— Необходимо ли это для уничтожения вражеских кораблей? — ответил вопросом на вопрос Ловелл.
— Позвольте напомнить вам, — коммодор с резким стуком опустил стул на все ножки, — что враг выставил линию орудий, поддержанную батареями, да еще и под прикрытием артиллерии крепости. Вводить корабли в эту проклятую дыру без разведки было бы верхом безумия.
— Боевого безумия, — пробормотал кто-то с кормы каюты. Солтонстолл метнул туда гневный взгляд, но ничего не сказал.
— Вы, быть может, намекаете, что мы провели недостаточную разведку? — Ловелл все еще говорил вопросами.
— Мы ее не провели, — твердо сказал Солтонстолл.
— Однако мы знаем, где расположены вражеские орудия, — столь же твердо возразил Уодсворт.
Солтонстолл свирепо посмотрел на молодого генерала.
— Я ввожу свой флот в эту проклятую дыру, — сказал он, — увязаю в их проклятых кораблях, и все, что у вас остается, — это груда обломков, может, еще и горящих, а враг тем временем засыпает нас ядрами со своих береговых батарей. Вы желаете объяснять Военно-морскому совету, что я потерял драгоценный фрегат по настоянию ополчения Массачусетса?
— Бог присмотрит за вами, — заверил коммодора преподобный Мюррей.
— Бог, сэр, не стоит у моих орудий! — прорычал Солтонстолл на священника. — Хотел бы я, видит Бог, чтобы это было так, но вместо этого у меня команда из насильно завербованных моряков! Половина этих ублюдков ни разу в жизни не видела, как стреляет пушка!
— Давайте не будем горячиться, — поспешно вставил Ловелл.
— Поможет ли вам, коммодор, если мы уничтожим батарею на Кросс-Айленде? — спросил Уодсворт.
— Ее уничтожение необходимо, — отрезал Солтонстолл.
Ловелл беспомощно посмотрел на Уодсворта, который уже начал прикидывать, какие войска он мог бы использовать для штурма острова, но тут вмешался капитан Уэлч.
— Мы можем это сделать, сэр, — уверенно сказал высокий морпех.
Ловелл с облегчением улыбнулся.
— Что ж, джентльмены, похоже, у нас есть план действий, — сказал он.
Так оно и было. Потребовался час обсуждений, чтобы согласовать детали плана, но по прошествии этого часа было решено, что капитан Уэлч поведет более двухсот морпехов в атаку на британскую батарею на Кросс-Айленде, и пока будет проводиться эта операция, военные корабли снова вступят в бой с тремя шлюпами, чтобы помешать их орудиям обстреливать людей Уэлча. В то же время, чтобы помешать британцам перебросить подкрепление на юг через гавань, генерал Ловелл предпримет еще одну атаку на полуостров. Ловелл вынес план на одобрение Совета и был вознагражден единодушным согласием.
— Я уверен, — счастливо произнес Ловелл, — в высшей степени уверен, что Всемогущий Господь изольет благословения на сегодняшние начинания.
— Аминь, — сказал преподобный Мюррей, — и аминь.
* * *
Капитан Майкл Филдинг разыскал генерала Маклина вскоре после рассвета. Генерал сидел в лучах утреннего солнца у большого склада, только что достроенного внутри форта. Слуга брил Маклина, и тот с кривой усмешкой посмотрел на Филдинга.
— Скверно бриться, когда правая рука искалечена, — пояснил генерал.
— Подбородок выше, сэр, — сказал слуга, и на мгновение воцарилась тишина, пока бритва скользила по шее генерала.
— Что у вас на уме, капитан? — спросил Маклин, когда бритву ополоснули.
— Засека, сэр.
— Превосходная вещь для размышлений, — легкомысленно бросил Маклин, а затем снова умолк, пока слуга вытирал ему лицо полотенцем. — Благодарю, Лэрд, — сказал он, когда ткань убрали с его шеи. — Вы завтракали, капитан?
— Скудный завтрак, сэр.
Маклин улыбнулся.
— Мне сказали, куры начали нестись. Не могу же я допустить, чтобы вы, парни, голодали. Лэрд? Будь добр, посмотри, не сможет ли Грэм сотворить нам яиц пашот.
— Так точно, сэр, — слуга собрал миску, полотенце, бритву и ремень для правки. — И кофе, сэр?
