Фридрих Шиллер - Смерть Валленштейна

И вслед за ним сюда явился в Эгер.

Чтоб тем вернее погубить его.

Ах, так!

Другое дело…

Негодяй!
Ты изменяешь знамени и долгу!

Ко всем чертям! Я подражал тебе:
«Он шельмой стал? Будь шельмою и ты!»
Так думал я.

Ми рассуждать не смеем!
Начальник — ты, тебе и рассуждать!
Мы за тобой, хоть к черту на рога.

Ну, мы друг друга знаем.

Да, конечно.

Мы рыцари Фортуны: тот, кто нам
Всех больше даст, тому и служим.

Верно!

Так честно послужи́те!

Это можно.

И вам Фортуна кошельки набьет.

Тем лучше.

Ну, так слушайте…

Что скажешь?

Изволил император приказать
Живым иль мертвым Фридланда представить.

Таков указ.

О да, живым иль мертвым!

И тех, кто это совершит, достойно
Деньгами и землею наградит.

Звучит недурно. Не скупятся там
На обещанья. Да! Мы это знаем!
А жалуют лишь цепью золотой,
Иль хромоногой клячей, иль дворянством…
Нет, герцог платит больше.

Да, он щедр.

С ним кончено. Звезда его померкла.

Да правда ль это?

Я вам говорю.

С ним счастье распростилось?

Навсегда.
Он не богаче нас.

Как, не богаче?

Тогда пора бросать его, Макдональд!

Уж двадцать тысяч бросили его.
Но нам, земляк, придется сделать больше!..
Убить его.

Убить?

Ну да, убить…
Для этого я выбрал вас.

Как! Нас?

Вас, капитаны Деверу, Макдональд.

Найдите-ка другого.

Да, другого.

Ты испугался, трус? А почему?
Ведь ты уже душ тридцать загубил…

Но полководца умертвить… Подумай!

Ведь мы ему на верность присягнули!

Он изменил, — свободны вы от клятвы.

Послушай, генерал! Ведь это мерзко.

И вправду так! Есть совесть и у нас.

Он как-никак наш вождь, он долго нами
Командовал и нас держал в решпекте.

За этим остановка?

Да! Любого
Зарежу я, хотя б родного сына,
Когда мне император повелит…
Но, знаешь, мы солдаты, нам вождя
Убить — тяжелый грех и злодеянье,
Которым отпущенья не найти.

Я папа твой и грех твой отпускаю.
Решайтесь же!

Не подойдет.

Нельзя.

Ступайте прочь!.. Пришлите Песталуци.

А! Песталуци…

Он-то для чего?

Вы не хотите — захотят другие…

Нет, если все равно он должен пасть,
То мы другим награду не уступим…
Ну как, Макдональд?

Что ж, когда иначе
Никак нельзя, когда он должен пасть,
Я не отдам награду Песталуци.

Когда он должен пасть?

Сегодня ночью,
Ведь утром шведы будут у ворот.

С нас взыскивать не станут, генерал?
Ручаешься?

За все.

Впрямь император
Так ясно волю изъявил? Бывает,
Убийству рады, но казнят убийц.

Указ гласит: живым иль мертвым взять.
Но взять живым, как видите, нельзя…

Так мертвым! Да… но как нам подступиться?
На улицах карабинеры Терцки.

А сам граф Терцки да фельдмаршал Илло…

Ну, с них-то и начнут, само собой.

И этим смерть?

Да, раньше, чем ему.

Слышь, Деверу… кровавый будет вечер!

А этих кто спровадит? Я не прочь!

Майору Геральдину это дело
Поручено.[38] Их угощают в замке,
Там этой ночью будет пир отменный.
Их за столом застигнут и убьют…
Майору в помощь — Лесли с Песталуци…[39]

Слышь, генерал! Не все ль тебе равно?
Слышь… Дай мне поменяться с Геральдином.

Но с герцогом покончить безопасней.

Черт! Кто же я, по-твоему? Ответь!
Не меч, но взгляд нам страшен Валленштейна.

А что с тобой от взгляда приключится?

Черт подери! Ты знаешь, я не трус.
Но ведь еще недели нет, как он
Мне чистоганом двадцать дал червонцев,
Чтоб этот теплый я купил камзол…
Так если он меня с копьем увидит
И на камзол мой бросит взгляд… то… знаешь…
Нет, я не трус, провал меня возьми!