Песнь о гибели единственного человека, который сумел рассмотреть под обликом мальчика-воина ее истово и нежно любящее девичье сердце, терпеливо ожидающее именно его любви. И она пришла… но оказалась такой короткой! А теперь Тин умирает… и хотя жизнь ещё еле теплится в его искорёженном страшным ударом теле, но никакой надежды на его исцеление нет. Во всяком случае, Юнхиола не видит даже слабого шанса. Мангур сам изранен и еле бредёт, попавшаяся им навстречу немолодая женщина в платье служанки смотрела на неожиданных гостей с нескрываемым ужасом и потом сбежала стремительно, как от зелёной лихорадки. И Юна была уверена, если в этом крыле огромного здания появятся их преследователи, эта служанка выдаст жрецам случайно встреченных беглецов безо всякой жалости.
Ветки дерева больно хлестнули по лицу, в спине отозвался старым страхом смягчённый Кляксой удар об толстую ветку, как видно обычное место, куда Тарль выходит из портала. Сам мальчишка тихонько охнул от боли и тут же сердито зашипел, тряся ударенной рукой.
— Давай мазью помажу, — миролюбиво произнесла Слава, отлично понимая как зол и обижен на них одичалый сирота, — и не сердись на Васта. Он про унса правду сказал, у нас живёт три таких, но одного нам подарили, а второго мы спасли… от злого человека. А теперь еще появился малыш… я тебе дам его подержать, он хорошенький.
— Я не хочу… хорошенького, — горько скривился Тарль, — мой Кис самый лучший. И он больной… у него никогда не будет детей.
— Мы его вылечим, поверь моему слову, — пообещала Слава, и приказала Кляксе отпустить телепортиста. А в следующий миг он замахал руками и исчез, недоверчиво ухмыльнувшись напоследок. Некоторое время Ярослава сидела, размышляя, сколько времени потребуется Тарлю, чтобы принести сюда Васта и мага и жалела, что не сообразила добавить мальчишке энергии. В той башне она восстановилась у Славы очень быстро, хотя она и не брала извне ни единой капли. Постепенно мысли землянки переключились на детей, хотя она и всячески старалась на эту тему не думать. Ну что может с ними случиться, если у каждого есть напарник, да и сами они все теперь имеют довольно мощные способности. Вот только материнское сердце почему-то не желает соглашаться с такими очевидными доводами разума, и с каждым часом ноет все сильнее. И желание заглянуть в заветную ладанку тоже все крепнет, и уже не получается думать только о чем-то другом, например о где-то застрявшем муже. Слава недовольно посопела и решилась, приказала Кляксе перенести её на другую ветку и держать покрепче, а затем дрожащими от нетерпенья пальцами потянула из-за ворота шнурок. Знакомая фигурка паука с двумя лицами сама скользнула в руки и едва рассмотрев ее, Слава сначала с досадой усмехнулась, нужно было перемешать получше.
А потом нахмурилась, припомнив, как целый час проверяла по списку значение уже знакомых ферм и изучала новенькие, подаренные хозяином леса. И торопливо ссыпала их потом в ладанку, услышав приказ сына собираться в путь. Теперь ей больше не было смешно, наоборот, некоторое время Слава хмурилась и сердито сопела, пытаясь представить такую причину, которая заставила бы Костика перессориться со своими клонами или ее саму поругаться с Вастом. О том, чтобы Стан поцапался с кроткой Лийлезой или Конс с услужливой Майкой она не волновалась. Скорее она сама поспорит из за чего-то с Вастом или Станом… или Тарос вдруг снова начнёт досаждать Тину. Но во всех случаях — предупреждён — значит вооружён, решила наконец землянка, и значит теперь ее главная задача — постараться свести к шутке любой спор или разборку.
— Шарик нашёл Ма! — звонко сообщил под ухом Славы голосок унса и задумавшаяся женщина так и подпрыгнула от неожиданности. И непременно свалилась бы с ветки, если Клякса не выполнила ее приказ очень точно и не примотала хозяйку к ветке сразу десятком щупалец.
— Ну что ж ты так орёшь-то, — выдохнула Слава с облегчением и приказала, — доложи, все пришли в назначенный пункт?
— Все… — не совсем твёрдо пробормотал унс, и женщина тотчас уловила эту нерешительность.
— А Ма с Вастом?
— Пришли… — ещё неувереннее доложил разведчик и растерянно заморгал глазами.
— И что же они там делают? — очень ласково продолжала выводить его на чистую воду Слава, начиная понимать, как не напрасно грызла её тревога! Теперь можно не сомневаться, к месту сбора не явились не только они с Вастом.
— Ничего… — пробормотал виновато Шарик и вдруг звонко отчеканил совершенно другим тоном, — приказ понял, от Ма не отходить, докладывать обо всех подозрительных!
— Кто отдал приказ? — мгновенно перехватила нить разговора Слава.
— Командир Конс.
— А чем занят Стан?
— Ушёл на разведку с Линел.
— А Тин?
— Тин с Юной… — бодро начал Унс и вдруг смолк, вытаращив и без того круглые глаза.
— Я знаю, — сблефовала Слава, — их пока нет, но это секрет.
— Секрет, — радостно подтвердил Шарик и не подозревая, какую рану нанес матери этим коротким словом.
Такой подлости Тарль от анлезийца не ожидал. Мало того, что тот ушёл с чердака вместе с проклятым колдуном, из-за которого и началась в жизни парнишки самая чёрная полоса, и Киса забрал… так ещё и люк бросил открытым! Тарль схватился за край крышки, намереваясь снова водрузить ее на место и завалить мусором, как вдруг заметил светлую полоску на том месте, где у крышке была раньше прибита щеколда. А на ней висел мудрёный замок, когда Тарль нашёл этот чердак, он специально переходил на лестницу, чтобы проверить, отчего не открывается люк. Значит, он сломали засов, сообразил мальчишка и опечалился, с этого момента его надёжное убежище более таковым не было. Пока запор и засов оставались на месте, охранники, проходящие каждые полдня с проверкой, просто дёргали замок и убедившись в его целости, топали дальше. А теперь они непременно полезут проверять каждый угол, и ему придётся уходить и искать новое тёплое и укромное местечко. И неизвестно ещё, найдешь ли ещё такое же, где близость щедро тративших магию обитателей дома позволяла Тарлю использовать свои способности и не бояться, что эти действия заметят колдуны или королевские проверяющие. Мальчишка постоял над открытым люком ещё с минуту, прислушиваясь к происходящему внизу и не расслышав ничего подозрительного, осторожно скользнул на прикрученную к стене лестницу. В крайнем случае он всегда успеет уйти, а если не удастся — притворится деревенским пастухом, пригнавшим стадо бычков для хозяев дома. Сами они ходили только порталами, но притащить через портал провизию на такую ораву невозможно, перенос груза берёт много энергии. Лесенка привела на небольшую площадку, откуда начиналась каменная винтовая лестница и в разные стороны вели три двери. Мимо них Тарль прошёл спокойно, по его наблюдениям, тут давно никто не жил.
