Очевидно, прибалтийский пейзаж — даже в непогоду — приносил поэту ощущение легкости и жизненной свободы:
Что за радость! Непогоды!
Жизнь на грани дня и тьмы,
Где-то около природа,
Где-то около судьбы.
Здесь, в Пярну, поэта не оставляли элегические мысли о конечности земного бытия:
Рассвет, рассвет. Начало дня.
Но это будет без меня.
23 февраля 1990 года в Таллинне, на юбилейном вечере Пастернака, едва завершив речь, Самойлов скончался. "Третий перевал" закончился.
Что умел Давид Самойлов? Умел воевать, писать стихи, переводить Тувима, Межелайтиса, Десанку Максимович и десятки других поэтов, он сумел написать блистательную "Книгу о русской рифме", десятки добротных статей о поэзии.
Ожидает своего исследователя поэтическое мастерство Самойлова — приверженца строгих классических форм и "скрытых", не бьющих в глаза поэтических открытий:
Люблю обычные слова,
Как неизведанные страны,
Они понятны лишь сперва,
Потом значенья их туманны.
Их протирают, как стекло,
И в этом наше ремесло.
Еще напишут о высоком искусстве Самойлова как поэта-живописца:
Внезапно в зелень вкрался красный лист,
Как будто сердце леса обнажилось,
Готовое на муку и на риск.
Внезапно в чаще вспыхнул красный куст,
Как будто бы на нем расположилось
Две тысячи полураскрытых уст.
Эти строки надо увидеть: форма красного листа, вертикального по отношению к поверхности земли, напоминает форму человеческого сердца, а красные листики куста, находящиеся в горизонтальном положении, схожи по форме с полураскрытыми устами.
…Да мало ли что еще хорошего и доброго можно написать о Давиде Самойлове. Известном и неизвестном.
В 1985 году Владимир Спиваков обратился к Д.Самойлову с просьбой перевести на русский язык для цикла “Времена года” Антонио Вивальди стихи (в форме сонета), предпосланные каждому из четырех концертов под названием “Весна”, “Лето”, “Осень”, “Зима”. Имя автора в итальянских изданиях “Времен года” не значится. Есть предположение, что сонеты написал сам композитор.
Переведенные Д.Самойловым тексты прилагались к филармонической программе, в рамках которой оркестр, руководимый В.Спиваковым, исполнял “Времена года”, но никогда не печатались отдельно.
Галина МЕДВЕДЕВА
Текст предоставлен другом Д. Самойлова профессором Виктором Борисовичем Малкиным.
Илья Львович Сельвинский.
Публикация Александра Давыдова
Самойлов считался неплодовитым поэтом. Он сам этого не оспаривал, даже иногда каялся, что пишет “редко и мало” (“Мой стих”). Оказалось, что вовсе не мало. Целую эпоху своего раннего творчества Самойлов попросту перечеркнул, из стихов 40-х — начала 50-х годов, среди которых есть блестящие, опубликовав крохи. Только теперь, через полтора десятилетия после смерти Самойлова, когда уже исследован весь его обширный архив[61], стало очевидным, сколь он был строг в отборе собственных стихов для печати. Обнаружились многие десятки неопубликованных, — и цензурные соображения тут, как правило, ни при чем. К своему раннему творчеству Самойлов был явно несправедлив, — и не только он сам, а эпоха. Но и позже, всегда ли безусловен его отбор? Не думаю. Среди отринутых (но ведь не уничтоженных) стихов немало действительно слабоватых для Самойлова, но много и настоящих, полновесных. Видимо, все сомнения он решал не в пользу публикации. А может быть, специально отсекал наметки других путей своего творчества, отличных от магистрального. Впрочем, мнение автора Самойлов не полагал принудительным для потомков. Известно его рассуждение в воспоминаниях о Заболоцком: “Я думаю, что живые не должны полностью считаться с поэтом. Когда он умер, нужно издавать все, что осталось… а потомки из оставшегося материала пусть построят еще один дом или пристройку. И поэт в целом есть эти два дома”. Сейчас мы начали обживать его второй дом.
