человек. 8 семей в 14 хижинах. Могу дать более полную информацию.
— Слушаю!
— В Хао восемь мужчин и восемь женщин до 35 лет, четыре старика и пять старух. Стариками здесь принято называть людей старше пятидесяти лет. В семьях из детей тринадцать мальчиков, одиннадцать девочек. От грудных младенцев до подростков двенадцати лет.
— Ты специально их постоянно сортируешь и пересчитываешь?
— Нет! Этим занимается сержант Ли! Ведь жители Хао — первые кандидаты на помещение в опытный блок объекта. Возможно, единственные. Ну, если еще будущие, отработавшие свое, проститутки.
— А что собой представляет Ли и почему его называют еще и сержантом?
— Ли немолодой уже мужчина, но крепкий, дисциплинированный и… очень жестокий воин. Его идеал Пол Пот! Поговаривают, он даже служил в Камбодже сержантом. Документального подтверждения этому нет, Ли все отрицает. А звание прилепилось.
— Что значит — Ли очень жестокий? Где, как и когда он проявил жестокость?
Начальник охраны объекта объяснил:
— Когда мы совершаем набеги на племена холмистой долины, то каждый солдат возвращается из рейда с личным трофеем. В основном приносят, естественно, доллары, местные капы никому в Лагосе не нужны, хотя кап — официальная валюта страны. Так вот, каждый или почти каждый приносит трофей. Ли же привозит девочек-проституток, 14–16 лет.
— Он что, коллекционирует их? Или содержит гарем, как ближневосточные шейхи?
Биали вздохнул:
— Нет, господин. Ли уводит девочек в джунгли, где извращенно насилует их, а затем зверски убивает. Вспарывает животы и вытаскивает кишки. После чего наслаждается мучением умирающих жертв. Насладившись, бросает изуродованные трупы, оставляя их хищникам.
Кумати воскликнул:
— Но он же ненормальный?! И такого типа решено держать в лаборатории? А если он захочет белую женщину, которую мы доставили вместе с белым мужчиной? Кто его остановит?
Начальник охраны объекта ответил:
— Во-первых, решение по Ли принимал сам господин Саясон, во-вторых, он дисциплинирован и старается выслужиться, чтобы продвинуться по службе. В отличие от других, насколько мне известно, Ли не собирается уезжать из Лагоса и намерен продлить контракт. Поэтому вряд ли причинит вред не только белым, но клиентам блока опытного материала. В-третьих, он терзает только девочек из одного племени. Ну и в-четвертых, Ли сможет остановить Чон. Последний сильнее Ли и к тому же терпеть не может сержанта из-за его кровавого увлечения, хотя старается скрыть это!
— Ладно! Посмотрим позже на этого сержанта. И я решу, оставлять его в лаборатории или отправить в Монг рыб кормить.
— Это ваше право.
От крайней хижины показался старик с клюкой.
Кумати спросил:
— Кто к нам идет?
— Старейшина деревни Хао, Боуянг Карахит.
— Наверняка жаловаться на твоих солдат!
— Вряд ли. Не посмеет, он же не знает, кто вы?! Да и понимает, жаловаться небезопасно.
Старик подошел к террористам, поздоровался, представился.
Биали указал на Кумати:
— Теперь это, Карахит, хозяин нашей земли.
Старейшина деревни поклонился, пожелав:
— Долгой и счастливой вам жизни.
Кумати спросил:
— Что ты хочешь, Карахит?
— Немного, хозяин. В деревне кончается рис. Прошлый урожай был плохим. До нового не дотянем. Прошу оказать помощь. Мы потом вернем долг.
Биали пробурчал:
— Вашим мужчинам надо лучше работать, а не наркотики употреблять. Тогда и не возникло бы угрозы голода.
Старик развел руки:
— Что же поделаешь, если так получилось. Но без поддержки деревня не выживет, а просить помощи, кроме вас, не у кого.
Кумати взглянул на начальника охраны:
— Отправить в деревню и рис, и другие продукты питания. В достаточном количестве отправить. И чтобы никто в Хао не нуждался в пище! Приказ понятен, Биали?
— Понятен!
Начальник охраны повернулся к старейшине:
— Иди в деревню, Карахит, и пусть твои люди будут готовы принять пищу, что щедро выделил вам новый хозяин. Но учти, если после этого перестанете работать, к вам придут мои люди. Они заставят вас жить на рисовых полях. Ты понял меня?
Старик поклонился:
— Да, да, конечно, понял. Благодарю вас, хозяин. Вы спасли деревню, мы никогда не забудем вашей щедрости.
Кумати усмехнулся:
— Отработаете еще! А сейчас иди!
Старик поковылял к деревне с хорошей новостью.
Кумати, повысив голос, спросил Биали:
— В чем дело, Камтай? Почему ты не знал об угрозе голода в деревне?
— Так я о ней только сейчас и услышал. Никто ничего не просил.
— Все сказал? А теперь слушай меня. Будут работать в поле жители Хао, не будут, плевать, ты должен обеспечить, чтобы они не голодали. Провиант приходит из Венбага?
— Да, из столицы! Еженедельно за продуктами ходит на своем баркасе Вайдон. Принимает товар и передает заявку людям Саясона на следующий рейс.
— Пусть увеличит заявку. С учетом потребностей деревни. Мне нужны не скелеты, а нормальные люди, пусть и наркоманы, но не тощие от голода.
— Этот вопрос надо согласовать с господином Саясоном!
— А вот это, Биали, не твоя забота. Выполнять приказ!
— Слушаюсь, хозяин!
— А теперь смотреть мои апартаменты. Туда же доставить обед! И до завтра не беспокоить! Точнее, до момента, когда смогут встать на ноги и нормально воспринимать реальность наши «гости».
Биали поклонился:
— Я все понял!
Террористы направились к горе Дьявола.
Южный Лагос, район горы Дьявола. 28 марта, среда.
После плотного, запоздалого завтрака Кумати принял в кабинете своих апартаментов начальника охраны. Прибыв по вызову, Биали доложил, что за прошедшую ночь на объекте и в прилегающем к нему районе происшествий не случилось. Кумати, выслушав по сути своего помощника, спросил:
