Как только оперативники скинули на телефон адрес больницы, Архипов побежал к машине.
***
До вспышки осталось чуть больше десяти месяцев…
Гречины, Челябинск09:59 утра (время местное)УТРЕННЕЕ небо чуть посветлело, но настроения не прибавило: плотные, хмурые тучи поливали землю неприятной смесью из снега и дождя. Савелий даже под двумя одеялами продолжал трястись от холода. Гречин высунул нос наружу, чтобы найти Киру – жена расположилась рядом, свесив голову на грудь, дремала в кресле. Савелий вновь нырнул под усиленный слой «ватников»: завернув края одеял внутрь, попытался создать иллюзию дополнительного тепла, хотя в такой ситуации больше помогла бы грелка. Но будить Киру он не станет, жена и так возится с ним как с младенцем, не отходя от больного ни днем, ни ночью.
Савелий сам виноват: зря они уехали из Москвы.
В середине февраля заканчивался контракт с Министерством обороны, Гречиным предстояло освободить коттедж и вернуться в прежнюю квартиру. Савелий предложил завершить знаменательный период в жизни на соответствующей ноте: по возможности стать свидетелями события, изучением которого он активно занимался последнее время. Наша планета периодически пересекает траекторию, по которой движутся остатки некоего небесного тела, скорее всего, кометы. Поток, к счастью, разреженный, поэтому далеко не каждый год Земле попадается что-то на дороге в данном месте. Но в этом году встреча состоится.
Понятно, что точное место падения метеорита ученые предсказать не могли, но дата вспышки стала известна, благодаря календарю, составленному еще в Средние века Улугбеком. Плюс определился ареал на карте – восточная половина Северного полушария, иными словами – «утренняя» часть планеты. Довольно гигантская территория, но в любом случае, чем дальше от Москвы, тем больше шансов оказаться в нужное время в нужном месте. Гречины напросились в гости к друзьям, которые жили в Челябинске – в городе, в котором уже наблюдали подобное явление в 2013 году. Умные люди утверждают, что «в одну воронку снаряд дважды не попадает». Но пословицу придумали явно не астрономы: небесные тела миллиарды лет движутся по одним и тем же траекториям, бывает, что и астероиды падают очень близко друг к другу (достаточно посмотреть на глобус Луны). Так что вероятность повторения события очень высока.
Гречины и Лизочку с собой прихватили – девочка постоянно находилась рядом со стариками. Но в дороге Савелий простыл. До Челябинска добирались поездом. В вагоне усиленно топили – как-никак зима на дворе. Савелий, обливаясь потом от духоты, не удержался, выскочил на какой-то станции подышать свежим воздухом. И в Челябинске сошел с поезда с температурой.
С тех пор лежал, не вставая. По ночам кашлял, под утро немного отпускало, и старик, дожидаясь пока проснется уставшая жена и начнет пичкать лекарствами, развлекал себя размышлениями и воспоминаниями.
За всю научную карьеру он ни разу не ощущал такой собственной значимости, как во время работы группы в секторе «D». Ведь именно Савелий в «рисунке» из арабской вязи выделил цифры и определил их значение. Астрофизик вдохновленно помогал Вахрушину разобраться в процессах, происходящих во Вселенной, и программист составил компьютерную модель развития Земли после падения очередного «утреннего» метеорита. И не важно, что предстоящая вспышка, как выяснил Борис, останется рядовым событием, главное – их встречи и обсуждения, обмен информацией, разгадывание научных головоломок.
С Вахрушиным они особенно сдружились: программист умел слушать, задавать вопросы, если что не понимал, не стеснялся переспросить, уточнить, даже еще раз повторить вслух. Сложную информацию схватывал на лету. Как жаль, что наука лишилась такого таланта.
Они с Кирой тогда пережили безумный день. Сначала позвонила Лада Сергеевна и сообщила об аварии, в которой погиб Борис. Мать Вахрушина рыдала в трубку, женщина оказалась совсем одна перед свалившимся несчастьем. Полиция просила опознать тело, но Лада не способна была сдвинуться с места. Кира пообещала немедленно приехать и поддержать подругу, но телефон затрезвонил снова. Рассерженная директриса лесной школы требовала немедленно приехать. Учебный день закончился, родители разобрали детей, но про Лизочку забыли. К удивлению Гречиных выяснилось, что Максим Игнатьевич, чья очередь сегодня сопровождать малышей в школу, в середине последнего урока вызвал внука, посадил ребенка в машину и исчез, оставив Лизочку.
Гречины ринулись за внучкой. Хорошо, что школа находится не столь далеко, дедушка с бабушкой быстро добрались до девочки, пока та не расплакалась от страха. Вернувшись в поселок, разозленный Савелий направился прямиком к Сомовым, чтобы разобраться в случившемся. Но никого в коттедже не застал. Гречин не собирался отступать и заглянул к соседям через час. Потом вечером. Затем утром. Только, похоже, Сомовы так и не возвращались. Дверь оставалась закрытой, занавески опущены, внутри тихо.
Не появились соседи ни на следующий день. Ни через неделю. Ни через месяц. Странно, конечно. Отъезд Сомовых выглядел скоропалительным и спонтанным. Савелий пытался найти уважительную причину, которая заставила бы семью срочно покинуть поселок. Например, у Максима Игнатьевича, перенесшего недавно операцию на сердце, случился приступ. Старику пришлось отправиться в больницу. Хотя логичнее вызвать «скорую», а не мчаться, посадив в машину внука. Что касается археологов, они могли сорваться в экспедицию – Феликс как-то поделился планами на будущее, ученые подыскивали подходящий маршрут. Но всё равно, как можно уехать и не попрощаться, продолжала клокотать в душе Савелия обида.
Тем более что именно с Сомовыми семья Гречиных поддерживала близкие отношения после роспуска группы. Вахрушин с Ладой вернулись в Москву, с ними общались лишь по телефону. Кабировы, поженившись, сначала некоторое время работали в Новосибирске, а потом по слухам вообще перебрались за границу. Куда? Савелий и не знал: ни Тимур, ни Юлия ничего о себе не сообщали. Так же отдалилась и Ксения. Гречин лишь слышал, что она занялась преподаванием. Зато с Максимом Игнатьевичем они встречались каждый день, по очереди возили внуков в школу. А как дружили малыши! Лизочка постоянно спрашивает про Тошу. И как прикажете отвечать ребенку?
Единственный человек, о расставании с которым ни капли не жалел Савелий – так это Архипов, руководитель проекта вслед за Сомовыми вскоре тоже покинул поселок. Леонид – неприятный в общении тип. Жесткий голос, взгляд ледяной, лицо, лишенное эмоций. Хотя надо отдать должное – Архипов не мешал работать. И создал ученым максимально комфортные условия. Когда еще Гречиным выпадет шанс пожить в доме с бассейном?
