Михаил Лопатто - Сердце ночи

Эх беда! Лежу, темно; не спится.
Все мутит и глотку жжет.
Встал я поискать ведро с водицей
И впотьмах пошел в обход.

Богородица! На стул наткнулся.
Так не пей, плешивый шут!..
Черт попутал. Вскоре я нагнулся
Ко лежанке: влага тут.

Да куды там — я мою старуху
Опрокинул впопыхах,
Та влепи с размаху оплеуху,
Не узнавши, что ль, впотьмах.

Загремел на утро отче: гнойно,
Обло чудище, свинья!
Ну достойно, чина ли достойно?
— Не достойно, — молвил я.

За горою село солнце,
Умирает тихо день.
Погрузилось Радохонце
В бледно-розовую тень.

Повели коней на речку,
Кухни поплелись вперед,
И полез опять на печку
Мой хозяин, идиот.

Увидав на печке спину,
Знаю: пробил час услад.
Тороплю мою Янину
Выходить в безлунный сад.

Вечер. Тихо. Сад в овраге.
Мы от мира далеки.
Набралися росной влаги
Белой розы лепестки.

Где взяла Янина розу?
Что смеешься и молчишь?
Не боишься ль, что угрозу
Вдруг исполнит старый шиш?

Как уйдет из деревушки
Воевать гусарский полк
(Слышишь, как вздыхают пушки,
Понимаешь в этом толк?)

Как уйдем, — прощайте ласки!
Старый срежет для острастки
Молодой своей козы
Здесь, в саду же, пук лозы.

О, долгий путь! В усталой позе
Сидишь и куришь натощак.
Как ароматен на морозе
Медовый английский табак!

Голубизна дымка и снега
И пасмурная эта даль —
Такой покой, такая нега,
Такая долгая печаль.

Дорога круто убегает
На побелевшие холмы.
Голодный конь едва ступает,
Иззябли мы, устали мы.

Седло, в какой ни мерзнуть позе,
И бьет и давит, — все не так!
И только тешит на морозе
Медовый английский табак.

Ходить в гости со своим шкафом неудобно.
Мое сердце — большой шкаф.
Мне тесно в маленьких комнатах,
И я топчусь как медведь.
Душно. Нельзя курить,
Разговаривать только вполголоса,
И непременно, чтоб смешно.
А я слушаю, как бьется мое сердце —
Ужасный грохот! Чужих не расслышать слов.
Нет, лучше опять в поля,
Там тихо, гуляет ветер,
Ждет собачья могилка меня…