Иоганн Гете - Собрание сочинений в десяти томах. Том второй. Фауст

Ну вот мои бойцы-задиры,
Трех разных возрастов народ,
На них различные мундиры,
Кто с ними, тот не пропадет.

Мечтает малое дитя
Теперь о рыцарском уборе.
Не лучше ль этот сброд, хотя
Представлен в форме аллегорий?

Кого ни встречу — в ухо дам
И съезжу кулаком по рылу,
А беглеца обратно сам
Доставлю за волосы силой.

Драчливость — это вздор ребячий,
Не стоящий моей руки.
Я граблю, чтобы стать богаче.
Все остальное — пустяки.

Награбить денежки не штука,
Труднее их скопить для внука
И не потратить пятака.
Кто молод, тратит без расчета,
А уберечь добро от мота,
Вот в чем задача старика.

Мне кажется по-прежнему разумным,
Что мы укрыли армию свою
В овраге незаметном и бесшумном.
Наш выбор оправдается в бою.

Посмотрим. Мне, признаться, неприятно
Подобье бегства, наш отход попятный.

На правый фланг наш, государь, взгляни,
И убедишься ты, что все в порядке.
Стратег мечтает о такой площадке.
Ключ местности мы заняли одни.
Холмы волнисты, нас прикрыли склоны,
Враг не пойдет на нас атакой конной.

Не спорю. Место славное для сеч,
Где разгуляются рука и меч.

Здесь, в середине луга, на плато
Войска не хуже, чем на правом фланге.
На солнце пики блещут, и ничто
Не остановит натиска фаланги.
Как зыблется могучее каре!
Не терпится схватиться молодчинам.
Противник укрепился на горе.
Я их пошлю туда врубиться клином.

Доволен видом воинов твоих.
Здесь будет каждый биться за двоих.

На левом фланге батальон рубак
Несет охрану с тою же отвагой
И прикрывает подступы к оврагу.
Мне почему-то кажется, что враг
Рванется в это именно преддверье
И понесет кровавые потери.

Вот, вот она, двуличная родня,
Которая презренных выгод ради
Притворно-ласково звала меня
Кто братом, кто племянником, кто дядей!
Они мне рознью расшатали трон
И довели страну до безначалья.
Край ненасытностью их разорен.
И на меня они еще восстали!
Толпа слепа, и ловок демагог.
Народ пошел, куда понес поток.

Я вижу, вниз с обрывистого ската
Спешит с разведки верный соглядатай.

        Мы успешно, храбро, метко
        Сделали свои дела,
        И, однако, нам разведка
        Мало радости дала.
        Хоть широким населеньем
        Ты по-прежнему любим,
        Страх пред нынешним правленьем
        Не дает сплотиться им.

        Все врозь, всяк о себе самом,
        Долг, честь и верность отрицая,
        А вспыхнет у соседа дом,
        Не скажешь: «Наша хата с краю».

        Второй лазутчик огибает склон.
        Он телом всем дрожит и утомлен.

        Нас утешил несказанно
        Безголовый их разброд.
        Но властитель самозванный
        Вдруг скомандовал — вперед.
        И народ потек всем станом,
        Стадной спайкою горя,
        Словно овцы за бараном,
        Под знамена лжецаря.

Их император помогает мне
Стать вашим императором впервые.
Простым солдатом вышел я в броне
И вспомнил цели высшие, иные.
Когда весь свет съезжался к нам на бал,
Опасности недоставало в мире.
Рапирою я обруч протыкал,
А чувствовал себя, как на турнире.
Когда б от войн меня не отвращали,
Я, б славой был теперь уже покрыт.
Когда вскричали вы: «Горит, горит!» —
Вы помните, на маскараде, в зале, —
Как вдруг заликовало все во мне!
Грозило пламя мне, я был в огне!
О, вы-то знали, что огонь — потешный.
О подвиге тогда я стал мечтать.
Что в эти годы упустил я, грешный,
Теперь я постараюсь наверстать.

