те лица, которым мир на Кавказе не нужен. И деньги, которые должен был выручать от наркоторговли Шергет, пошли бы на организацию новых бандформирований. Салману необходимо было создать сеть пунктов реализации крупных партий наркотиков. Вышел на Левоева. Мирза тут же оценил, какой барыш получит от наркоторговли, и согласился войти в картель. Твое же кафе, как ты, Саша, просчитал, являлось наиболее удобной первичной точкой хранения и распространения дури. Мы же со своей стороны, получая информацию от Ибрагимова, знали о том, что планируют бандиты, и готовились силами наших боевых подразделений нанести одновременный удар и по Мирзе, и по Салману. И нанесли бы его, не вмешайся ты. Мы допустили единственную ошибку, не поинтересовавшись, у кого конкретно Мирза намеревался купить или отнять кафе. Не поинтересовались, составляя собственный план ликвидации баз наркодельцов. А когда узнали, было уже поздно. Майор запаса Тимохин Александр Александрович вышел на тропу войны, и нам не удалось остановить тебя, хотя в Городе работала спецгруппа во главе с Крымовым. И когда стало ясно, что ты повел наступление, управлению пришлось срочно переходить к реализации запасного варианта общего плана, а именно — работе по базе Салмана. Боевые группы, переброшенные на Кавказ, выполнили поставленную задачу. Ими было уничтожено несколько горных складов с героином. Не ушел от пули и Салман. Его подстрелили у самой границы с Грузией, куда он пытался прорваться с бандой наемников. Вот почему Потапов заметил, что ты сорвал управлению основной вариант плана ликвидации преступной связки Салман — Мирза. Ну, а Крымов заявил, что ты выполнил нашу работу, что в принципе соответствует действительности и что в итоге помогло нам вытащить тебя из Города, после того как ты, профессионально разделавшись с Мирзой, так глупо прокололся в парке отдыха. Но, как говорилось уже, что было, то прошло. Теперь твоя семья в полной безопасности, да и тебе ничего не угрожает. Один вопрос, Александр.
Тимохин встряхнулся:
— Да?
— У кого ты приобрел оружие, боеприпасы, автомобиль-таран?
— На этот вопрос, товарищ генерал, я ответить не могу. Меня вывели на точку одного из рынков Москвы, где бандиты Мирзы покупали вооружение. Посредником в сделке выступал некий Арно, которого еще называют уродцем…
Генерал прервал Тимохина:
— Это нам известно от твоего бывшего бармена Грудова.
— Вы нашли и раскололи его?
— У нас не было другого выхода. Но, замечу, Артем заговорил о тебе только после того, как был подвергнут воздействию спецпрепаратов. Они не нанесли вреда его здоровью. Но он также упомянул только инвалида Арно. А меня интересует: кто стоит над ним?
Тимохин не мог выдать своего боевого друга, которому однажды в Афганистане спас жизнь и который стоял над Арно. Не мог сдать прапорщика Шунко, о котором руководство Службы не имело никакой информации, по словам того же Феофанова. Поэтому, пожав плечами, ответил:
— Я бы тоже не прочь узнать, кто свободно торгует оружием в центре Москвы, вооружая целые банды. И откуда берется это оружие. Но не знаю. Арно свел меня с мужчиной славянской внешности. Тот спросил, кто я, кого представляю и что конкретно мне нужно. Я назвал себя, представился подельником Мирзы и перечислил товар, который хотел бы приобрести. Мужчина назвал сумму. Я согласился. Утром мне передали оружие.
Потапов внимательно взглянул на Тимохина:
— И старый «Москвич», напичканный взрывчаткой?
Тимохин ответил:
— С «Москвичом» отдельная история вышла. Его заказал какой-то авторитет, но забрать не успел. Грохнули субчика. Машина оказалась ненужной и в какой-то мере обузой для продавцов оружия. Они и предложили мне его. Цена устроила, я купил. В Город «Москвич» перегнал их человек, оставив там, где сказал я. Ну, а далее сначала он был использован как транспортное средство, мою «десятку» люди Мирзы пасли, о «Москвиче» не знали ничего. Позже я использовал его как таран, дабы пробить себе путь отхода из усадьбы Левоева.
Генерал спросил:
— Значит, ты не знаешь человека, который продал тебе оружие?
— Нет! Но вы что, не верите мне? Так обработайте спецпрепаратом, который заставляет даже немого заговорить. Только ничего не добьетесь. Да и безтолку все это. Сейчас оружие купить так же просто, как и шмотки. Думаю, на любом рынке при желании и соответствующих связях без проблем можно приобрести не только стрелковое вооружение, но и оружие посерьезней.
Феофанов откинулся на спинку кресла:
— Ладно! Закроем эту тему и к Городу больше не возвращаемся. У меня к тебе, Саша, есть предложение. Ты, конечно, можешь отказаться, принуждать не буду и помогу устроиться в столице в любом случае, но прошу подумать перед тем, как принять или отклонить предложение. Договорились?
— Договорились. Я слушаю вас!
— Слушай, но предупреждаю, все, что будет обсуждаться здесь с этой минуты, не должно выйти за пределы кабинета.
— Я понял!
Генерал поднялся, обошел стол, встал у книжного шкафа:
— Не вам говорить, что наши зарубежные партнеры-противники не желают усиления России. Мы нужны Западу как сырьевой придаток, постоянно раздираемый политическими, экономическими, социальными и локальными конфликтами. И в этом стремлении они готовы на все. Что подтверждается даже одним из направлений их активной деятельности — наркотической экспансией. Но наркоэкспансия не единственная опасность для государства. Существует еще масса угроз, реально способных оказать влияние на жизнедеятельность страны. Негативное, естественное влияние. Это в Кремле понимают, и спецслужбы работают. Достаточно успешно, чтобы не допустить катастрофы. Но работают в режиме отражения угроз, или, правильнее, в режиме обороны. Для того же, чтобы переломить ситуацию, одной обороны мало. Надо наступать. Самим наносить опережающие удары. Это аксиома. Однако сейчас мы еще не готовы для проведения широкомасштабных наступательных, говоря образно, операций. Как это ни прискорбно, банально не хватает силенок. Реформы последних лет серьезно подорвали боеспособность и армии, и МВД, и спецслужб ФСБ. Но проводить точечные акции, сбивая пыл особо рьяных врагов России, государство в состоянии. Оговорюсь сразу, под государством я подразумеваю весь наш народ, все общество, а не отдельных, далеко не самых лучших его представителей, за деньги готовых продать собственную мать. Под властью — не весь раздутый и вороватый слой чиновничества, а тех людей в руководстве
