Первым пожал руку Питта высокий усатый блондин со светло-голубыми глазами.
— Рад тебя видеть, Дирк. Сколько мы не виделись, года два?
Питт пожал руку директора ЦРУ Уилберта Хилла:
— Почти три.
Вперед вышел Чарльз Дэвис, специальный помощник директора ФБР. Здоровяк шести футов ростом, с неизменно печальными глазами, он всегда напоминал Питту собаку, потерявшую свою миску.
— Последний раз мы встречались, когда работали над делом о китайских эмигрантах.
Пока они болтали о старых временах, в комнату вошли Хайрем Йегер и Ал Джордино.
— Ну что ж, похоже, все собрались, — сказал Сэндекер. — Перейдем к делу.
Хайрем раздал присутствующим папки с фотографиями затонувшего «Дельфина».
— Пока все смотрят материалы, я запущу кассету.
Из ниши в потолке опустился огромный трехсторонний монитор. Хайрем нажал кнопку на пульте, и на трех экранах появились кадры, снятые видеокамерами «Следопыта». Обломки на морском дне выглядели эфемерными и жалкими. Было трудно поверить в то, что прекрасный лайнер мог так разрушиться.
По мере того как подводный аппарат двигался вдоль корпуса затонувшего судна, Питт давал пояснения:
— Останки лайнера лежат на глубине в девятнадцать тысяч семьсот шестьдесят футов на гладком склоне желоба Тонга. Судно разломилось на три части. Обломки и осколки разлетелись по площади примерно в квадратную милю. Корма и фрагмент средней части лежат на расстоянии в четверть мили от носовой части.
С них мы и начали. Сначала мы думали, что судно разломилось от столкновения с дном. В момент взрыва производилась буксировка, и судно вполне сносно держалось на воде. Но направление разброса частей корпуса показывает, что он разрушен изнутри, в результате серии взрывов. Сильный удар о дно только закончил разрушение корпуса.
— А может быть, взрыв произошел, когда огонь достиг топливных баков? Ведь тогда судно двигалось? — спросил Дэвис.
Переведя взгляд с фотографий на экран, Хилл стал объяснять подробнее:
— Я не раз расследовал причины взрывов и сейчас склонен согласиться с Дирком. Днище разломано несколькими взрывами. На снимках и видеокадрах видно, что корпус разрушен в нескольких местах. На это же указывает и разброс обломков. Похоже, мины были равномерно размещены вдоль корпуса. Очевидно, что взрыв хорошо подготовили.
— С какой целью? — спросил Дэвис. — Зачем понадобилось топить практически сгоревшее судно? И кто это сделал? Когда на судно заводили буксир, там никого не было.
— Не совсем так, — ответил Руди. — Капитан буксира... — он остановился, чтобы заглянуть в огромный блокнот, — его зовут Джок Макдермотт, сообщил, что сразу после взрыва они вытащили какого-то человека.
— Как же этот человек уцелел во время пожара? — скептически заметил Дэвис.
— Хороший вопрос, — отозвался Ганн, вынимая ручку из блокнота. — Сам Макдермотт не смог объяснить это невероятное событие. Он заявил, что поднятый на борт сказался контуженным и не вышел из шока, пока лайнер не начал тонуть. Когда же буксир пришел в Веллингтон, он незаметно проскользнул на берег, прежде чем его успели допросить, и исчез.
— Макдермотт описал, его?
— Сказал только, что он был темнокожим.
Сэндекер не стал спрашивать у присутствующих разрешения закурить. Агентство было его вотчиной, и он зажег одну из своих знаменитых сигар, которыми очень дорожил и почти никогда не предлагал даже своим близким друзьям. Он выпустил в потолок клуб синеватого дыма:
— Прежде всего, замечу, что «Изумрудный дельфин» затопили для того, чтобы не допустить расследования причин пожара страховыми компаниями. Затопление было подстроено. По крайней мере, мне так кажется.
Дэвис уставился на Сэндекера:
— Адмирал, если ваша теория верна, то нам следует признать, что пожар возник в результате поджога. Однако я не вижу причины. Почему вдруг террористам понадобилось уничтожать судно, команду и пассажиров? Ни одна террористическая группа не приняла на себя ответственность за крушение, и вряд ли кто-нибудь заявит об этом.
— Согласен, что мои слова звучат неправдоподобно, — продолжал Сэндекер. — Но таковы факты, и именно в этом направлении мы будем работать.
— У вас есть факты? — продолжал настаивать Дэвис. — Невозможно найти доказательства, что огонь был вызван человеком, а не произошел из-за несчастного случая или неполадок в системах корабля.
— Судовые офицеры показали, что все бортовые противопожарные системы не работали, — заметил Руди Ганн. — Они рассказали, что чувствовали свое бессилие, наблюдая, как огонь выходит из-под контроля, и его невозможно остановить. Речь идет о двенадцати разных системах, включая резервные. Разве не странно, что все они отказали одновременно?
— Примерно то же самое, что происходит с велосипедистом, выигравшим гонку «Индианаполис-500», — цинично заметил Джордино.
— Кроме того, Дирк и Ал предоставили доказательства, подтверждающие, что это был поджог, — заявил Йегер.
Сидевшие за столом недоуменно посмотрели на него, думая, что тот продолжит, но первым заговорил Питт:
— Вы смогли разобраться с материалом, который мы привезли?
— Работали днем и ночью, — торжествуя, ответил Хайрем.
— О чем мы говорим? — потребовал объяснений Хилл.
— О веществе, которое мы нашли, когда обыскивали обломки во время спуска в подлодке, — ответил Джордино. — Мы обнаружили его на месте часовни, с которой начался пожар, и привезли образец.
— Не стану вдаваться в подробности, — продолжал Хайрем. — Скажу лишь, что наши эксперты установили, что это быстровоспламеняющийся материал, известный как «Пайрторч-610». Если его поджечь, то потушить пламя практически невозможно. Вещество настолько опасно, что его не используют даже военные.
Наблюдая за реакцией сидевших за столом, Йегер явно получал удовольствие.
Питт наклонился и пожал руку Джордино:
— Прекрасная работа, партнер.
Тот с гордостью улыбнулся:
— Похоже, что наша небольшая поездка оправдала себя.
— Жаль, что Мисти нет с нами и она не слышит эти новости.
— Мисти? — переспросил Дэвис.
— Мисти Грэхем, — пояснил Питт. — Морской биолог с «Изыскателя». Она была вместе с нами в субмарине.
Сэндекер медленно стряхнул пепел сигары в большую медную пепельницу:
— Кажется, то, что мы считали несчастным случаем, было тщательно подготовленным преступлением.
Джордино вытащил из нагрудного кармана сигару, оказавшуюся точной копией той, что курил адмирал, и медленно зажег ее.
