Аленушка ведет Марью-искусницу по тропинке. Квак прыгает следом. Аленушка и Марья-искусница становятся на самом берегу. Они отражаются в спокойной воде, ясно, как в зеркале. Аленушка наклоняется над водой. Она плавно поводит руками. Тихий гул. Глухая негромкая музыка.
— На берегу Марья, — говорит Аленушка, — и в воде Марья.
И она показывает на отражение женщины в воде.
— На берегу Марья живая, а в воде Марья водяная. Вода, вода, отдай, что взяла. Оживи, Марья водяная, выйди на берег! Раз, два! Три! Четыре! Пять! Шесть! Семь! Будет!
И, повинуясь заклинанию, семь раз оживают отражения, семь женщин поднимаются из пруда на берег, одна за другой. Все семеро похожи друг на друга, как семь капель воды. Они становятся возле Марьи-искусницы.
Солдат и Ваня идут по сокровищнице.
— Обижаешь, Солдат! — говорит Водяной вкрадчиво. — Ничего не берешь! Выбирай, приказывай!
Солдат вдруг останавливается. Пристально смотрит в темный угол. Там стоит простой некрашеный деревянный стол. На большом этом столе лежат гусли, полотенце и деревянный гребень. Разглядывает гусли внимательно. Потом тщательно, как хорошая хозяйка на рынке, рассматривает, ощупывает полотенце. На полотенце вышит серебром косой дождик и над ним, шелком, радуга. Проверяет на свет гребень.
— Беру! — говорит он решительно.
Водяной переглядывается с Казначеем.
— Да ты что, батюшка, надсмехаешься! — кричит Казначей. — Эти вещички меньше полушки стоят! Они у меня на левом мизинце значатся, да и то на самом ноготке! Старье! Лежат тут две тысячи лет, неведомо откуда взялись! Выбросил бы, да скупость проклятая не позволяет. Возьми лучше золото!
— Эти вещички мне нужны! — отвечает Солдат. — Ведь это гусли-самогуды. Они кого хочешь развеселят. А гребень да полотенце всегда в дороге пригодятся.
И Солдат вешает гусли на пояс, а гребешок и полотенце укладывает в ранец.
Солдат. Идем! Ничего больше не возьму!
Водяной. Экий ты, братец, несговорчивый. Ну, будь по-твоему. Идем.
Водяной торжественно входит в свою пещеру. Усаживается на трон. По знаку его входят охотники. Алтын Алтынович садится на ступеньки трона. Солдат и Ваня становятся рядышком. Раки строем вползают в пещеру. Окружают своего повелителя.
Водяной (торжественно). Готовьтесь, готовьтесь, гости дорогие. Эй, Квак!
Квак влетает вприпрыжку.
Водяной. Приблизься!
Квак подбегает вплотную к трону.
Водяной (тихонько). Привел?
Квак. Квак, квак, квак велено, так и сделано.
Водяной. Ну, слушайте, гости дорогие мои! Привел Квак последних моих служанок. Смотреть их смотрите, но только молча. Они голоса человеческого невесть сколько лет не слыхали. Могут помереть. Согласны?
Солдат. Ладно, будь по-твоему.
Водяной. Впускай.
Квак громко квакает. Двери отворяются настежь, и появляется не спеша, словно никого не видит она и ничего не слышит, — Марья-искусница, окруженная своими отражениями. Кто из них настоящая Марья-искусница, а кто призрачная? Солдат делает шаг назад, пораженный. Водяной ухмыляется. Ваня вскрикивает было: «Мама!» — но тут же закрывает рот рукой.
Водяной (торжествующе). Вот то-то и есть! Глядите, глядите, пескарики мои простенькие. Глядите да руками не трогайте и не зовите! Помереть могут!
Ваня бросается к Марье-искуснице и ее спутницам. Мечется от одной к другой. Протягивает руки и отдергивает в ужасе, боясь, что нечаянным прикосновением может и в самом деле убить несчастную свою мать. Вдруг кто-то дергает Ваню за рукав. Аленушка прячется за витой колонной.
Аленушка. Ваня! Слушай меня во все уши. Иди тихо-тихо, мимо всех них. У твоей мамы дыхание теплое, а у всех остальных холодное. Так ты и узнаешь Марью-искусницу.
Ваня повинуется. Тихо-тихо идет он мимо замерших неподвижно женщин. И останавливается вдруг. И вскрикивает радостно.
— Вот моя мама!
И тотчас же остальные с легким звоном расплываются в воздухе, исчезают, как тени.
— Ура! — кричит Солдат оглушительно.
Водяной мигает своими зелеными глазищами. И вдруг разражается таким страшным ревом, что все его слуги с Кваком во главе валятся с ног.
Водяной. Не пущу! Не согласен! Не позволю! Забрать Марью-искусницу — и в подводную темницу!
Аленушка бросается к трону.
Аленушка. Ты слово дал!
Водяной. Я дал, я и взял. Я своему слову хозяин. Забрать.
Солдат. Не спеши, друг наш Водохлеб. Не сердись. Лучше попляши.
Водяной. Ах ты дерзкий! И его забрать!
Солдат. Сказать-то легко, а кто первый с места двинется? Выходи под музыку!
Солдат поводит рукой по струнам, и Водяной, и слуги его подпрыгивают.
Водяной. Что это такое?
Солдат. Я же тебе сказал — попляши. Вот ты и слушаешься.
Снова проводит рукой по струнам рукой. Водяной и слуги его подпрыгивают еще выше.
Солдат. Ребята, берите Марью-искусницу за руки. И в путь. Я вас догоню.
Аленушка и Иванушка повинуются. Водяной с ревом бросается за беглецами, но Солдат заводит плясовую. Не быструю, степенную, но до того завлекательную, что Водяной останавливается посреди пещеры. С крайним удивлением глядит на свои ножищи.
Водяной. Эй, ты! Нога! Правая нога — тебе говорю! Стой!
Вместо ответа правая нога, переступая с носка на каблук, лихо пускается в пляс, а за нею и левая. А гусли переходят с пляски медленной и степенной на быструю и отчаянную. Присвистнув и хлопнув ладонью по голенищам, взлетает Водяной чуть не до потолка. Лицо его при этом выражает крайнюю растерянность.
Водяной. Солдат, а Солдат! Положи гусли!
Солдат. Будь по-твоему.
Кладет гусли на пол, а они продолжают играть сами собой.
Водяной. Это еще что такое?
Солдат. А гусли-самогуды и без меня справятся. Играйте, гусли, не уставайте. Водяному отдохнуть не давайте, в погоню за нами не пускайте! Прощай, Водяной, счастливо оставаться!
Солдат уходит, а Водяной со всеми своими слугами пляшет, прыгает, остановиться не может.
Течение несет Солдата, Ваню, Аленушку и Марью-искусницу прямо к лестнице. Вот взбираются они по коралловым ступеням. Вот бегут, спешат по тропинке между дубами. А Водяной и слуги его пляшут, кто
