Ознакомительная версия. Доступно 18 страниц из 115
романом».
Оскорбленный Брегман решил защитить свою репутацию и в интервью Al-Ahram открыто заявил, что «зятем» в действительности был Ашраф Марван. Это было серьезное обвинение, но у Брегмана не было никаких доказательств. Это разоблачение не имело ни малейшего эффекта — до того дня, когда Эли Зейра заявил, что двойным агентом, который «одурачил» Израиль, действительно был Ашраф Марван.
В Израиле никогда не случалось ничего подобного. Личности бывших шпионов во многих случаях не раскрывались даже после их смерти. А Ашраф Марван пока еще был жив. Теперь он оказался в опасности и мог стать легкой добычей для убийц из египетского Мухабарата. Разрешить возникшую ситуацию попытался Цви Замир, который, через тридцать лет после отставки, попробовал установить контакт с Марваном. Ангел отказался разговаривать с ним. «Он не захотел говорить со мной, — печально сказал Замир, — потому что считал, что я его не защитил. Я сделал все, что мог, чтобы защитить Марвана, но мне это не удалось».
После откровений Зейры Замир нарушил свое добровольное молчание и обрушился с резкой критикой на бывшего руководителя АМАНа. Он обвинил его в разглашении государственной тайны. Зейра нанес ответный удар, заявив, что бывший рамсад защищает человека, который на самом деле двойной агент. Израильский журналист Ронен Бергман, который смотрел прямую телевизионную трансляцию официальной церемонии в Египте, видел, как президент Хосни Мубарак тепло пожимал руку Марвану, который сопровождал его при возложении венка на могилу Насера. После трансляции Бергман написал, что Марван был двойным агентом. Что касается президента Мубарака, он пришел на помощь Марвану и решительно отверг слухи о том, что тот был израильским шпионом.
Израиль был охвачен потоком взаимных обвинений. Моссад и Аман создали две комиссии по расследованию, которые пришли к одному и тому же выводу: Марван не был двойным агентом и не нанес никакого вреда Израилю. Зейра не сдавался и подал на Замира в суд. Опытный судья Теодор Ор, исполнявший на процессе функции третейского судьи, постановил, что верной была версия Замира.
Зейра и его сторонники, очевидно, предпочли проигнорировать тот факт, что Марван был одной из ведущих фигур египетского правительства, зятем Насера и близким советником Садата. Лидеры Египта не хотели признавать, что один из них был предателем и шпионом сионистов. Такое признание потрясло бы египетское общественное мнение и пошатнуло доверие египтян к своим лидерам. Они выбрали другую стратегию: публично хвалить и чествовать Марвана, но тайно приговорить его к смерти.
В начале июня 2007 года судья Ор опубликовал свои выводы. 12 июня израильский суд официально подтвердил рассказ Замира о роли Марвана на службе Моссада. Две недели спустя, 27 июня, тело Марвана было найдено на тротуаре под балконом его дома.
Израильские обозреватели обвинили в этом убийстве египетские спецслужбы. Многие обвиняли Зейру, утверждая, что именно его безрассудное поведение стало причиной смерти Марвана. Впрочем, вдова Марвана обвинила в убийстве ее мужа Моссад, что было совершенно неудивительно. Очевидцы сообщали, что видели, как за несколько минут до смерти Марван стоял на балконе своего дома вместе с несколькими мужчинами ближневосточной внешности.
Скотленд-Ярд закрывал и вновь открывал дело и наконец заявил, что не может найти виновных. Убийцы Ангела все еще на свободе.
15
Медовая ловушка для атомного шпиона
Мордехай Вануну, казалось, совершал все возможное, чтобы сделать свою тайную жизнь достоянием общественности — ему разве что оставалось повесить себе на грудь табличку с надписью: «Я ШПИОН».
Он работал на атомном реакторе в Димоне, самом секретном и охраняемом объекте в Израиле. Иностранная пресса, а также правительства многих стран были убеждены, что Израиль создает здесь ядерное оружие. Любой, кто подавал заявку на работу в Димоне, должен был пройти долгий, тщательный процесс отбора, включая заполнение различных форм, допросы, проверку биографических данных ШАБАКом и другими специалистами по безопасности. Только в финале изнурительной процедуры успешным соискателям разрешали попасть в секретный комплекс. Пристальный надзор и тщательное наблюдение за каждым сотрудником продолжались на всем протяжении их работы в Димоне.
Вануну устроился на работу в Димону после того, как увидел объявление в ежедневной газете. Он заполнил анкету в офисе центра ядерных исследований в соседней Беэр-Шеве, прошел обычную проверку служб безопасности и получил работу без каких-либо сложностей.
Как это было возможно? Он был левым радикалом, его друзья были арабскими членами коммунистической антисионистской партии «РАКАХ»; он участвовал в протестах на их стороне, фотографировался на радикальных пропалестинских митингах, нес плакаты, выступал с речами и давал интервью средствам массовой информации.
Он принимал активистов «РАКАХ» в своей маленькой квартире в Беэр-Шеве и хотел присоединиться к их университетской ячейке, состоявшей исключительно из молодых арабских радикалов, враждебно настроенных к Государству Израиль. В Университете имени Бен-Гуриона, где Вануну числился в качестве студента, он был известен своими крайними взглядами.
Он был одаренным, но неуравновешенным молодым человеком. До того как стать сторонником «РАКАХ», Вануну был правым экстремистом и поклонником раввина-расиста Меира Кахане. Позже он поддерживал крайне правую партию «Техия» («Возрождение»), голосовал за «Ликуд» и, наконец, стал левым радикалом. Он утверждал, что изменить политические взгляды его заставила печально известная Ливанская война 1982 года. Одинокий, почти не имевший друзей молодой человек твердо верил, что подвергается дискриминации из-за своего марокканского происхождения. Это убеждение усилилось, когда он провалил вступительные испытания в Военно-воздушную академию и был направлен в инженерные войска. После увольнения из Армии обороны Израиля он начал изучать инженерное дело в Тель-Авиве, потом передумал и переехал в Беэр-Шеву, где взялся за экономику, снова передумал и переключился на философию. Стал вегетарианцем, а затем и веганом.
Его сокурсники были поражены его стремлением к деньгам. Он хвастался, что у него нет необходимости работать, достаточно просто разумно инвестировать деньги на фондовом рынке. В своем дневнике он поставил фондовый рынок «на первое место» перед философией и английским языком. Вануну водил красную «ауди», зарабатывал немного денег, позируя обнаженным, и на студенческой вечеринке снял трусы, чтобы выиграть приз.
Конечно, образ жизни был его личным делом, но его политическая деятельность в качестве сторонника «РАКАХ», поддерживающего палестинцев, должна была стать очень серьезным сигналом. Однако его просто пригласили на встречу с должностными лицами ШАБАКа, которые велели ему прекратить эту деятельность и попросили подписать документ, в котором говорилось, что
Ознакомительная версия. Доступно 18 страниц из 115