Мы прибыли, надеюсь, в добрый час.
Всегда спасала осторожность нас.
Ты знаешь, горцам тайна гор открыта.
К природе близки эти племена.
Они прочли давно в кусках гранита
Ее рунические письмена.
С тех пор как духи с низменных лугов
Переселились в горные пещеры,
Они в них трудятся средь атмосферы
Насыщенных металлами паров,
Готовят смеси, превращают в газ
Сорта руды, с единственною целью
Найти состав, невиданный доселе,
На новое наткнуться в первый раз.
При помощи подвластных им начал
Совершены великие открытья.
Они провидят, глядя сквозь кристалл,
Земли неотвратимые событья.

Слыхал и верю, впрочем усомнясь,
Имеет ли все это с нами связь?

Нурсийский некромант, Сабинский маг
Тебе шлет преданности изъявленья.
От смерти отделял его лишь шаг,
Трещал костер, огонь лизал поленья.
Он задыхался, в дыму исчез.
Кто б мог спасти его на этой грани?
Никто: ни человек, ни бог, ни бес,
Он был спасен твоей монаршей дланью.
Был в Риме ужас этот им изведан.
С тех пор тебе он беззаветно предан.
Он все забыл, узнав про твой поход,
И, полный только о тебе забот,
Поспешно нас послал тебе в подмогу.
Природных сил в горах безмерно много,
И лишь попов тупое существо
В исследованье видит колдовство.

Когда во дни удач к нам люди вхожи,
Как рады мы толпящимся гостям!
Насколько же нам должен быть дороже,
Кто в бедствии спешит на помощь к нам.
Кто собственною волею, без зова,
Сжимая крепко шпаги рукоять,
В невыясненный час судьбы суровой
За нас берется грудью постоять!
Вложите меч назад в ножны, однако,
Величье дела общего ценя.
Здесь тысячами бросятся в атаку,
Борясь против меня и за меня.
Но тут бессилен первый вставший воин.
Спор лично мною должен быть решен.
Кто у меня оспаривает трон,
Пускай докажет, что его достоин.
Со лжецарем, приснившимся в бреду
Князьям моим, сойдусь я в поединке,
С успехом в царство мертвых низведу
И совершу по призраку поминки.

Хвала твоим намереньям. Меж тем
Нам целость головы твоей потребней.
Смотри, для безопасности твой шлем
Снабжен султаном и дугою гребня.
Едва лишь сон коснется головы,
Отяжелеют и другие члены.
Вот так и мы. Мы живы и мертвы
Твоей особой неприкосновенной.
Раз голова цела, то и рука
Щитом подъятым череп защищает
Или удар враждебного клинка
Сама клинком удачно отражает.
Участвует в победе и нога,
Став на затылок павшего врага.

Мы тоже силы к этому приложим:
Чтоб стал его затылок нам подножьем.

             Мало чести, невниманье
             Мы нашли во вражьем стане.
             Благородный вызов твой
             Высмеяли всей толпой:
             «Император ваш забыт
             И погублен без возврата.
             Так и сказка говорит:
             «Жил-был царь один когда-то».

Дела сложились так и обстоят,
Как все твои приверженцы хотят.
Враг близится, нас охватило рвенье,
Удобен миг, скомандуй наступленье.

Командованье князю я сдаю.

Изволь вступить в обязанность свою.

Пусть выстроится правое крыло.
Противник из долины вышел левым.
Взбираться на гору им тяжело,
Мы сбросим их с пригорка, овладев им.

Тогда позволь, чтоб этот вот герой
Сражался у тебя на фланге правом.
Не зная удержу, он рвется в бой
И увлечет других примером бравым.

Кто мне лицо подставит, шутнику
Дам по скулам и в зубы что есть силы.
Кто тыл покажет, тем сверну башку,
Чтоб морду всю назад перекосило.
Попробуй-ка меня останови
С моею палицею беспощадной.
Противника утопим мы в крови,
Чтоб к нам соваться не было повадно.

Фаланга центра пусть готовит схватку,
Приблизившись к противнику украдкой.
Смотрите, наше правое крыло
Смятенье в их рядах произвело.

Пошлемте в центр, где битва горяча,
Вот этого проныру-ловкача.

Я блеск победы увеличу
Да захвачу притом добычу
И все верну, что этот вор
Стащил, награбив, в свой шатер.
Недолго царствовать поганцу,
Из центра выбьем самозванца.

Хоть он мне не законный муж,
Но друг и компаньон к тому ж.
В походе только не зевай —
И снимешь знатный урожай.
А баба хваткою берет.
Ни в чем запрета нет. Вперед!