Феликс Лопе де Вега - Испанский театр

Вот как, свадьба? Прекратите!
Слушаться без возражений!

Свадьба не игра, сеньор,
Но приказ ваш мы исполним.
Вам, должно быть, нужно место,
Чтобы смотр устроить войску?
Вы с победой? Ну, конечно!

Боже правый, я погиб!

Под гору беги, Фрондосо!

Стой!.. Схватить его. Связать.

Подчинись, сынок.

Ты хочешь,
Чтоб они меня убили?

Да за что?

Я не таков,
Чтобы убивать людей
Без суда. Не то бы тут же
Бунтаря мои солдаты
Изрубили на куски.
Я запру его в темницу,
А его отец для сына
Казнь назначит за провинность.

Он ведь женится, сеньор.

Эка важность! Пусть невеста
Выберет себе другого.

Если он обидел вас,
То простите, как велит
Благородство.

Паскуала,
Он обидел не меня,
Но великого магистра
Тельеса Хирона (небо
Да хранит его) и весь
Славный орден Калатравы.
Он наказан должен быть
Всем в пример, не то однажды
Кто-нибудь еще решится
И поднимет знамя бунта.
Разве неизвестно вам,
Что наглец мне, командору
(Ну и ну, вот так вассалы!),
Арбалетом угрожал?

Не прогневайтесь, коль я,
Тесть, скажу в защиту зятя.
Если юноша влюбленный
Вас ослушался тогда,
Этому была причина:
Вы отнять намеревались
У него жену. И он
Защитить ее был вправе.

Что вы мелете, алькальд?

Я, сеньор, вам объясняю.

Отнимать жену не мог я:
Не был он на ней женат.

Вы хотели… Но довольно!
Есть в Кастилье короли,
Здесь введут они закон
И покончат с беззаконьем.
И они поступят худо,
Если, войны завершив,
Не освободят навеки
Города свои и села
От тяжелого креста —
От сеньоров крестоносных.
Будет только наш король
На груди своей носить
Алый знак державной власти.

Эй, возьмите у него
Жезл алькальда!

Что ж, берите.

Этой палкой проучу!
Я взбесившуюся клячу!

Вы ведь господин мой. Бейте!

Старика он палкой бьет!

Если на меня вы злы,
Что же вы отца-то бьете?

Увести ее. Приставить
К ней десятерых солдат.

И небесный гром не грянет?

Праздник вышел черным днем.

Все как в рот воды набрали.

Я плетей уже отведал;
Кто на тыл мой поглядит,
Так и в Рим ходить не надо:
Чисто кардинальский цвет.
Пусть попробуют другие
Спорить с ним.

Мы все поднимем
Голос свой.

Ну, нет, сеньоры,
Нам помалкивать привычней.
За одно словцо разделал
Он мой зад под лососину.

На сходку так-таки никто не вышел?

Никто.

А к нам меж тем спешит беда.

Оповещенье каждый, верно, слышал.

Фрондосо заперт в башне, ждет суда,
А Лауренсья… Помоги нам боже,
Не то я с ней не свижусь никогда!

Ты что, Эстеван? Тсс!.. Кричать негоже, —
Не ровен час, услышит кто-нибудь.

Дивись, что я удерживаюсь все же,
Хотя кручина разрывает грудь.

А вот и я. Пристроюсь в серединке.

За то, народ честной, не обессудь,
Что в бороде моей блестят слезинки:
Ведь нынче мы хороним нашу честь
И здесь собрались на ее поминки.
Будь честь жива, могли б мы разве снесть
Преследованья этого тирана?
У каждого из нас, мы знаем, есть
Душевная ль, телесная ли рана,
Что он нанес. А наш ответ врагу?
Его мы только обличаем рьяно
Друг другу на ухо, вслух — ни гуту.
Доколе же терпеть нам униженья?

Эстеван прав, с ним спорить не могу.
Но слышно, что в Кастилье единенья
И мира уж достигли короли.
И Ко́рдова их ждет. Мое сужденье,
Что хорошо бы, если б к ним пошли
С прошением два наши рехидора.

Король Фернандо со своей земли
Врагов успешно гонит; но их свора
Еще сильна, и, занятый войной,
Король расслышит голос наш не скоро.

А я хочу подать совет иной:
Подняться всем, да и уйти отсюда.

Дома покинуть? Бросить край родной?

И кой-кому из нас пришлось бы худо:
Он в бунте бы селенье обвинил.
А помощь не придет к нам ниоткуда.

Увы, друзья! Корабль наш без ветрил,
Терпенье им не управляет боле,
И страх на нем штандарт свой укрепил.
Вот наш алькальд. Но дочь его в неволе,
Но жезл его разломан на куски
О голову его. Терпеть? Доколе?

Что делать нам? Зажаты мы в тиски.