- Послушай, а ведь я мог бы тебе помочь, — оживился Публий.
- И как же, интересно? — захохотал Вар — Вай, вай! Только не говори, что тебя надо отпустить, чтобы ты смог съездить в Армению и привезти мне целую бочку.
- Ты можешь получить сотню бочек! — воскликнул Публий. — И далеко ехать не надо.
- Да каким же образом?
- Ты, Вар, видно забыл кто я.
- Вовсе не забыл, — усмехнулся палач. — Ты висишь на стене беспомощный и полностью в моей власти. Твое тело еще не испытало боли, но только потому, что у меня доброе сердце, я люблю хорошую беседу и у нас впереди целая ночь.
- Да, да, я в твоей власти! — воскликнул Публий. — Но ведь об этом знают лишь ты, император да еще несколько императорских телохранителей. Для всех других я еще начальник дворцовой стражи. Весть о том, что я арестован, еще не разнеслась. И об этом, уж точно не знают торговцы из Колхиды, чей корабль сейчас стоит в порту, а утром готовится отплыть в Неаполь. В трюме этого корабля везут вино из Армении — сто или сто пятьдесят бочек, точно не помню.
- И что с того? — не понял Вар.
- Да, ты соображай, лучше. Я могу арестовать этот товар от имени начальника стражи, а ты заберешь его и где-нибудь припрячешь. Ночью торговцы не побегут жаловаться, их просто никто никуда не пустит, так что в приемной дворца они появятся только утром. Они будут опротестовывать незаконный приказ префекта дворцовой стражи, а поскольку это сейчас Тилас, ему все это и расхлебывать. Мы же с тобой, будем вне подозрений.
- А на приказе об аресте товара должна быть печать, — сказал Вар.
- Вот она! — Публий показал перстень на пальце. — Главную печать отдали Тиласу, а это копия которую я сделал для себя, на всякий случай.
- Хорошо, давай! — Вар выложил на стол пергамент и стило с чернилами. — Составляй приказ.
- Э нет, — покачал головой Публий. — За сотню бочек вина, я рассчитываю на свободу. Ты должен отпустить меня.
- Отпустить?! — вскричал Вар. — Вот так просто? А как же пытки?
- Никаких пыток. — Публий кивнул в сторону входа в соседнее помещение. — Вон, у тебя есть двое их, и пытай сколько хочешь. Они, в общем, то, должны знать все то же, что, по мнению императора, скрываю я.
- Но как, же быть? — расстроился Вар — Так хочется получить вино… И без пыток нельзя. Что я скажу императору, если ты исчезнешь?
- Если я исчезну? — Публий задумался. Потом его осенило. — Вот именно я должен исчезнуть! Придумай что-нибудь! Скажи, что Публий Фуск погиб при пытках, что когда ты спускал меня в яму с волками, веревка вдруг оборвалась. Волки сожрали тело и ничего не осталось. Или еще, что-нибудь такое придумай. У вас ведь тут бывали несчастные случаи?
- Ну… — замялся Вар.
- Вот, будет первый, — бодро кивнул Публий.
Вар открыл было рот, чтобы напомнить про своего хозяина Секулу, но вовремя спохватился и ничего не сказал. Незачем ворошить прошлое. Ну да, это он, Вар, по неаккуратности разлил масло на доски-мостики, проложенные над котлом с кипящей водой. Пока ходил за тряпкой, чтобы все вытереть, пьяный Секула забрался на мостик, чтобы сверху посмотреть сильно ли кипит вода в котле, где он собирался сварить двоих предполагаемых заговорщиков — сторонников покойного Геты, ну и поскользнулся. Но о том пролитом масле, незачем кому-то знать.
- А вино там и вправду есть? — спросил Вар. — И оно точно из Армении?
- Точно, я тебе говорю.
- А если обманешь? Приказ напишешь, но когда я отпущу тебя и приеду в порт за вином, там его не окажется или вино будет совсем не то?
- Ну, хорошо, пока ночь только началась, пошли прямо сейчас кого-нибудь проверить, — раздраженно сказал Публий. — Что мне, каждый шаг тебе подсказывать?
Обрадованный Вар отправился в соседнее помещение, где шестеро его помощников, рабов из Киликии рубили дрова для печи. Одного из них он отправил в Эмпорий, узнать, в самом ли деле там есть корабль из Колхиды и какой груз в его трюме.
Раб вернулся через пару часов и сообщил Вару, что в порту, действительно находится судно, плывущее из Колхиды и на его борту более ста бочек вина, изготовленного из винограда, что произрастает в окрестностях Тигранакерта [136]. Оттуда его доставляют в Колхиду [137], так как внутренняя Армения не сообщается с морем, в Колхиде же, напротив, много удобных портов.
