глазищи размером с обеденную тарелку.
Сабина безотчетно переместилась — так, чтоб оказаться между здоровенной башкой и столбом, к верхушке которого карабкался Стейн. Мысленно рассмеялась сама над собой, сообразив: пытается заслонить собой стражника! То-то надежная преграда из тощей беспомощной девицы.
Впрочем, крылан пока что не выглядит враждебным. Скорее, слегка любопытствующим — но сонным.
Сабина бросила быстрый-быстрый взгляд себе за плечо. Стейн почти добрался до верхушки столба. Когда глянула на крылана — тот глядел ровно туда же, куда и она только что. Вот пакость чешуйчатая!
— Слушай, ну что тебе так интересно? — зашептала она с досадой. — Спал ведь? Вот и спи себе дальше! Слышишь? Спи!
Зверюга снова обратила на нее взгляд своих желтоватых блюдец. Потянула носом, так что волосы снова чуть шевельнулись. Зрачки-щелки на миг слегка расширились и снова сделались узкими как трещины в камне.
Сабина бросила взгляд по сторонам. Остальные вроде как пока спали.
Снова глянула на «своего» монстра. Тот склонил башку набок, наблюдая за ней. Во взгляде ей почудилось легкое злорадство. Зверюга прекрасно осознавала свое превосходство. Понимала, что глупое двуногое никуда не денется. И находится в полной ее власти. Можно сожрать прямо сейчас, на месте. А можно не торопиться, поиграть.
Крылан наверняка был сыт. А потому ленив и благодушен. И не хотел торопиться.
— Спи, — протянула девушка снова настойчиво. — Чего не спишь — ночь. Завтра вставать рано, лететь долго. Спи, — протянула еще протяжнее, добавив в голос убедительности.
И негромко затянула колыбельную, которую ей в детстве пела нянюшка.
Крылан медленно моргнул, опуская голову ниже.
От пристального взгляда внутри разливалось оцепенение, в животе скрутился тяжелый комок. Хотелось лечь на землю, свернуться калачиком и жалобно скулить. Чтобы не дать панике окончательно захлестнуть себя, она продолжала петь.
— Ты что делаешь⁈ — голос и хлопок по плечу заставили вздрогнуть.
Сабина подпрыгнула на месте, оглянулась в ужасе. На нее в изумлении таращился Стейн. Она и не заметила, как он слез!
И правда — сетка в этом месте провисла, срезанная.
Крылан недовольно фыркнул, рыкнул. Мотнул головой, взгляд сделался колючим — прямо как у человека, которого резко разбудили. А был только что благодушный, расфокусированный — сообразила Сабина с запозданием. Зрачки расширились, крылан рыкнул снова.
— Тихо! — шикнула девушка, хлопнув парня по плечу, и задвинула себе за спину. — Колыбельную я ему пою, — и снова запела.
Голос звучал неровно, и она попыталась успокоить дыхание. Сердце колотилось — того гляди выскочит из груди. Но звучание выравнивалось.
Монстр глядел на нее недоверчиво. Во взгляде ей чудилась насмешка. Вроде как он мысленно спрашивал — неужели она рассчитывает усыпить его бдительность второй раз. Но другого-то ей не оставалось! Стейн за спиной сопел. В этом звуке угадывалось смутно и недоверие, и недовольство, и злость.
Сабина постаралась забыть о нем. Вообще выкинуть мысли из головы: если позволить себе думать, то и сойти с ума со страху недолго.
Она просто мурлыкала колыбельную, таращась в глазищи ящера. Здоровенная башка слегка покачивалась из стороны в сторону. С запозданием до девушки дошло: монстр качает головой вслед за ней — потому что ее пошатывает из стороны в сторону. А шатает ее от слабости. И еще от растерянности. Голова кружится…
За спиной ошарашенно выдохнул Стейн. Сабина вздрогнула.
— Живее! — шикнула сквозь зубы, завела назад руку, пытаясь пихнуть его.
Едва удержалась на ногах — от неловкого движения потеряла равновесие. Чуть не