Вступление и публикация
Александра Давыдова
“Былым защитникам державы, нам не хватало Окуджавы”, — сетовал Самойлов в поэме “Юлий Кломпус”. Приходилось обходиться самим. В преддверии эпохи бардов он сочинил несколько песен для своей дружеской компании. Однако некоторые из них ушли в народ. Я и сам в юности распевал с друзьями “Ванюшеньку-душеньку”, не имея понятия, что шуточную песенку сочинил мой отец. А “Привели в отделение милиции…” мне вдруг спел под гитару приятель, немало удивившийся, узнав, что автор этого популярного в их дворе жестокого романса Давид Самойлов. Из его “народных” песен конца 40-х — начала 50-х через много лет опубликован только “Ванюшенька”. Да еще свою “Солдатскую песню” (мелодия Анатолия Аграновского), анонимно кочевавшую по московским кухням, а позже исполнявшуюся на различных бардовских фестивалях, немного изменив, Самойлов использовал в драматической поэме “Сухое пламя” (“Вот поле, поле, поле…”). Остальные лишь сохранились в памяти друзей автора, тех совсем немногих, кто еще остался. Было бы обидно, если б эти романсы так и затерялись в городском фольклоре. Песню “Из самой из Германии…”, которую Самойлов цитирует в поэме “Чайная”, мне продиктовала по памяти дружившая с ним художница Агда Шор. Другие две я хорошо запомнил с детства. Их любила петь моя мама О.Л. Фогельсон, первая жена Самойлова. Если честно, мы и дуэтом их исполняли много раз, не имея оба ни голоса, ни слуха, зато с чувством, что наверняка важней для данного жанра.
Вступление и публикация Александра Давыдова
Детская телевизионная передача.
Публикация Г.И. Медведевой
Александр Межиров (А.Д.)
Вступление и публикация Александра Давыдова
Публикация П. Горелика
Из стихотворения П. Горелика «Пираты».
См. «Плач Ярославны» в переводе И. Козлова.
Из стихотворения Слуцкого «Генерал Миаха переодетый наблюдает интернирование испанских республиканских войск через франко-испанскую границу».
По буквам: «Циля, Арон, Рувим с мягким концом».
Слово «Раб» — сокращенное РАБИС.
Публикация и послесловие Г. Медведевой
Переводы на английский язык Александра Вейцмана
Переводы на английский язык Александра Вейцмана
(Публикация Александра Давыдова)
Публикация Галины Медведевой
Давид Самойлов. Памятные записки. М., «Международные отношения», 1995.
Ефремов Георгий Исаакович (род. в 1952 г.) — поэт, переводчик с литовского.
Илья Сельвинский. Избранные произведения. Библиотека поэта. Л., «Советский писатель», 1972.
Гидаш Антал (1899–1980) — венгерский поэт и прозаик.
Кун Агнесса (1915–1990) — переводчица, редактор, жена Гидаша.
Урин Виктор Аркадьевич (род. 1924) — поэт.
Фейгин Эммануил Абрамович (1913–1985) — тбилисский знакомый автора, прозаик, переводчик.
Кузнецов Юрий Поликарпович (1941–2004) — поэт.
Цит. по антологии «Оттепель». 1953–1956. Страницы русской советской литературы». Составитель С.И. Чупринин. М.: Московский рабочий, 1989, с. 21.
Давид Самойлов. Памятные записки. М.: Международные отношения, 1995.
Давид Самойлов. Памятные записки, с. 172.
Там же, с. 170–171.
Имеется в виду речь М. Шолохова с выпадами против К. Симонова и Э. Эренбурга, которую Ф. Гладков назвал «непартийной по духу и … мелкотравчатой».
