Федор Тютчев - Полное собрание стихотворений

Взлелеяла и возростила,

Настанет день — день непреложный:

Погибнет под ногой твоей.*

И весь он очнулся от райского сна.

О, волна моя морская,*

Чудной силы ты полна!*

Будь верна стихии бурной,*

Будь угрюма иль светла,*

И под снежной [пеленою],*

Чудной [роскошью] блестит*

Бессознательной красой.

Лишь там, на западе, брезжит сиянье.

Блаженство ты и безнадежность.

А так победно шли полки,

О, это лето, это лето!
Мне подозрительно оно —
Не колдовство ли просто это?
И нам за что подарено?

Гляжу тревожными очами

Настало время роковое.

Не целый мир — а целый ад

Со дна восстали царства тьмы

Во имя Правды и Свободы.

Тебе куют порабощенье, —
Ты, слово будущих времен,
Глагол их, жизнь и просвещенье.

отсутствуют в автографе ЦГАДА

О, будь же в роковой борьбе
Победы нашей ты залогом,
Будь верно самому себе, —
И оправданием пред богом.

Стоим мы слепы пред судьбою:

А бред пророческий духов.

В громах родился Новый год.

Принес он людям на земле.

Несет он людям на земле.

Но исполнитель тяжких кар,

Давно задуманный удар.

С собой принес он два меча:

Другой — секира палача.
Но на кого?.. Одна ли выя,

Бесстыдству также есть предел.
Как! — пред его священной тенью
И он, и он предстать посмел?

Клянусь его священной тенью,

Ужель не грянет отовсюду
Один всеобщий вопль тоски:

Будь заклеймен своим названьем:

Апостол их — Искариот…

Страстный говор твой ловлю…

Не поймет и не оценит

Обошел, благословляя.

Нить железная бежит,

Эта нить порой вестит.

Отраден будь тебе возврат
В места, душе твоей родные.
Отраден будь душе твоей
И дней минувших добрый гений,
И горсть еще живых друзей,
И столько милых привидений.

Так, ты жилище двух миров,

Твой день болезнен [о-тревожный]*

Мне любо спать — отрадней камнем быть.
В сей век стыда и язвы повсеместной
Не чувствовать, не видеть — жребий лестный,
Мой сон глубок — не смей меня будить…

Отрадно спать — отрадней камнем быть.
О, в этот век — преступный и постыдный, —
Не жить, не чувствовать — удел завидный…
Прошу: молчи — не смей меня будить.

Твоя мне дружба усладит.
Дарами лучшими своими

Смрад, безобразье, нищета —
Тут человечество немеет —
Кто ж это всё прикрыть сумеет?..
Ты, риза чистая Христа!

Кто их излечит, [нас] прикроет? —*

Прозрачный воздух, день хрустальный,

От каждой ветви и листа.

Над нами ходят их вершины,

К нам долетает с вышины…

И брызнет искрометной

С лазоревых высот

Когда что звали мы своим,
Навек от нас ушло
И, как под камнем гробовым,
Нам станет тяжело, —

Пойдем и взглянем вдоль реки,
Туда, по склону вод,
Куда стремглав бегут струи,
Куда поток несет —

Неодолим, неудержим,
И не вернется вспять…
Но чем мы долее глядим,
Тем легче нам дышать…

И слезы льются из очей,
И видим мы сквозь слез,
Как все быстрее и быстрей
Волненье понеслось…

Душа впадает в забытье —
И чувствует она,
Что вот помчала и ее
Великая волна.

Безгласны, тихи — без движенья
Белеют в этой полумгле…
И на широкие ступени

[И сходят сумрачные тени]*

И в тайне сумрака немого
Лишь слабо светит под звездой —
Как память дальнего былого —
Пустынный купол золотой.

Местами лишь проглядывают пятна

Светил в небесной глубине,

Светил в небесной вышине,

Недосязаемы оне.

Знать, не для нас таким светилам
От века суждено светить,
Лишь телескопа дивным силам
Они подвластны, может быть.

И как они бы ни светили,
Не нам о блеске их судить…
Есть в небе много звездной пыли,
Но нам ее не различить.

Таким загадочным светилам
И верим и не верим мы —
Лишь телескопа дивным силам
Дано их вырывать из тьмы…

[Им не для нас дано светить]*

Свет неослабный и живой

Везде мы видим [над] собой.*

Не двинулась ночная тень,
Высоко в небе месяц светит,
Царит себе — и не заметит,
Что уж родился юный день, —