— Я произведу тебя в полковники, если ты найдешь мне кофе, Лэрд.
— Вы вчера уже произвели меня в генералы, сэр, — с усмешкой сказал Лэрд.
— Вот как? Тогда дай мне повод сохранить за тобой этот высокий чин.
— Я постараюсь, сэр.
Маклин повел Филдинга к западному валу форта, который выходил на высокий лесистый утес. Смешно было называть это валом, поскольку он был еще не достроен, и проворный человек мог с легкостью его перепрыгнуть. Ров за ним был неглубок, а заостренные колья на его дне вряд ли задержали бы врага и на мгновение. Люди Маклина с рассветом принялись наращивать стену, но генерал знал, что ему нужна еще неделя непрерывной работы, чтобы валы стали достаточно высокими и могли сдержать атаку. Опираясь на палку, он взобрался на насыпь из бревен и утрамбованной земли, служившую валом, и устремил взгляд через гавань, мимо флотилии Моуэта, туда, где в заливе стояли на якоре вражеские корабли.
— Сегодня утром тумана нет, капитан.
— Никак нет, сэр.
— Бог нам улыбается, а?
— Он ведь англичанин, сэр, помните? — с улыбкой предположил Филдинг.
Капитан Майкл Филдинг тоже был англичанином, артиллеристом в темно-синем мундире. Тридцатилетний, светловолосый, голубоглазый и обескураживающе элегантный, он выглядел так, словно ему было бы куда уютнее в каком-нибудь лондонском салоне, чем в этой американской глуши. Он был воплощением того типа англичан, который Маклин инстинктивно недолюбливал: слишком томный, слишком высокомерный и слишком красивый. Но, к удивлению Маклина, капитан Филдинг оказался к тому же дельным, сговорчивым и умным. Он командовал полусотней канониров и разношерстным набором орудий, среди которых были шести-, девяти- и двенадцатифунтовые. Одни на полевых лафетах, несколько на гарнизонных, а остальные — на морских. Пушки собирали по складам в Галифаксе, чтобы состряпать наспех собранные батареи, но, впрочем, думал Маклин, вся эта экспедиция была сплошной импровизацией. У него не хватало ни людей, ни кораблей, ни орудий.
— Да уж, — с тоской произнес Маклин, — вот бы нам засеку.
— Она у нас будет, если вы одолжите мне сорок человек, сэр. — предложил Филдинг.
Маклин обдумал просьбу. Почти двести его солдат были разбросаны по пикетам, охраняя места, где янки могли попытаться высадиться. Он считал, что вчерашнее приближение врага к утесу было всего лишь блефом. Они хотели, чтобы он думал, будто они будут штурмовать западную оконечность полуострова, но он был уверен, что они выберут либо гавань, либо перешеек, причем перешеек был куда более вероятным местом высадки. И все же он должен был охранять все возможные места, а пикеты на берегу отнимали почти треть его людей. Остальные трудились, углубляя колодец и возводя стены форта, но если он удовлетворит просьбу Филдинга, ему придется отвлечь часть этих людей, что замедлит работу над жизненно важными валами. И все же засека была хорошей идеей.
— Сорока человек вам хватит?
— Нам еще понадобится упряжка волов, сэр.
— Да, понадобится, — сказал Маклин, но все его воловьи упряжки были заняты подвозом материалов с берега гавани, где все еще стояла большая часть орудий Филдинга.
Маклин взглянул на парные бастионы, прикрывавшие фланги на западной стены форта. Пока что у него было установлено всего два орудия, что представляло собой жалкую защиту. Подвезти в форт еще пушки было бы нетрудно, но стена как раз достигла той высоты, где для установки пушек требовались платформы, а подготовка платформы требовала времени и людей.
— Где бы вы разместили засеку? — спросил он.
Филдинг кивнул на запад.
— Я бы прикрыл тот подход, сэр, и северную сторону.
— Да, — согласился Маклин. Засека, огибающая форт с запада и севера, помешала бы любой атаке янки как с утеса, так и с перешейка.
— Большая часть леса уже порублена, сэр, — сказал Филдинг, пытаясь убедить Маклина.
— Это так, это так, — рассеянно ответил Маклин.
Он жестом велел англичанину спуститься со стены и перейти через ров, чтобы их не услышали рабочие, укладывавшие бревна на вал.
