Ознакомительная версия. Доступно 46 страниц из 305
Молодой раджа сиял от радости. Его взгляд скользнул по загорелым ногам Джелал ад-Дина, загрубевшим, покрытым мозолями и грязью. Джелал ад-Дин ухмыльнулся, подумав о том, как он сам принял бы такого оборванца в свою бытность наследным принцем Хорезма.
– Я слышал удивительные вещи, Джелал ад-Дин, – наконец ответил князь. – Люди из моего войска вызвались воевать против чужеземного хана.
– Буду рад их принять, мой дорогой друг, но я больше нуждаюсь в снаряжении, чем в людях. Если предложишь мне лошадей и повозки, то с благодарностью брошусь тебе на шею. А если у тебя найдется пища для моего войска, то расцелую твои золоченые сандалии.
От витиеватого слога князь Наваз раскраснелся сильнее.
– Все это будет у тебя. Прошу лишь об одном: позволь мне отправиться на север вместе с тобой.
Окинув молодого человека взглядом, Джелал ад-Дин увидел в нем отблеск того же огня, что горел в его людях. Все эти юноши – такие же, как и молодой князь, богачи и бедняки, баловни судьбы и те, кто отчаялся найти счастье в жизни, – сгорали от энтузиазма и нетерпения. И жаждали вождя. Джелал ад-Дин открыл великую тайну, узнав, что правильные слова способны разжечь в людях пламя, загасить которое невозможно. Распаленные этим огнем, они готовы были идти наперекор своим племенам, даже своей родне, чтобы следовать за ним. Принц видел, как отцы покидали рыдавших жен и детей и без оглядки приходили к нему. Джелал ад-Дин был уверен, что его отец, если бы нашел правильные слова, мог бы повести армию на край света.
Принц на мгновение закрыл глаза. Он был изможден долгим переходом через горы, и даже вид Инда, питавшего континент, не излечил его от усталости. Поначалу он шел пешком, потому что не имел лошади. Затем шел пешком, потому что это производило впечатление на людей. Но многие мили и горы истощили его силы. Хотелось попросить князя дать ему возможность хотя бы одну ночь провести в прохладной постели, прежде чем он пошлет братьев искать провиант для войска, а сам снова будет шагать по холмам и долинам. Но он подавил желание, понимая, что это унизит его в глазах раджи. Однако стоявший перед Джелал ад-Дином правитель Пешавара не считал себя ровней принцу, несмотря на его одеяние, которому не позавидовал бы даже нищий. Напротив, Наваз видел в нем веру и смиренно склонял перед ней голову.
Внезапно Джелал ад-Дин пришел в себя, поняв, что выдержал слишком долгую паузу, молча покачиваясь на одном месте.
– А если станет возражать твой отец? – наконец спросил он. – Я слышал, что он не отличается сильной верой.
Лицо юного князя исказилось недовольной гримасой.
– Отец не понимает. Его волнуют только усыпальницы да глупые храмы. Да, он запретил мне идти с тобой, но он надо мной не властен! Мои воины верны только мне одному, и отец не отнимет их у меня. Позволь мне называть тебя господином и разделить с тобой путь.
Джелал ад-Дин устало улыбнулся. Воодушевление молодого человека немного успокоило боль в его настрадавшемся теле.
– Очень хорошо, Наваз. Веди своих людей на священную войну против неверных. Ты станешь моей правой рукой, и мы одержим победу.
Часть третья
Глава 32
С умилением и улыбкой смотрел Чингис на внука Мунке. Стоя на берегу озера, малыш резво шлепал ручками по воде. Разведчики обнаружили это озеро за сотни миль к северо-востоку от Самарканда, и Чингис привел свой народ сюда, оставив войска в городах, чтобы держать под контролем земли Хорезма. По дорогам снова побрели торговые караваны из дальних стран Запада и Востока, только теперь купцов встречали монгольские чиновники, подготовленные Тэмуге. Они забирали часть ввозимых товаров, гарантируя безопасность купцам, которые больше не нуждались в личной охране. Многие мили дорог во всех направлениях от Самарканда находились под ханской защитой.
Озеро окружали горы, но широкие равнины, лежащие перед хребтами, давали Чингису ощущение простора. Хан знал, что его воины несут незримую вахту на каждой вершине. Мысль о том, что эти горы будут стоять на своем месте и дальше, когда все, что жило, давно обратится в пыль, почему-то успокаивала его.
Угэдэй привык к своему новому положению наследника. Чингис ставил его во главе туменов, отправляя на боевые задания, чтобы сын лучше узнал тех, кем ему предстояло командовать. Это было вполне понятно, однако Чингис определил его еще и в ведомство Тэмуге, который обучал племянника премудростям снабжения войска, чтобы воины были сыты и одеты. Угэдэй жадно впитывал все знания, какие только мог дать ему кочевой народ, а кроме того, учился языкам и даже письму. Наследника никогда не видели без компании наставников, сопровождавших его повсюду, и Угэдэй, казалось, хорошо усваивал их науки.
Чингис умиротворенно потянулся. Война гремела далеко от этих мест, и хан радовался крикам и смеху плескавшихся в воде мальчишек, которые подставляли свои тела солнцу и учились плавать как рыбы. Кое-кто даже нырял в озеро с высоких камней, исчезая в обильных брызгах под поверхностью воды. Матери звали сыновей и беспокойно вглядывались в глубину, но дети всегда всплывали, фыркая и смеясь над теми, кто волновался за них.
Почувствовав, как кто-то тянет его за штаны, Чингис наклонился и поднял в воздух маленького Хубилая. Малышу исполнилось только три года, но уже с первых месяцев он радовался всякий раз, когда
Ознакомительная версия. Доступно 46 страниц из 305
