вылетела отрубленная голова.
Ему удалось разглядеть Суру, сражавшегося рядом с Хорсой, и Паво судорожно молился Митре, чтобы тот сберег в бою его друга...
— Федераты, держать фланги! Окружай! — взмыл над берегом голос Галла, успевшего оценить количество всадников, напавших на них.
Паво даже из оцепления было видно, как готские всадники рассыпались по флангам, окружили врага и, словно стальные клещи, сомкнулись вокруг поля боя. Опьяненные битвой гунны не сразу заметили, что ловушка захлопнулась, а когда увидели — было поздно. Римская машина для убийств заработала во всю свою мощь.
Всадники применили обычную свою тактику: отскочив назад, они выхватывали короткие луки, но за долю секунды до того, как они начали стрелять, Галл уже рявкнул:
— Щиты!
Паво нырнул под щит — и тут же смертоносный дождь застучал по окованному железом дереву. Где-то рядом слышались отвратительные булькающие звуки, крики, стоны — укрыться под щитами успели не все. Опасаясь, что наиболее горячие головы кинутся на противника, Галл снова скомандовал:
— Щиты! Не высовываться! Всем ждать!
После второго залпа стрел стонов и криков уже не было — все легионеры были надежно укрыты под щитами. После третьего залпа Галл на всякий случай сосчитал до трех и скомандовал наступление. Первая центурия немедленно ощетинилась копьями и идеально ровным строем двинулась вперед. Тем временем федераты теснили всадников с тыла и по флангам.
Всадники вновь схватились за мечи — луки были бесполезны против брони и щитов. Гунны собирались прорываться именно через римлян — их предводитель жестами указывал им направление.
Сквозь щель между щитами Паво видел несущегося на него черного всадника. Безбородое лицо с висячими тонкими усами было изуродовано страшными шрамами на щеках. Иссиня-черные волосы, схваченные в хвост, вились за спиной. Всадник тонко и пронзительно закричал, вскидывая меч, невысокая крепкая лошадка злобно оскалилась... Паво казалось, что он чувствует горячее дыхание лошади, но в этот момент грянула команда Галла:
— Разомкнись!
Смертоносные жала мечей высунулись из-за щитов. Паво нырнул под ноги скачущей лошади, резанул по сухожилиям. Истошное ржание животного смешалось с воплем всадника, упавшего на землю.
— Сомкнись!
Щиты с лязгом сдвинулись в одну непробиваемую стену, за которой, словно в мухоловке, остались сброшенные с коней черные всадники. Кому-то удалось вырваться — но большинство погибли сразу же. Римляне снова двинулись вперед, сминая и без того нарушенный строй черных всадников.
— Тесните их! — орал Нерва, размахивая мечом.
Федераты безжалостно истребляли тех, кто пытался прорваться. Крики, проклятия, стоны умирающих, отчаянное конское ржание, лязг железа — все слилось в неимоверный шум, но даже сквозь него пробивался нарастающий рев победных криков римлян. Однако лицо Галла оставалось хмурым, и Паво не мог понять причину такого настроения центуриона.
Из темноты вырвался громадный боевой конь. Хорса, залитый кровью и потом, тяжело дышал, скалясь в жестокой и веселой улыбке. Галл крикнул ему:
— Пленные есть?
— Нет пленных! — Хорса жадно, с наслаждением глотал свежий ветер с моря, прижимая локтем рану в боку. — Нескольким удалось сбежать, меньше десяти человек. Я послал за ними пять десятков своих людей.
— Опять! — буркнул Нерва. — Нам все больше не хватает хорошей разведки... и разума!
Галл повернулся к трибуну, по-прежнему мрачнее тучи.
— Эти всадники... Те же самые, что преследовали нас во время первого рейда.
— Я так и подумал, — хладнокровно кивнул Нерва. — Нам нужно знать о них как можно больше. Корабли сейчас бесполезны, если на нас нападут, мы не сможем уйти морем, а на суше... на суше мы пока слепы и беспомощны. Не знаем, что впереди. Тьма...
Он неожиданно беспомощным жестом потер лоб, нахмурился. Галл скрипнул зубами. В голосе трибуна он распознал надвигающуюся панику.
— Я выставлю двойной караул до утра. Отдам приказ собрать как можно больше сведений о всадниках — и о той местности, куда нам предстоит идти. Но сначала люди должны хорошо отдохнуть. Только после этого мы решим, что делать дальше.
— Согласен. Действуй, центурион! — устало кивнул Нерва.
ГЛАВА 44
Ночь прошла спокойно. Свет факелов освещал привычный глазу квадрат походного лагеря легионеров, разбитый на сухом песке у подножия травянистого холма. Солдатам пришлось потрудиться, выкапывая ров и насыпая вал вокруг лагеря. Этим занималась примерно половина гарнизона; остальные работали на кораблях. Те триремы, которые уже не подлежали восстановлению, были разобраны; доски, обломки мачт, бревна — все пошло на сооружение частокола и пары сторожевых вышек. Это было первостепенной задачей — под надежной охраной легион мог и готовиться к дальнейшему походу, и просто отдыхать.
Паво вздрогнул и выругался, загнав в ладонь очередную занозу. Выпрямившись, он стер пот со лба, провел по отросшему ежику темных волос — и снова зашипел от боли, когда волосы укололи свежую ссадину. Кводрат беззлобно швырнул в Паво горсть песка.
— Хватит стонать, малышня! Чем быстрее закончим — тем быстрее отправимся дрыхнуть.
Паво еще не ночевал в одной палатке со своим подразделением-контубернием, но зато имел сомнительное счастье спать рядом с Кводратом на корабле.
— Дрыхнуть? В одной палатке с тобой? Если ты опять собираешься до утра пускать ветры — то спасибо, но нет! — хмыкнул Паво, поднимая корзину с землей и песком на плечо.
Сура, работавший рядом с ним, внезапно уронил корзину и воскликнул:
— Смотрите-ка!
— Что такое? Могучий воин-федерат не может справиться с горсточкой песка? — хихикнул Паво и повернулся туда, куда указывал сура.
Слова и смех замерли у него на губах. С холма, из зарослей травы на светлый песок прибрежного пляжа выползла странная толстая змея — так, по крайней мере, показалось юношам на первый взгляд.
— Что за... — не договорив, Паво выпрыгнул из траншеи следом за Сурой.
— Опарыши! Сей момент тащите свои задницы обратно! Немедленно вернитесь! — взревел позади них Кводрат.
Не обратив на вопли Кводрата никакого внимания, Паво и Сура осторожно приблизились к странной «змее» — и отшатнулись с криком удивления. Перед ними был человек — весь в крови и грязи. Паво вопросительно взглянул на Суру, изобразив рукой «клещи», в которые федераты брали черных всадников во время боя. Однако Сура не понял его и заговорил в полный голос:
— Это еще что? Я думал, раненых после битвы не осталось!
Паво обошел человека по дуге и прыгнул ему на плечи. Сура, после секундного замешательства, присоединился — и они вдвоем скрутили отчаянно сопротивлявшегося незнакомца.
— Легче, легче! —
