почему царь оставил на произвол судьбы свою семью, наложниц, казну в подземелье и прочие богатства. Возможно, он был уверен, что сможет разбить римлян и с триумфом вернуться в столицу.
Оставаться подолгу в Тигранакерте без царя и привычного окружения мне не хотелось, но и покинуть осаждённый город я тоже не мог и потому решил самостоятельно перебраться в Черную крепость. Под покровом ночи я оседлал коня и незаметно выехал в сторону леса, в котором когда-то мы с Мецном славно охотились.
В ночном лесу было страшно. Мой конь плохо повиновался, не желая идти в непроглядную тьму. Я уже представлял, как будет неуютно жить одному в огромной Чёрной крепости, однако коротать время в компании наследника-отступника было выше моих сил.
Вскоре хорошо знакомая дорога вывела на опушку леса, и вдали показались мрачные очертания крепости. Меня удивили проблески огня в окнах. Неужели она обитаема? Но кто там мог быть? Скорее всего, царь оставил прислугу.
Я подъехал поближе и услышал приглушенные голоса. Ворота были настежь открыты, и первым, что я увидел, это была смешная голова Шанпоча, одетая в тяжёлый шлем. Он был окружен солдатами, и я заметил среди них Харона, того самого немого смотрителя царской сокровищницы.
– Ты смотри! – воскликнул Шанпоч, – придворному лекарю уже донесли о нашем прибытии!
– Шанпоч! – воскликнул я радостно, – как ты здесь очутился?
– Страстное желание встречи с тобой заставило нас пренебречь смертельной опасностью, – произнёс высокопарно царский шут,– а вот ты, позволь спросить, по чьему навету тут оказался?
– Хочешь, верь, Шанпоч, хочешь, нет. Я пришёл сюда по зову сердца, – ответил я в том же театральном тоне.
– Ладно, ладно. У нас мало времени на подобные диалоги. Предстоит до рассвета покинуть город вместе с царской семьёй и казной, понял? Эй, хлопцы! Идите за Хароном и выносите всё, что он вам покажет. А вы бегите в конюшни и пригоните как можно больше лошадей.
Солдаты бросились выполнять приказ.
– А всё-таки интересно, как вам удалось, миновав городские ворота и дворец, проникнуть сюда? – спросил я, недоумевая.
– Эх, Соломон! Какие времена настали! Приходиться въезжать в собственный дом не торжественно по центральной улице, а исподтишка, по акведуку, – ответил Шанпоч.
– По акведуку? – изумился я, – разве такое возможно?
– Возможно, если рядом с тобой Харон. Ему, известны все тайные ходы и выходы Тигранакерта. Ты же помнишь, что вода из Тигра поступала сперва в царскую крепость и только потом распределялась по городу. Харон перекрыл шлюз, и мы проникли сюда, но к несчастью, выбраться подобным образом уже не удастся. С конями и грузом это невозможно. Придётся под покровом ночи проскочить мимо римского лагеря.
– Как ты это собираешься сделать? Вокруг полно легионеров.
– Ты прав. Но если мы выберемся затемно – есть шанс проскользнуть. Римляне избегают ночных баталий. Думаю, и сейчас пронесёт.
Между тем, показались первые сундуки с золотом, вынесенные из чрева глубокой кладовой.
– Скорей, скорей. До рассвета мало осталось, – поторапливал солдат Шанпоч.
Прошло достаточно времени, но работа не кончалась. Солдаты выносили золото и вновь исчезали в подземелье. Казалось, этим сундукам не было конца.
Наконец, Шанпоч приказал прекратить работу и собираться в путь. Из подземелья вышел сам Харон и вопросительно уставился на нас.
– Знаю, знаю, Харон, но нам надо срочно покинуть город. Заря скоро, – сказал Шанпоч, – надеюсь мы вынесли большую часть золота?
Харон отрицательно покачал головой и сердито что-то промычал.
– Ну, хотя бы половину! – воскликнул Шанпоч, окинув взором множество сундуков.
Харон продолжал возмущенно мычать и резко жестикулировать.
Вреж подошёл к нему и сказал сочувственно:
– Что поделать мой друг. Нам не под силу всё унести. Видать, не судьба. Пускай солдаты заберут столько, сколько смогут, а остальное, чтобы не досталось римлянам, ты должен затопить.
Харон прекратил мычать и уставился на Шанпоча широко раскрытыми глазами.
– Да, да! Ты не ослышался. Открой шлюз и затопи хранилище, – приказал Вреж и крикнул отряду, – Прекращайте! Двигаемся в сторону дворца. Надо ещё забрать царскую семью и жриц.
Отряд вместе с обозом начал выезжать за пределы крепости. Харон по-прежнему стоял неподвижно в центре двора.
– Ну что ты стоишь как каменное изваяние! – сердито заорал на него Шанпоч, – ты должен затопить сокровищницу, – так велел царь. Выполняй, а не то всё это золото достанется врагу!
Похоже, последний довод убедил немого стража. Он повернулся и медленно зашагал в крепость.
Уже возвращаясь по мрачному ночному лесу, я спросил, недоумевая:
– Послушай, Шанпоч. Если Харон затопит подземелье, как же он выберется оттуда?
Шанпоч будто не услышал меня. Я упрямо повторил вопрос.
– Ну что ты пристал ко мне, Соломон! – воскликнул он, наконец, – Сокровищница – это проблема Харона. У них на роду написано – охранять царское золото пуще пса Цербера. Вот и пусть охраняет.
– Ты же хорошо знаешь, Вреж, что он не успеет выбраться живым. Поток воды настолько силён, что бедняга утонет, – сказал я.
– Знаю, – огрызнулся царский шут, – но что поделать, такая им судьба дана, этим сторожам царского золота. Пока оно есть – они нужнны, а когда нет – то и им пора исчезнуть. Сейчас у нас одна забота – живыми добраться до лагеря.
Солнце ещё не успело осветить городские стены, когда мы покинули Тигранакерт. В последний момент римские дозоры подняли тревогу, однако наши возницы изо всех сил гнали лошадей. К счастью, римляне остались верны своим привычкам и не стали ввязываться в ночной бой.
С первыми проблесками утреннего света мы буквально ворвались в армянский лагерь…
Мецн мог быть спокоен. Шанпоч вывез из осаждённого города немалую часть казны, семью, жриц и даже золотую голову богини Анаит. Но в то же время это означало, что Мецн не исключает возможности сдачи столицы. Чтобы лучше разобраться в сложившейся ситуации, я весь последующий день расхаживал по лагерю, изучая армянское войско.
Впечатления у меня сложились самые удручающие. В большинстве это были крестьяне, вооружённые топорами да вилами, иногда короткими мечами и дротиками. Основные запасы оружия остались в мастерских Тигранакерта, и снабдить им новобранцев было невозможно.
Наиболее боеспособными и хорошо вооружёнными были:гвардия царя, дружина Шанпоча и конный отряд зорапета Вараздата, прибывший из провинции Утик. Прочие наспех собранные войска из Васпуракана, Капутана, Цопка не производили должного впечатления. Вот-вот должны были подойти отряды из далёкого Арцаха во главе с зорапетом Сираксом. В этой, самой восточной, провинции Мецн успел построить ещё один Тигранакерт, по слухам, не менее богатый и красивый. Однако осенняя распутица в горах Армении задерживала подход подкрепления.
К своей радости, я обнаружил в конце лагеря боевых слонов
