– Он очень красив и смел. Настоящий воин!
Да… судя по этим словам, принц двигался в верном направлении.
Мимо тянулись болота, какие-то низенькие кусты и папоротники, изредка перемежавшиеся густыми зарослями саподильи и сейбы. Непроглядная синь океана осталась далеко позади, за спинами путников, впереди же маячили далекие сиреневые скалы.
Никаких кайманов по пути не попадалось. Вообще никакой живности, если не считать пары кроликов или зайцев да лениво греющейся на солнце змеи, не удостоившей прошедших мимо и взглядом.
– Вот, видишь тропинку, мой господин? – Юный проводник вдруг резко остановился у раскидистой кривоватой сосны. – Можешь по ней пойти… Но лучше подожди здесь.
– И чего же я должен здесь ждать, интересно спросить? – усмехнулся принц. – У моря погоды?
– Кто-нибудь из них да придет, мой господин… Э-э… мне бы получить обещанное.
– Ах да!
Куатемок честно расплатился, и проводник быстро зашагал прочь, что-то довольно насвистывая. Наверное, какой-нибудь религиозный гимн… языческий… впрочем, нет – на шее у паренька принц заметил небольшой медный крестик и горестно покачал головой:
– И это называется христианин? Алчный выжига! Впрочем, черт с ним – лишь бы не обманул, привел куда нужно.
Он уселся под деревом, отвязав от пояса плетеную флягу, еще при прощании с торговцами наполненную бражкой из агавы. Хлебнул… И блаженно прикрыл глаза, расслабился…
– И чего это ты тут расселся, интересно знать?
Открыв глаза, принц увидел возникших перед собой трех юношей в одних набедренных повязках, но с копьями и дубинками. У одного за спиной висел лук.
– Жду славного Атонака. – Куатемок широко улыбнулся. – Надеюсь, вы отведете меня к нему?
– А, да ты соглядатай! – Воины угрожающе выставили вперед копья. – Таких, как ты, нам приказано убивать!
– Эй, эй! – Принц раздраженно отвел от груди острый обсидиановый наконечник. – Не так быстро, парни! Для начала не хотите ли просто взять меня в плен? Я много чего могу рассказать.
– В плен? – Юноши озадаченно переглянулись.
– А может, и вправду – привести его в лагерь?
– Но вождь запретил!
– А потом, если что, можно его и убить.
– Вот именно что – потом, – хмыкнул задержанный. – Уж в таком деле никак нельзя торопиться.
Еще немного посовещавшись, парни все же решились – может, на них так подействовало спокойствие принца или его невозмутимый вид.
– Вставай! – Тот, что с луком, повелительно махнул рукой. – Пойдешь с нами, да не вздумай бежать!
Куатемок только хмыкнул и, спрятав радостную улыбку, зашагал следом за лучником, чувствуя позади напряженные взгляды остальных воинов.
Шли неожиданно долго, может, часа два, а то и все три, пока наконец не оказались на какой-то поляне среди зарослей саподильи, орешника и хлебного дерева – рамона. Пахло чем-то мускусно-сладким, с ветки на ветку, щебеча, перепархивали птицы.
– Стой!
Куатемок пожал плечами – он, в общем-то, и вовсе не собирался никуда убегать.
Двое парней остались его охранять, лучник же, – похоже, он был в этой тройке за старшего – исчез за деревьями.
И вскоре вернулся в сопровождении… измазанного голубой краской смерти жреца! Коренастого, с длинными, как у гориллы, руками и злобным подозрительным взглядом.
– Этот? – не здороваясь, коротко спросил жрец.
– Этот, этот, – в открытую ухмыльнулся пленник. – Можно подумать – тут еще кто-то есть?
– Хорошо, – кивнул лучнику жрец. – Ведите его за мной.
– Иди! – Кто-то из парней подтолкнул принца в спину тупым концом копья.
Узенькая, вьющаяся между деревьев тропинка вывела всю компанию к какому-то болоту, смрадному и затянутому темно-зеленой ряской. Через всю трясину была проложена гать, по ней и пошли дальше, пока не оказались на небольшом островке, заросшем кривыми деревцами, колючим кустарником и высоким папоротником. Примерно посередине островка высился храм – гнусное языческое капище с грубо вырубленными из камней идолами. Идолы злорадно скалились, перед ними лежала круглая базальтовая плита… красная от свежей крови!
Ах вы сволочи – куда завели!
Куатемок не колебался, а, едва завидев жертвенник и уяснив, зачем его сюда привели, с ходу заехал локтем в лицо шедшему позади конвоиру, после чего ударил ногой в промежность удивленно обернувшегося к нему жреца и, оттолкнув замешкавшегося лучника, в три прыжка скрылся за храмом… Немного подумал – и затаился в кустах, пропуская мимо себя бросившихся наконец в погоню воинов и жреца. Жрец бежал позади всех и гнусно ругался.
Пропустив их, Куатемок осторожно выглянул из-за храма. Черт! Так и есть – лучник остался сторожить гать!
Ладно…
Птицей взлетев на плоскую крышу капища, принц распластался за кучей каких-то камней, напряженно прислушиваясь. Ага, вот внизу послышались голоса – возвращались воины и жрец. Ругались, о чем-то спорили.
– Да он туда, туда побежал – через болото!
– Ага! Чтоб утонуть в трясине?
– Так он же не знает, что тут везде трясина!
– А вдруг он здесь где-нибудь спрятался? Надо обыскать остров.
– Обыщем! Скоро сюда явятся наши – принесем в жертву эшпаньотль! Ну, тех, кого вчера захватили.
– Да, это будет славная жертва!
– И очень угодная богам! Молитесь, молитесь, славные воины! Наши уже скоро должны быть…
– А вот, не они ли идут?
Прятавшийся на крыше капища Куатемок тоже услышал какой-то шум… голоса, какие-то песнопения, выкрики…
Осторожно приподнял голову и увидел идущий по гати отряд во главе с каким-то богато одетым воином со шкурой ягуара на плечах. Вот те здрасте! А где же, спрашивается, Атонак?
А черт его знает!
Между тем воины наконец добрались до островка, и тот, в шкуре ягуара, громко приветствовал жреца и лучника.
– Да пребудет с тобой благоволенье богов, славный Ишкурчипилли! – это жрецу.
– Говорят, твои воины привели пленника, Анук? – это лучнику. – Так где же он?
– Он… он утонул в болоте, вождь.
– В болоте? Почему же не принял достойную смерть на жертвеннике во славу великого Уицилопочтли?
– Видишь ли, он бросился бежать…
– Ах бежать?
– Люди Анука плохо следили за пленным, вождь, – гнусно осклабившись, тут же наябедничал жрец. – Их надо бы самих…
– Это верно, почтеннейший Ишкурчипилли. – Вождь в шкуре ягуара оглянулся и, повелительно махнув рукой воинам, бросил сквозь зубы: – Взять их!
Четко исполнив приказание, воины скрутили всех троих бедолаг и, сопровождаемые жрецом, немедленно потащили на жертвенник.
– Эй, эй, постойте! – вдруг спохватился вождь. – Этих – потом. Сначала – главная жертва.
– Ах да, да. – Жрец остановил воинов. – Конечно, сначала – главная. Эшпаньотль! Смерть им!
– Смерть! Смерть! Смерть! – потрясая копьями, в унисон закричали воины – на взгляд притаившегося принца, их тут собралось человек пятьдесят. Звучала речь ацтеков, безо всякого акцента… В самом деле – это люди Атонака? Да других тут и не может быть. Интересно, а где сам великий вождь? Убит?
