и идешь на боковую, а я беру штурвал. Но за сервис надо платить. С тебя — ровно двенадцать часов в твоем теле. Буду гулять, пить, есть… короче, развлекаться, а ты посидишь в подсобке и не будешь вякать. Идёт?
— Я хочу видеть… — я буквально вцепился в остатки разума. — Хочу видеть, как ты их размажешь.
Дух на мгновение замолчал, словно обдумывая предложение.
— Хех, любопытный ты малый. Ладно, аттракцион «Битва глазами пассажира» объявляется открытым. Но срок аренды твой тушки увеличивается до суток. По рукам?
— По рукам… — выдохнул я.
И мир перевернулся.
Одержимый Кукловод как раз заносил ногу, чтобы окончательно вбить мою голову в гнилые доски склада, когда его движение замерло. Мое тело, которое секунду назад напоминало кусок избитого мяса, вдруг неестественно выгнулось. Пальцы левой руки впились в щиколотку предателя с такой силой, что послышался хруст кости.
— База, приём, я первый, — произнес я, но это был уже не совсем мой голос. Это был рокочущий бас, пропитанный такой уверенностью, что Суккуба в углу непроизвольно втянула голову в плечи.
Одержимый попытался вырваться, но моё тело уже стояло на ногах. Движения были молниеносными, четкими, без единого лишнего жеста. Кукловод отскочил назад, его глаза-щелки расширились от непонимания.
— Ты… что ты такое? — прохрипел он, чувствуя, как джинн внутри него начал тревожно выть.
— Я — твой кошмар на ближайшие пять минут. Больше ты не вытянешь, скучный ты, — мой дух лениво размял шею, и хруст позвонков прозвучал как выстрел. — Ну что, черти, дискотека окончена. Финита ля комедия, как говорят в приличных домах.
Меч, валявшийся в пыли, прыгнул в руку духа, словно дрессированный пес. Ингрид, лежавшая рядом, только и смогла, что приоткрыть один глаз, когда вокруг нас закружился настоящий вихрь смерти.
Первым под раздачу попал оборотень. Тварь даже не успела рыкнуть, когда мой дух, сделав изящный пируэт, отсек ей обе лапы, а следующим движением вогнал клинок точно в основание черепа. Без лишних спецэффектов, без «светящихся шаров» — просто чистая концентрированная техника.
— Один-ноль в пользу гостей, — прокомментировал дух, перепрыгивая через судорожно дергающуюся тушу.
Бесы разбежались в стороны, пытаясь скрыться в тенях стропил, но для моего нового «я» теней не существовало. Он метал обломки ящиков с такой точностью, что твари осыпались на пол с пробитыми головами как перезрелые груши.
Кукловод закричал, вскидывая руки. Серые нити, теперь налитые багровым светом джинна, хлестнули в нашу сторону, пытаясь опутать, высосать жизнь. Дух даже не стал уклоняться. Он выставил лезвие меча плашмя, и нити просто впитались в металл, заставляя клинок гудеть от восторга.
— Слышь, дядя, ты рамсы попутал, — дух медленно пошел на Кукловода, игнорируя суккубу, которая пыталась зайти со спины. — Ты думал, что если сожрал деревню крестьян, то поймал бога за бороду? Ты просто мелкий паразит на теле джинна. А джинн твой… м-да. Я таких на завтрак кушал еще до того, как ваш Гадар по кирпичам собирали.
Суккуба бросилась в атаку, её когти метили в шею. Дух, не оборачиваясь, перехватил её за горло свободной рукой. Он держал её, как курицу, пока она отчаянно била крыльями и пыталась соблазнить его магией взгляда.
— Стерва, у тебя косметика потекла, — бросил он и с размаху впечатал её лицом в стену, проламывая доски.
Кукловод понял, что дело пахнет керосином. В последней отчаянной попытке он схватил ближайшую девушку, прикрываясь ею, как щитом, и приставил нож к её горлу.
— Стой! — заорал он. — Один шаг, и я прирежу её! Инквизиция ведь печется о жизнях, верно⁈
Дух остановился и… расхохотался. Это был злой, издевательский смех, от которого у меня внутри всё сжалось.
— Ты серьезно? Ты думаешь, мне есть дело до этой девки? — дух покрутил меч в пальцах. — Слушай сюда, гений тактики. В моем сценарии массовка не предусмотрена. Считай, что ей не повезло с соседом.
Движение было настолько быстрым, что я, даже будучи внутри, едва его уловил. Меч пронзил девушку насквозь, войдя точно в сердце одержимого, стоявшего за ней. Кукловод вытаращил глаза, глядя на окровавленное острие, вышедшее из его спины.
— Ты… ты же… — прохрипел он, захлебываясь кровью.
— Я же предупреждал: мне фиолетово, — дух выдернул меч. — Одним трупом больше, одним меньше… Главное, что ты теперь — решето.
Суккуба, окровавленная и лишившаяся одного крыла, пыталась ползти к выходу, но дух наступил ей на позвоночник.
— Куда собралась, чикса? Обед еще не закончен.
Он вытянул руки над обоими врагами. Я почувствовал, как меч-сосуд начал пульсировать, превращаясь в черную дыру. Сила джинна и жизненная энергия суккубы начали всасываться в мое тело густыми темными жгутами. Кукловод сох на глазах, превращаясь в такую же мумию, как тот парень, а джинн внутри него издал последний предсмертный визг и исчез в бездне моего клинка.
— Тьфу, кислятина, — дух с явным разочарованием опустил руки, когда на полу остались лишь две высохшие оболочки. — Никакого букета, никакой выдержки. Просто дешевое пойло для бедных. И это всё? Ради этого я отрывался от астрального дивана?
Он оглядел склад. Выжившие девушки забились в углы, глядя на нас с таким ужасом, будто мы были хуже всех демонов вместе взятых. Ингрид смотрела на меня широко открытыми глазами, в которых читалось лишь одно слово: «Чудовище».
— Ну, шкет, принимай аппарат, — дух зевнул. — Я всё починил. Только не забудь — через неделю я беру выходной на сутки. Буду пробовать местное пиво и девок. Надеюсь, оно лучше, чем этот джинн. И да. Не забудь про бабки. А то без денег хер я что смогу купить. Ладно. Чао, малыш. Дух улетел, но обещал вернуться.
Мир снова дернулся, и на меня обрушилась вся накопленная усталость и боль, хотя раны чудесным образом затянулись. Я стоял посреди кровавого хаоса, сжимая в руке меч, который стал холодным как лед.
Испытание продолжалось. Но я уже знал: самым опасным существом в Скрале был не джинн. И даже не лейтенант София.
Это был я сам.
— Так вот как, оказывается, выглядит твой дух, — раздался неожиданно знакомый женский голос сверху.
Я вздрогнул от неожиданности и поднял взор вверх. Под самым потолком, где наружу из склада выходило небольшое окно, прямо на балке сидела лейтенант София Линберг. Сидела, и беспечно болтала ножками.
— Любопытно и забавно, — иронично произнесла она, спрыгнув вниз
