В полдень, используя легкий попутный ветер, караван стал сниматься с якорей и выходить в открытое море. «Святая Магдалина», где плыли наши ребята, получила шестой номер. Она была средним по величине судном с хорошей артиллерией – шесть пушек, стрелявших трехфунтовыми ядрами.
Караван шел, меняя галсы, и потому всем досталось много работы. Ветер никак не хотел перемениться на попутный. К вечеру все изнемогали от усталости. Зато ночь досталась спокойная. Ветер вовсе стих, и суда неподвижно покачивались на легкой волне, мигая сигнальными огнями.
Однако к утру ветер стал расходиться и с каждым часом все крепчал. Зато он стал попутным, и караван заспешил на северо-восток, оставив за кормой гостеприимный берег и порт Малинди.
Три недели караван спокойно и без хлопот продвигался к цели. Потом на горизонте появилось несколько парусов, скорее всего, пиратских. Они два дня сопровождали караван, и его начальник отдал распоряжение своим кораблям сблизиться на самое короткое расстояние. Опасались нападения пиратов. И они действительно подошли довольно близко к каравану и шли параллельным курсом. Видимо, все ждали удобного момента.
– Ничего у них не получается, – заметил Гардан, глядя на маневры пиратов. – Сил у них мало, а никто из португальцев не отстает от каравана.
– А если они нападут на последний корабль или вместе с ним и на наш? – спросил Петька.
– Вряд ли. И наш, и последний хорошо вооружены, да и остальные поблизости – не дадут попасть в беду. К тому же, гляди, «Голубка» подтягивается к нам поближе.
– Да, им остается только ждать и надеяться на то, что кто-то из нас отстанет и его можно будет отрезать от остальных.
– Обойдется, – заверил Гардан. – Недаром же всем нам раздали оружие. Да и пушкари постоянно наготове с фитилями. Ведь до сих пор ни один корабль пиратов не приблизился на пушечный выстрел – боятся, не дураки на рожон лезть.
К вечеру просигналили команду держаться еще ближе друг к другу и зажечь дополнительные фонари. При маневре произошла небольшая заминка, и пираты тотчас развернули свои суда для атаки, но не осмелились нападать. Порядок быстро восстановился, и все пошло по-прежнему.
Измученные бдением матросы слонялись по палубе с угрюмыми лицами. Ночь прошла спокойно, утро тоже не предвещало ничего плохого. Пираты неотступно следовали в отдалении, но не решались атаковать. А караван сбился в плотную массу, насколько это только позволяла обстановка, и продолжал идти своим курсом.
Но уже к вечеру пиратов не стало видно. Видимо, решили поискать для себя более легкую добычу.
– Чьи это пираты были, ты не узнал? – спросил Петька.
– Местные. То ли арабские, то ли индийские. В Индии так много маленьких княжеств, что невозможно новому человеку разобраться в них. Я так и не понял, кто были наши преследователи.
– Слава Богу, пронесло! Пресвятая Дева защитила нас.
Пережив трехдневный шторм средней силы, караван благополучно оказался в виду берега. Впереди темнела полоса земли. Почти двухмесячное плавание подходило к концу. Матросы возбужденно обсуждали предстоящее посещение злачных мест в новом городе. Им не терпелось побыстрее спустить заработок и распрощаться с опостылевшим судном. Будто новое им меньше надоест.
На третий день караван разделился. Часть пошла в Гоа, остальные повернули к Кочину. И к вечеру стали на якоря у входа в гавань. Ждали утра, чтобы пристать у причалов.
Было необычно ощущать лишь едва заметное колебание палубы под ногами. Конец плавания всегда волновал матросов. Их ждали новые впечатления, новые драки и новые плавания.
– Что нам делать теперь? – спросил Петька, всматриваясь в далекие огоньки города.
– Да разве я знаю! Посмотрим, а потом и решим. Может, на этом судне вернемся в Европу. Сейчас трудно сказать, что нам делать. Денег у тебя много? С такими деньгами ничего решить нельзя. Опять надо наниматься на корабль. А куда направляться – решим позже. Надо передохнуть маленько. Поглядим Индию, мы же давно тут не были, – засмеялся Гардан и хлопнул ладонью Петьку по плечу.
Петька задумался, но мысли разбегались в разные стороны. Он никак не мог сосредоточиться на чем-то одном. Впечатления были так велики, что голова шла кругом. Он был растерян, подавлен и не мог представить, как можно вернуться домой. Разве что наняться на корабль, следующий в Португалию, а там пробираться дальше.
Однако на другой день капитан Мартинс дал всем расчет, и команда оказалась на берегу.
Черные грузчики, как муравьи, забегали по сходням, неся на спинах мешки, бочки и корзины с товаром, а наши ребята растерянно топтались на пристани, толкаемые суетящимися людьми, в основном темнокожими. Португальцы мелькали довольно редко, но попадались мулаты с более светлой кожей. Проносились упряжки, повозки, кареты. В каретах виднелись расфуфыренные дамы, и Петька не мог оторвать глаз от такого зрелища.
– Так что, Петька, куда направимся? – спросил Гардан, тронув за плечо своего растерянного друга.
– Кто ж его знает. Господи, сколько разного чумазого люда! А жара-то какая! Мы же испечемся тут, Гарданка! Пойдем скорее в тень, а то голова расколется.
– Ты, наверное, забыл наши мытарства в пустыне? Терпи, все терпят, и ты сможешь. Привыкнешь. Ладно, пошли куда глаза глядят. Там что-нибудь найдем. Не будем же мы постоянно таскаться с нашим заработком. Сначала его спустим, а уж потом и подумать можно.
– Как спустим? А на какие шиши мы домой вертаться будем? Боязно вот так все спускать.
– Не бойся, Петя. А что делать-то еще с деньгами? Твоя душа купеческая никак не может смириться с такой мыслью, да? Привыкай!
И они пошли в город, раскинувшийся среди пальм и всяких других деревьев. Некоторые из них были покрыты цветами всевозможных тонов. В канавах текла вода и освежала своей прохладой горячий воздух, зато кругом валялись кучи отбросов, над ними роились мухи.
Петька со страхом оглядывался на слонов, мерно вышагивавших с пассажирами на спинах. Маленькие домики с занавешенными окошками опасно покачивались, а погонщик невозмутимо восседал у самой головы и вяло погонял слона небольшой палочкой с крючком на конце.
Непрерывные крики торговцев оглушали прохожих, тут же стучали молотки ремесленников, чадили жаровни, всяких дел мастера прямо на земле изготовляли свою продукцию. Торг шел полным ходом, с криками, бранью и в окружении толп зевак.
Пробродив несколько часов, ребята устали, проголодались и решили немного уменьшить тяжесть в карманах. Горсть монет, равную пяти крузадо, они тут же обменяли на шесть индийских пардао, и принялись тратить их на местные кушанья и фрукты.
Они едва оторвались от нищих, которым Петька осмелился дать пару медных монеток. После чего Гардан сказал:
