Феликс Лопе де Вега - Испанский театр

Не утаить любовной муки!

Что ехать! Пожимают руки,
Друг другу кольца отдают.

Диана поступает с ним
Так точно, как собака с сеном.

Обязывает вечным пленом.

Ни ей не сытно, ни другим.

Восторг души, прелестная Диана,
Послужит извиненьем старику,
Который к вам вбегает без доклада.

В чем дело, милый граф?

От вас одной
Укрылось то, что знает весь Неаполь?
Весть облетела всех в единый миг,
И я с трудом пробился сквозь толпу,
Спеша сюда скорей увидеть сына.

Какого сына? И чему вы рады?

Ужели вы не слышали рассказа,
Как я, тому уж скоро двадцать лет,
Отправил сына с дядюшкой на Мальту
И как его забрали в плен галеры
Али-паши?[62]

Мне кто-то говорил
Об этом вашем горе.

И сегодня
Святое небо мне вернуло сына,
Избегшего опасностей и смерти.

Сеньор, вы подарили мне, поверьте,
Большую радость.

А взамен, сеньора,
Я жду, что вы подарите мне сына,
Который служит и живет у вас,
К родному дому полный безучастья.
Ах, если б мать могла дожить до счастья!

Он служит у меня? Кто ж это? Фабьо?

Да нет, не Фабьо. Это Теодоро.

Как? Теодоро?

Да.

Но как же так?

Скажите, Теодоро, граф-отец ваш?

Вот этот вот?

Сеньор, пусть ваша милость
Подумает…

О чем тут думать, сын,
Сын чресл моих! О том, чтоб умереть
В твоих объятьях!

Непонятный случай!

Ах, боже мой, сеньора! Теодоро
Такой высокородный кабальеро?

Сеньор, я от смущения потерян.
Так я — ваш сын?

Не будь я в том уверен,
Мне было бы достаточно взглянуть
Тебе в лицо. Я был совсем такой же
В дни юности!

Целую ваши ноги
И умоляю вас…

Не говори!
Я сам не свой. Какой прекрасный облик!
Храни тебя господь. Какая статность!
Как величаво говорит природа,
Что ты наследник доблестного рода!
Идем, мой сын. Прими в свое владенье
И отчий дом, и отчие богатства.
Вступи в ворота, на которых блещет
Герб, самый гордый в этом королевстве.

Сеньор, я должен был сегодня ехать
В Испанию…

В Испанию? Отлично!
Испания — мои объятья.

Граф,
Я вас прошу, позвольте Теодоро
Опомниться и не в такой одежде
Явиться к вам отдать сыновний долг.
Я не хочу, чтоб он отсюда вышел,
Когда внизу так людно и так шумно.

Вы говорите, как всегда, разумно.
Мне больно с ним расстаться и на миг;
Но, чтобы пуще не поднялся крик,
Я ухожу, прося вас об одном:
Чтобы до ночи он вступил в мой дом.

Даю вам слово.

Сын мой, до свиданья.

Целую ваши ноги.

Ax, Камило,
Теперь и умереть не жаль.

Красавец
Ваш Теодоро!

Даже думать жутко.
И то боюсь, что я лишусь рассудка.

Сеньор, позвольте ваши руки.

И не почтите то за лесть.

Мы заслужили эту честь.

Вельможи никогда не буки.
Сеньор, вы нас должны обнять,
Вы этим души покорите.

Посторонитесь, пропустите.
Довольно глупости болтать!
Весьма почтительно, сеньор,
Целую ваши руки тоже.

У ног, что мне всего дороже,
Ваш раб вдвойне я с этих пор.

А вы не стойте тут напрасно.
Оставьте нас на полчаса.

Что скажешь, Фабьо?

Чудеса.

Теперь что будет?

Дело ясно:
Хозяйка больше не склонна
Лежать собакою на сене.

Съест наконец?

И при кузене.

Ах, хоть бы лопнула она!

Теперь вам ехать не придется?

Мне?

Вам не хочется вздохнуть:
«Я уезжаю в дальний путь,
Но сердце с вами остается»?

Вас забавляет, вам смешно
Мое внезапное величье?

Ликуйте, радуйтесь!

Различье
Меж нас теперь упразднено,
И вы глумиться не должны.

Вы изменились.

Я уверен,
Что в вашем сердце я потерян.
Вам тяжело, что мы равны.
Во мне любили вы слугу;
Тщеславие всегда любило
Господствовать над тем, что мило.

Я вам одно сказать могу:
Теперь вы мой, навеки пленный!
И вы сегодня же со мной
Венчаетесь.

О счастье, стой!