Перепила на корпоративе, ни хрена не помнит. Уверен, что она сейчас не специально сделала Олегу неприятно. Так-то Олечка неплохой человек, мозгов бы ей чуть побольше.
Олег легко заезжает по пандусу, сам себе открывает дверь и въезжает в бюро пропусков. Я чуть задержался, перебросился парой слов с Ильичом, и мы поднялись по лестнице с Олечкой, какого-то чёрта меня дожидавшейся. Она сегодня тоже принарядилась в обновы - свето-синяя юбка до колен, жакетка и белая блузка. Украшения правда скромный и сумка прежняя, довольно объёмная, с такой при надобности можно и в магазин зайти, сложив в неё пару литровых бутылок молока, ещё и место для батона останется. А, нет, не останется, у Ольги там настоящий Клондайк. Столько всего, что она ничего найти в сумке не может. Много раз всем коллективом группы учёта наблюдали картину, как содержимое вываливалось на стол с целью поиска нужной вещи. И ведь не стеснялась, что в нашем кабинете большинство мужчины, а среди её богатств числились и прокладки, и тампоны, а в прошлом году и неполная лента презервативов. На свидание что ли собиралась?
- Я вспомнила, что ты мне говорил, - извиняется виноватым взглядом Ветренко. - Видишь, не стала Олегу помогать через двери пройти, он сам. Клянусь, это было в первый и последний раз. Фёдор Ильич! - кричит удаляющемуся Арефьеву-старшему. Простите!
- Да ладно, - отмахивается. - Чего уж. Удачи вам всем, ребята.
В помещении, куда мы зашли, утренний час пик. Работают три менеджера, все тётки лет сорока, за стеклом стойки с вырезанными окошечками, а на мягких пуфах вдоль стен или стоя расположилось человек пятнадцать, и в очередях ещё сгрудились по трое-четверо. Как я понимаю, это всё народ с различных предприятий и фирм холдинга в основном. Кто-то на доклад приехал, кого-то на собеседование вызвали, а вот того потеющего и постоянно вытирающего лысину мужика, скорее всего, пригласили, чтобы сказать: вы уволены. В лице у него обречённость. Почитать бы, что он думает, да мне оно надо?
Возле дверей в туалеты, перегораживая к ним путь в своей каталке замер Олег. На него все присутствующие посматривают, он делает вид, что ему это безразлично. Ничего, он парень сильный характером, и в самом деле перестанет реагировать на неуместное любопытство.
А меня заметила одна из тёток за стеклом. Видимо, насчёт нашей троицы имелось указание. Да не видимо, а точно ж. При мне Анна Николаевна самому директору по безопасности всего холдинга звонила. Тот для неё просто дядя Игорь. Или Юрий. Не помню уж. Хотя таких важных персон я теперь должен наизусть знать. Ладно, разберёмся.
- Алексей Сергеевич? - позвала меня менеджер. - Проходите ко мне, и кто там с вами.
- Так я ж следующая? - решилась подать голос женщина у окошка.
Сотрудница бюро пропусков так на неё посмотрела, что та аж отдёрнулась от окна. И правильно. Соображать же надо. Пусть я молод, но на прикид мой посмотри. Явно ведь, не грузчиком в Инвест-гамме работаю. Надо с уважением относиться к высокопоставленным сотрудникам.
Нам с Олечкой заменили пластик, а Олегу выдали новый. Ещё ему достался пластмассовый жетон с цифрой три дробь тридцать восемь. Это ярус парковки и номер машиноместа, блин, круто у нас тут всё. Ага, круто. Стоило только так подумать, как тётка протянула нам журнал для росписи, а к нему прилагается пишущая ручка на толстой нити, прикреплённой к журналу, вроде как, чтобы не стащили. Двадцать первый век на дворе, уж четверть его минует, нейросети, искусственный интеллект, а тут вот это вот. Как тебе такое, Илон Маск? Совсем не гиперлуп.
А нет, сравнение с гиперлупом плохое. Закрыли проект. Интересно, что стало с теми инвесторами, кто вложился в облигации по созданию этого чуда будущего? Полагаю, прогорели. Да, теперь моя задача, наша задача, чтобы инвестиции холдинга Инвест-гамма не постигла такая же участь.
Ого, а подпись госпожи Каспаровой уже стоит.
- Она что, раньше нас приходила? - уточняю, возвращая журнал.
- Директора банковских департаментов с такими фамилиями сюда не заглядывают, - улыбнулась женщина. - Ей в выходные пропуск отвезли домой. Журнал с собой брали.
Понятно. Поди и на коленях стояли, пока Анна Николаевна соизволила подпись ставить. Ха, а ей тоже с этой привязанной ручкой подавали? Нет же, там чернила другие. Паркером наверное расписывалась.
Получив пропуска, мы разделились, Олечка направилась через дверь внутрь здания, воспользовавшись только что полученной пластиковой картой, Ветренко поедет наверх из холла, а мы с Олегом вышли на улицу. Арефьев также ловко и снова без моей помощи закатил тележку в багажник, сел за руль, я справа от него, и мы отъехали от бюро пропусков.
Почувствовал жалость к себе мухинскому. Здоровый лоб ведь был, не как Олег. Руки-ноги, позвоночник, прочее, всё ж работало как часы. Да, образования не хватало, да, нормальной родни не было, зато здоровья хоть задницей жуй. Неужели нельзя было как-то