Вар был несказанно счастлив. Он отвязал Публия, дал ему воды и усадил за стол.
- Все как ты и говорил. Пиши приказ об аресте.
- Ну нет, — сказал Публий. — Здесь, я писать не стану. Все эти устройства вокруг, беспокоят меня и пугают. Давай-ка, отправимся в порт, зайдем там, в какой-нибудь трактир, где обычно гуляют матросы и там, я тебе и напишу приказ.
- Не доверяешь мне? — криво усмехнулся палач.
- После того, что со мной случилось, я перестал, кому-либо доверять, — ответил Публий.
- Ну, хорошо, — кивнул Вар. — Я возьму с собой всех своих помощников, пять-шесть стражников и мы отправимся.
- Зачем тебе стражники сейчас? — удивился Публий. — Или ты боишься, что я сбегу по дороге? Или хочешь, после того, как я напишу приказ, снова схватить меня?
- Вовсе нет, — отмахнулся Вар. — Просто, пока мы доедем до порта, найдем трактир и ты напишешь приказ, уже будет за полночь. Я не хочу возвращаться во дворец за стражниками, потому что пока мы снова приедем, уже начнет светать. Как только ты напишешь приказ, я хочу сразу забрать мое вино и стражники уже должны быть при мне.
Вар раздобыл для Публия новую одежду: тунику, темный плащ с капюшоном и крепиды.
И вот, на трех телегах, запряженных быками, они и люди Вара отправились в порт. Шестеро стражников, в полном вооружении, которых Вар снял с их постов возле комнат для пыток и зверинца, следовали за телегами. Они ничего не понимали. До них дошли слухи, что Публий разжалован и его приказали казнить. Но вот, их командир, снова с ними и куда то ведет. Непонятно только, почему одет Публий, как гражданский и для чего с ними отправился палач Вар со своими людьми. Впрочем, стражники не задавали лишних вопросов.
В порту было несколько таверн, работающих и днем и ночью. Выбрав наугад одну, Вар и Публий вошли внутрь. В пивном зале, как это всегда бывает, стоял шум и гвалт. За массивными дубовыми столами веселились крепкие, загорелые матросы. Кто-то ел и пил, кто-то дрался, вокруг столов вились портовые шлюхи, в центре зала танцевали две обнаженные девушки, повсюду бродили люди, от которых на милю разило перегаром. Те, кто перебрал, дрыхли прямо у входа.
Публий и Вар выбрали не занятый стол в самом углу помещения. Там, Публий быстро сочинил приказ такого рода:
"Ввиду тяжелого положения на северных рубежах Империи и необходимости пополнения императорского фиска, именем Империи и императора, божественного Марка Аврелия Антонина Бассиана Септимия Севера, я префект дворцовой стражи Публий Эмилиан Фуск приказываю наложить на торговые суда, проходящие через порт города Рима дополнительную пошлину, как временную меру. Размер пошлины равен половине стоимости провозимого товара каждого наименования. В случае невозможности выплаты деньгами, пошлина может быть взята половиной товара".
- Нет, — запротестовал Вар. — Весь товар полностью, сколько есть.
- Слушай, не наглей, — возмутился Публий. — Да кому в голову взбредет, весь товар то конфисковать без веской причины? Даже война, на которую я ссылаюсь, такой причиной не является. Это будет очень подозрительно. Там, 150 бочек! Тебе и половины до конца твоей жизни много будет.
- Нет, я хочу все! — воскликнул Вар возмущенно. — Ты обещал все!
- Ну хорошо, — отмахнулся Публий, — все равно, этот приказ липовый.
И он написал, как пожелал Вар. Приложил перстень с печатью и вручил приказ палачу.
- Ну, все теперь ступай и забери свое вино, а я ухожу.
- Удачи, — сказал Вар, сворачивая приказ и пряча его во внутренний карман плаща.
Публий поднялся и быстро скрылся через черный ход. Вар же, поспешил на улицу.
- За мной — приказал он, ожидающим там солдатам.
- А где же Публий? — поинтересовался один из них, удивленно оглядываясь.
- Вот его приказ! — Вар показал солдатам свиток. — Он велел нам выполнять, а сам пока отлучился по другим делам.
Солдаты покачали головами, удивляясь таким чудачествам, но послушно последовали за телегами и людьми палача.
Корабль торговцев — крутобортый боспорский парусник стоял в порту в отведенном ему доке, среди множества других кораблей. К сходням подогнали телеги. Вар, сам не стал подниматься на борт. Он вручил приказ младшему центуриону по имени Каний. Тот и пятеро солдат поднялись на палубу. При виде преторианцев в полном вооружении, двое сторожей, дремавших возле мачты, тут же вскочили и от удивления вытаращили глаза. Это были смуглолицые, бородатые люди с крючковатыми носами и глазами черными, как восточная ночь.
